Для начала - несколько цитат : "За прижимистость, склонность к обману и привычку чертыхаться, монголы прозвали его "орус шорт" - "русский чёрт". Под этим прозвищем он был известен всей Урге, в городской телефонной книге с фамилиями абонентов значилось: "Орус шорт, так называемый Носков"... "Жизнь барона замысловата, обычный военный возносится к вершине славы в смутные времена. Складывается впечатление, что он болен, настолько немыслимые вещи сочетаются в одном характере. В белой эмиграции барона превозносили, как героя, те кто знал его лично, ненавидели и боялись. Его карьера, это взлет от обычного офицера до генерала, в момент, когда генералами становились в одночасье.
В истории Белого движения нет, пожалуй, фигуры более противоречивой, чем барон Унгерн фон Штернберг. "Человек храбрый, четыре раза ранен, хорошо знает психологию подчиненных", – писал барон Врангель, составляя на барона характеристику, но тут же добавлял: "В состоянии опьянения способен на поступки, роняющие честь офицерского мундира". Сам Унгерн считал, что живёт "по зову сердца и чувствами", и где бы ни был, в первую очередь находил местных колдунов и гадалок, а с собой возил личного хироманта.
Роман Унгерн фон Штернберг родился в 1886 году в Ревеле. Его род по праву считался одним из самых древних не только в России, но и в Европе - пращур Романа Фёдоровича погиб под Иерусалимом во время Крестового похода Ричарда Львиное Сердце. Странности у Романа стали проявляться ещё в детстве. Он плохо учился, не мог сосредоточиться, зато с удовольствием препарировал пойманных птиц и животных. Срывался по пустякам, а обычная мальчишечья драка с его участием превращалась в настоящее побоище. Но из Ревельской гимназии его выгнали не за неуспеваемость, а за попытку организации алхимического кружка. Что-то взорвали, что-то сожгли, а главным зачинщиком оказался Унгерн. Сам он свою склонность к мистике и всему таинственному объяснял тем, что в его роду, кроме странствующих рыцарей, священников и пиратов, были еще и алхимики с астрологами.
Но к тому и другому юноша довольно быстро остыл, а когда учился в Морском корпусе в Санкт-Петербурге, был увлечён уже хиромантией. "Я вдруг задумался, - писал он, - для чего делать золото из камней, когда его и так хватает? И почему все люди, родившиеся в одном месте и в одно время, должны быть обязательно похожи? А линии на руке у каждого свои, и я похожих не встречал".
Однокурсники барона потом вспоминали, что на первых курсах он постоянно рассматривал руки товарищей, пытаясь определить черты их характера, но неожиданно бросил - и даже говорить о своем увлечении не хотел. Оказалось, что как-то Роман предсказал одному из студентов скорую смерть, и тот действительно умер.
"Меня называют жёстким, иногда свыше меры жестоким, но я никогда не говорю человеку о грядущей беде, давая ему прожить счастливо до её прихода".
Впрочем, с учёбой у барона и на новом месте не сложилось. От отчисления его спасла начавшаяся война с Японией. Унгерн записался добровольцем в пехотный полк. И хотя повоевать тогда не удалось, цель барона сформировалась: "Я человек войны, - писал он в письме другу, - а на море - воюй не воюй - крови можно так и не увидеть".
После войны Унгерн поступает в Павловское пехотное училище, а по его окончании добивается назначения в Забайкальское казачье войско.
Кавалеристы редко принимают в свои ряды представителей других родов войск. Для того чтобы оказаться после пехотного училища в казачьем войске, барон Унгерн был вынужден использовать семейные связи, но поначалу ему всё равно пришлось нелегко. Только отчаянная смелость молодого человека изменила отношение казаков и помогла барону обрести уважение. Во время службы в Забайкальском казачьем войске, когда Унгерн через "не могу" осваивал джигитовку, он пристрастился к алкоголю и наркотикам. К этому периоду относятся и первые упоминания об имевшем, якобы, место - сумасшествии барона. Он заводится с полуслова, высказанное ненароком в его адрес замечание, может привести к скандалу, а то и к дуэли. При этом понятие чести приобретает у него болезненный оттенок. Однажды, выпив больше, чем надо, он поспорил с однополчанином, что преодолеет верхом на лошади расстояние от Даурии, где была расквартирована часть, до Благовещенска, что составляло 400 верст по непролазной тайге. Наутро присутствовавшие при заключении пари офицеры, попытались Унгерна отговорить, но тот, прихватив с собой только ружьё и несколько патронов, отправился в дорогу.
Возможно, неистовый барон так бы и закончил жизнь в пьяной драке, на безумной дуэли или в когтях медведя, пересекая на спор Сибирь, но началась война и он с неописуемым восторгом, отправился на передовую. "Мой Бог - война, моя жизнь - война и я счастлив, что мне придется пролить кровь за Россию!" - писал Унгерн кузине. На войне барон проявлял чудеса смелости. Он лихо ходил в атаку, не жалел ни противника, ни себя, но за три года войны не получил даже незначительного ранения. "Для того, чтобы так драться, - писал один из сослуживцев Унгерна, - надо или искать смерти, или точно знать, что ты не умрёшь".
Однако, жестокость барона распространялась не только на противника, но и на однополчан. К примеру, он мог до полусмерти избить солдата, которого заподозрил в трусости, или оскорбить и вызвать на дуэль офицера, чьи манеры ему не понравились. Закончилось трибуналом. Напившись, Унгерн избил адъютанта своего командира - барона Врангеля - и был осуждён на три года тюрьмы.
Революцию Роман Унгерн-Штернберг встретил в Петропавловской крепости.
Из тюрьмы он вышел только в сентябре 1917 года по ходатайству атамана Семенова, с которым познакомился в Забайкалье. Керенский поручил атаману формирование десяти кавалерийских полков, и своим помощником Семенов избрал барона. Тот срочно выехал в Забайкалье, где сформировал Азиатскую конную дивизию. Но… недолго музыка играла: очень скоро Унгерн стал проявлять недопустимое для военного человека своеволие, и Семёнов исключил его дивизию из своей армии. Случай удивительный, но в условиях начавшейся Гражданской войны он прошёл незамеченным.
Казачий атаман Семёнов Григорий Михайлович - деятель Белого движения в Забайкалье и на Дальнем Востоке.
Из воззвания барона Унгерна к народу: "Я не знаю пощады, и пусть газеты пишут обо мне что угодно. Я плюю на это! Мы боремся не с политической партией, а с сектой разрушителей современной культуры. Почему же мне не может быть позволено освободить мир от тех, кто убивает душу народа? Против убийц я знаю только одно средство - смерть!"
Слова Кровавого барона не расходились с делом. Он, что считалось немыслимым для офицера, не гнушался собственноручно казнить, как большевиков, так и своих солдат, заподозренных в слабодушии. Специально для этого он даже придумал сечь не розгами, а бамбуковыми палками, после ста ударов которыми мясо отделяется от костей, и человек начинает гнить изнутри. Из всех пыток Унгерн предпочитал "китайское наказание". Несчастного раздевали, сажали ему на живот крысу, сверху накрывали кастрюлей и ждали, когда обезумевшее животное начнет вгрызаться в тело. Барон получал несказанное удовольствие от крика обречённых на смерть людей. И всегда, если судить по воспоминаниям, Кровавый барон отрубал у приговорённых ладони. "Они тебе больше не понадобятся", - говорил он и скармливал обрубки свиньям.
Очень скоро слава о сумасшедшем Унгерне распространилась по всей России. Белое движение чуралось его, Красное проклинало. Но Унгерн и не нуждался ни в чьей поддержке. Женившись на китайской принцессе (как только барон нашёл столь экзотическую невесту), он провозглашает себя потомком Чингис-хана, собирает под свои знамена азиатских князьков и объявляет поход : ни много, ни мало - на Европу.
Но, несмотря на финансовую и военную помощь Японии, поход Унгерна захлебнулся в крови, монголы и японцы разбежались. Созвав на помощь казаков разгромленного атамана Семенова, Унгерн двинулся против своих бывших союзников.
Когда в разграбленной и охваченной пожаром Урге к нему обратились родственники жены и попытались урезонить барона, тот посмотрел на них одурманенными кровью и наркотиками глазами, поднял к небу кривой мизинец и прокричал: "Мне не нужна женщина! Я повенчан с войной!"...
Послов четвертовали, а принцессе отослали извещение о разводе.
Долго так продолжаться не могло. От сумасшедшего потомка древнего рода устали все и в декабре 1920 года после очередной учиненной Унгерном расправы, среди офицеров созрел заговор. Ночью пятеро из них ворвались в его шатер и расстреляли спящего барона.
Удивительно, но ни один из боевых офицеров в Унгерна не попал! На следующий день он, как ни в чем не бывало, вышел перед своим войском и велел четвертовать заговорщиков. Перед этим он с безумным смехом заявил им: "Вы поторопились, господа, умереть мне предстоит через год".
На Унгерна было еще несколько покушений - и все они неизменно заканчивались провалом. В конце концов его полонили монголы и не решившись расправиться с "потомком Чингисхана" сами, сдали барона красным.
Те поначалу не поверили, что увешанный амулетами наркоман и есть тот самый Кровавый барон, о зверствах которого с ужасом говорила вся Россия. И только когда его опознали бывшие однополчане, Унгерна передали ЧК.
Судили самого жестокого и кровожадного персонажа Гражданской войны в сентябре 1921 года в Новониколаевске (Новосибирске). Обвинителем на специально учреждённом революционном трибунале выступал известный большевик Емельян Ярославский. Но ни его красноречие, ни выступления свидетелей не могли разбудить впавшего в полузабытье подсудимого. Весь процесс он просидел молча, с улыбкой разглядывая свои ладони. Будто пытался найти линию жизни и высмотреть на ней еще один год.
Генерал-лейтенант барон Роман Федорович фон Унгерн-Штернберг в Иркутске на допросе в штабе 5-й красной армии. 1—2 сентября 1921 года.
Решение трибунала было единогласно: "Барона Унгерна подвергнуть высшей мере наказания - расстрелу". Приговор был приведён в исполнение 15 сентября 1921 года. Расстрелян Барон Роберт-Николай-Максимилиан (Роман Фёдорович) фон Унгерн-Штернберг был (по не подтверждённым пока историческим документам) в доме купца Маштакова на пересечении нынешнего Красного проспекта и улицы Сведлова. В здании тогда находилось Новониколаевское ГПУ.
"Восточный аймак Монголии. Центр – город Чойбалсан. Я с двумя напарниками занимался видеосъемкой частных предприятий. Ведь у них уже лет 10 как нет коллективной собственности. Сейчас у них наблюдается очередной этап развития экономики за счет добычи полезных ископаемых и развития частной собственности. Я предполагать не мог, что увижу и сниму вагончик барона Унгерна. Сняли мукомольный комбинат, угольный разрез и заехали на небольшой завод по производству молочных продукций, расположенный в черте города. Там нам рассказали, что недалеко от города есть молочная ферма, откуда привозят молоко для переработки. Взяли проводника (по степной дороге можно заблудиться без проводника) и приезжаем на ферму. А там работает наемная бригада, одна монгольская семья. Заходим в коровник, а там буренки с бирочками на стойлах: Роза, Клава и т.д. Я удивился. Спрашиваю, откуда в Монголии русские буренки? Глава семьи рассказал, что их привезли из Бальзино. А это наша деревня, в соседнем районе, в России. Вот как они сумели ферму организовать, смотрю. Купили наших коров, коровник добротный построили, телята в тепле, молока навалом, а мы…
Все это мы сняли. Монгол повел нас к юрте. И вдруг указав рукой на вагончик на колесах рядом с юртой, говорит: - Вот, хозяин приволок недавно. Остатки имущества Барона Унгерна… Хозяин живет в Улан-Баторе, является депутатом Парламента Монголии. Это мы уже знали. Молокозавод в Чойбалсане тоже его, но став депутатом, весь бизнес передал своему сыну. Подошел я к вагончику. Переспрашиваю. Чей вагончик говоришь… Очень крепким и добротным был когда-то вагончик. На конном ходу, обшивка на болтах. Рама, ось, рессоры из кованого железа, но общее состояние плачевное. Обшивка, конечно, сгнила. Кое-где дырочки, крыша прогнила. Видно, что служила кому-то амбаром, где хранился просто хлам. Если восстанавливать, думаю, всю обшивку менять нужно с каркасом вместе. Рама целая, это главное. Рессоры нужно подмазать. - А где он нашел тележку? – спрашиваю.
Монгол показал рукой куда-то на запад. У них нет расстояния, впрочем, как и чувства времени. Народ спокойный, неторопливый. - Что он собирается делать с вагончиком? – не унимаюсь я. Монгол только плечами жмет. Мы повертелись вокруг, поснимали. Окошечки, похоже, открывались, как форточки, железные ставни висят. Бронебойные, подумал я. Внутрь мы только заглянули, но не вошли.
Вот и всё. Только посмотрели. Моросил дождик. Искать человека по Чойбалсану, знающего историю вагончика не было времени. С сыном хозяина тоже встретиться не удалось. Нужно было обратно границу пересекать. В конце концов, я поверил монголу. Вагончик действительно мог принадлежать барону Унгерну. Монголы в таких вагончиках не ездят, само собой. Кованую раму с мощными рессорами мог заказать только состоятельный человек. Конечно, изготовлен вагончик где-то в России, руками русского кузнеца. Только интересно, что хозяин будет дальше делать с вагончиком. Хочу проследить дальнейшую историю. Думаю, как это сделать. По словам монгола, хозяин ведь у кого-то выкупил за большие деньги.
Барон Унгерн – генерал, деятель белогвардейского движения.
Европеец, объявленный монголами воплощением Чингис-хана и божества Махагалы (корона из шести черепов, шесть рук, "Скажу только, что во всех шести руках у меня острые сабли").
Политик, рассчитывавший поднять с востока новую волну, стереть западную цивилизацию и заменить её желтой расой.
Предтеча Пол Пота, утверждавший, что города не имеют права на существование, и что уклад жизни должен быть кочевым.
Садист-убийца с методами наведения и поддержания дисциплины незабвенного принца Влада Тепеша - Дракулы Задунайского.
Австриец, носивший на погонах свастику, с идеей превосходства арийской расы, в 1921 году издавший приказ: "Комиссаров, коммунистов и евреев в плен не брать".
1. Пари (условия одобрили не все).
В 1910 году Унгерна переводят из Аргунского полка в Амурский. Уезжая, Унгерн заключает с остальными офицерами. Условия: имея лошадь и винтовку с патронами, без дорог, проводников и припасов пройти 400 километров по дикой тайге от от Даурии до Благовещенска, а в заключение еще и переправиться на коне вплавь через реку Зею. Барон – не специалист по выживанию из Скаутов Селуса, а законченный горожанин, так что пари кажется офицерам заведомо выигранным. Пари Унгерн выигрывает.
2. Птичку жалко.
Бывает у Унгерна привычка в одиночку странствовать по сопкам, в тёплой компании волков-людоедов и останков растрелянных по его приказу – а в таких недостатка нет, жизнь человеческая для барона – копейка, что своя, что чужая. В программу экскурсии входит непременное посещение гнезда знакомого филина. Как-то филина на месте не оказывается. Встревоженный барон гонит в станицу, поднимает среди ночи дивизионного ветеринара и отдаёт приказ: "Немедленно следовать в сопки. Найти филина и лечить".
3. Суд.
В советском плену барона Унгерна ждёт суд. Никакой секретности, приглашаются все желающие. Приговор очевиден с самого начала и особых возражений ни у одной из сторон не вызывает. В ночь перед расстрелом Унгерн съедает свой Георгиевский крест, дабы не достался врагу. Предварительно разжевав.
4. Легенда.
Путешествовавший по Центральной Азии Александр Грайнер писал, что слышал заунывную песню, которую поют у костра проводники и пастухи. Она о том, как один храбрый воин освободил монголов, был предан русскими и взят в плен, и увезен в Россию, но когда-нибудь он ещё вернется и всё сделает для восстановления великой империи Чингис-хана.
Саша, в поисках материалов об Унгерне, встретил упоминание о съёмках фильма в начале семидесятых про его дела в Монголии. Может, это тот фильм о котором ты говорил, там, где вы принимали участие в съёмках ?
Саша, в поисках материалов об Унгерне, встретил упоминание о съёмках фильма в начале семидесятых про его дела в Монголии. Может, это тот фильм о котором ты говорил, там, где вы принимали участие в съёмках ?
Надо найти в поисковике, посмотреть - вдруг себя увидишь. В перечне актёров - Юрий Соломин, Наталья Кустинская, там нас искать не надо, а вот в эпизодах ... Если встретим себя в эпизодах - можно будет и гонорар истребовать за съёмки, а там же ж пеня наросла, проценты ... Столько лет прошло !
Хорошая идея-может быть я уже остров могу купить и долго и счастливо остаток дней на солнышке,среди коричневых телочек под пальмами проведу жизнь.
[i][/iУлан-Батор в\ч п\п 96608 разведрота
Повоевав некоторое время против большевиков под командованием атамана Семенова, Унгерн отправился в полюбившуюся ему Монголию, завоевал Ургу (Улан-Батор) и в 1920 году стал монгольским диктатором. Его называли "Чёрным бароном", "кровавым бароном", "даурским вороном", его власть была безгранична, он мог казнить и миловать. "Страшную картину представляла собой Урга после взятия её Унгерном, - пишет историк Юзефович. - Разграбленные китайские лавки зияли разбитыми дверьми и окнами, трупы гамин-китайцев вперемешку с обезглавленными замученными евреями, их женами и детьми, пожирались дикими монгольскими собаками. Тела казёенных не выдавались родственникам, а впоследствии - выбрасывались на свалку".
К четырём привилегиям, пожалованным императором Богдо Гэгэном в благодарность за освобождение из китайского плена - это право иметь желтые поводья на лошади, носить такого же цвета халат и сапоги, ездить в зеленом паланкине и прикалывать к фуражке трехочковое павлинье перо - Унгерн присвоил себе пятую привилегию : забирать в казну своей Азиатской дивизии всё отбитое у китайцев золото. В числе других трофеев туда попала и метровая статуя Будды из чистого золота. Впрочем, даже не она представляла главную ценность в легендарной казне барона-буддиста. Когда позднее ЧК вело розыск казны Азиатской дивизии, ее сотрудники установили интересные факты. Из сохранившихся финансовых документов и проведенных чекистами допросов следовало, что касса дивизии действительно располагала огромными суммами как в денежной наличности -- в основном в золотых монетах русской чеканки и в серебряных китайских, так и драгоценных камнях. Эти деньги предназначались на текущие нужды и выплату жалованья.
Но значительно большую часть наличности составляла контрибуция, собранная с монголов китайцами, якобы за неуплату долгов купцам и ростовщикам из Поднебесной, в сумме около 15 миллионов рублей в царских золотых. Их Унгерн считал своим сугубо личным капиталом. Но вернемся в 1921 год. Как это ни парадоксально, взятие Урги стало предвестником конца генерал-лейтенанта Унгерна. В осуществление своего стратегического плана, он решил совершить марш на север: поднять казачьи станицы, провести мобилизацию в бурятских улусах, выгнать красных из Верхнеудинска, дойти до Читы и договориться с японцами. Затем повернуть коней на юг, разгромить китайцев, занять тибетские монастыри и договориться с англичанами. После этого барон намеревался воткнуть свой бунчук среди развалин Каракорума, древней столицы монголов и воздвигнуть на этом месте столицу своей будущей империи. Сначала ему сопутствовал успех. Тесня отряды самообороны красных, его конники захватили улус Цежей, станицу Атамано-Николаевскую, вышли на Мысовский тракт.
31 июля Унгерн увидел вдали заросшие камышом низкие берега Гусиного озера -- до Верхнеудинска оставалось восемьдесят верст. Дальше начались неудачи. Против Азиатской дивизии были брошены регулярные части Народно-революционной армии Дальневосточной республики. Под станицей Келтуринской они наголову разбили колонну генерала Резухина. Еще раньше бежали от Маймачена монгольские чахары Баяргуна. А через неделю и сам Унгерн, столкнувшийся в ночном бою с частями Народно-революционной армии и партизанами Щетинкина, ушел обратно в Монголию, куда за ним последовал экспедиционный корпус 5-й армии под командованием большевика Писарева.
Началось безостановочное преследование изрядно потрепанной Азиатской дивизии. Вторую неделю Роман Фёдорович вёл свой отряд на запад. За это время дважды нагоняли их партизаны Щетинкина и оба раза теряли снова. Конники Унгерна текли по степи, как весенний поток по горному склону: обходя камни-улусы, где могла поджидать их засада, и опять сливаясь вместе в безопасных ложбинах. Кони вконец отощали: когда в последний раз с боем уходили от Щетинкина, их невозможно было перевести в галоп. На самом Унгерне эта бесконечная скачка никак не сказывалась. Он был по-прежнему неутомим и быстр в движениях. Лишь отросла мягкая светло-рыжая бородка, выглядевшая на обугленном солнцем лице, какой-то ненастоящей, словно сделанный из пакли артистический парик. Да почернел от грязи его неизменный монгольский халат с русскими генеральскими погонами.
А вот мысли у барона были невесёлые. Как профессиональный военный, он прекрасно понимал, что на сей раз задуманный освободительный поход против красных не удался. Значит, сейчас главное - уйти от погони и сберечь казну, чтобы потом было на что снарядить новое войско: закупить оружие и боеприпасы, продовольствие, лошадей, фураж, выплатить жалованье солдатам. То, что дивизионную кассу нужно надежно спрятать, не вызывало сомнения. Вопрос только в том, кому доверить столь ответственную миссию. Предстояло доставить в Хайлар, а оттуда поездом в Харбин 24 ящика, в каждом из которых было три с половиной пуда золотых монет, а также обитый железом семипудовый сундук барона. В случае явной опасности захвата дивизионной казны красными, её следовало надежно укрыть. Для этого Унгерн указал на карте несколько подходящих мест на пути следования. Ночью, взяв с собой 16 верных солдат-бурят, его доверенное лицо подъесаул Ергонов - бурят, командовавший эскадроном его личного конвоя, незаметно покинул лагерь. Позднее нашлись свидетели, видевшие в одном из бурятских улусов маленький отряд конников, сопровождавших тяжело нагруженные арбы. Грязные, усталые, некоторые с окровавленными повязками, они не останавливались там на дневку, а лишь насильно взяли 38 свежих лошадей и проследовали дальше на запад.
Уходя от погони Унгерн и его спутники потеряли счет дням. И тут прибившиеся ночью казаки преподнесли весьма неприятный сюрприз: 35-й кавполк взял след этих жалких остатков Азиатской дивизии. Генерал приказал повернуть на север. Нужно было петлять, менять направление, сбивать преследователей с толку. Чахары говорили, что для этого есть одно верное средство: бросить за собой отрубленные уши врага - они заметут след. Но пленных давно не захватывали, так что резать уши было некому. Чтобы дать отдых едва переставлявшим ноги коням, отряд расположился на дневку в сопках. Поели, не разводя огня, выставили часовых и легли спать.
Ночью покинули Романа Федоровича последние казаки. А чахары, посовещавшись, под утро связали, бросили его поперек седла и не спеша поехали навстречу 35-му кавполку, который уже замаячил на горизонте неровной цепочкой головного эскадрона ...
Остальное мы знаем - белого генерала через некоторое время передали в Сибирский ревтрибунал, который приговорил его к "высшей мере социальной защиты" - расстрелу. 15 сентября 1921 года председатель Сибирской ЧК Иван Павлуновский собственноручно привел приговор в исполнение, выстрелом в затылок прикончив генерал-лейтенанта Романа Федоровича Унгерна фон Штернберга.
Но вскоре возникли непредвиденные осложнения. В свое время Сухэ-Батору и его команде обещали, что, как только удастся захватить полевую кассу Азиатской дивизии, часть денег будет передана монгольскому правительству, так сказать, "на обзаведение". И вот новоиспеченный министр финансов Данзан, выждав некоторое время, решил напомнить командованию советского экспедиционного корпуса: Урга взята, имущество унгерновских войск в руках победителей, но обещанных денег монгольское правительство до сих пор так и не получило. В ответ, к своему неудовольствию, Данзан услышал, что трофеи действительно захвачены большие, однако если говорить о звонкой золотой монете, то с ней придется подождать.
Произошла досадная осечка. Ставка делалась на то, что будет отбита казна Унгерна, но она исчезла неизвестно когда и каким образом. Ведутся поиски, к сожалению, пока безрезультатные. Данзан воспринял эту новость с недоверием и начал собственное расследование. Его итоги оказались неутешительными. Удалось установить, что место захоронения ценностей могло быть известно лишь самому Унгерну да двум десяткам преданных ему людей. Барона большевики пустили в расход, а никого из его доверенных лиц разыскать не смогли ...
Начиная с 1921 года, этот таинственный клад искали все кому не лень: русские, китайские и монгольские "товарищи" - сотрудники ОГПУ, японская разведка и эмигранты - бывшие белогвардейцы, и просто искатели приключений из Старого и Нового света.
С началом Второй мировой войны поиски сокровищ барона не только не прекратились, но и еще больше усилились - теперь к ним подключилась Германия. Командование третьего рейха посылало в далекую Азию секретные военные экспедиции, последняя из которых состоялась в 1943 году. Их бессменный руководитель Эрнст Шеффер упорно вёл поиски таинственной Шамбалы и параллельно - золота "даурского ворона".
"Специалисты" по кладу Унгерна указывали три места возможного захоронения сокровищ : неподалеку от Халхаского монастыря Ван-хурэ (в трехстах километрах на северо-запад от Улан-Батора), на реке Орхон, возле монастыря Эрденэ-Дзу, либо в районе к югу от Хайлара - небольшой станции Китайской Восточной железной дороги. Причем более всего искателей привлекал монастырь Эрденэ-Дзу, поскольку здесь в легенду о золоте барона вплетается другая, гораздо более древняя, но многообещающая легенда о серебре Орхона. Согласно ей, "...когда напавшие на Халху джунгары дошли до Эрденэ-Дзу, святой покровитель монастыря явился перед ними в окружении небесных львов, джунгары в страхе бежали и часть их потонула в Орхоне. За такую заслугу китайский император возвёл потопившую завоевателей реку в ранг туше-гуна - князя пятой степени с жалованьем четыреста лан серебра в год.
Ежегодно из Пекина приезжали чиновники и с соответствующими церемониями кидали деньги в Орхон, так что за два с половиной столетия на речном дне скопилось около шестидесяти тысяч фунтов серебра". Согласимся, что серебро Орхона вкупе с золотом барона Унгерна составляет очень лакомый кусок для кладоискателей.
Но, несмотря на столь массовый интерес к этим сокровищам, иногда проявляемый поистине в государственных масштабах, несмотря на многочисленные и хорошо снаряженные экспедиции, отправляемые правительствами самых разных стран, монгольские степи продолжают хранить тайну кровавого барона.
Первые признаки благотворного воздействия цивилизации на армию Чингис-хана обнаруживаются уже в Маньчжурии. Проявляются эти признаки в том, что захватив очередной город, полководец Мукали приказывает вырезать не всех жителей. В живых закономерно оставляют плотников и каменщиков. Кроме того, приказывается не трогать также актёров.
Воздействие цивилизации продолжается. Очень странную дань монголы берут в Корее. Сто тысяч – не золотом, не драгоценностями – чистыми листами бумаги формата, где-то А0-А1. *(841х1189 мм - 594х841 мм) Потому, как строить Империю – значит создавать бюрократию. А как создашь бюрократию без бумаги? Или иного носителя информации?
Чингис-хана – уже почтеннного семидесятилетнего старца – как-то начинают расспрашивать, мол, что такое хорошо и что такое плохо. И среди прочего спрашивают определение некоего понятия. Старец не колеблется не секунды:
Это – гнать и побеждать врага, захватить его богатства, оставить его замужних женщин рыдать и выть, скакать на его жеребце и пользоваться его жёнами.
Как говорится, что такое счастье – каждый понимал по-своему.
* Мне в Монголии попался полный вариант этого изречения :
"В чём наслаждение, в чём блаженство монгола ? Оно в том, чтобы наступить пятою на горло возмутившихся и непокорных, заставить течь слёзы по лицу и носу их, ездить на их тучных, приятно идущих иноходцах, сделать живот и пупок жён их постелью и подстилкою монгола, ласкать рукою, ещё тёплой от крови и от внутренностей мужей и сыновей их, розовые щёчки и аленькие губки их сосать".
И если мне не нравится, когда это изречение касается наших жён, то напротив - одна из версий смерти великого полководца, мне глубоко симпатична. Видно кто-то из приближённых рассказал это своей женщине по секрету, поэтому - знаем и мы : Чингис-хан умер во время занятия сексом с одной из своих наложниц. Как известно, произошло это в седле, и великий хан Темучжин был с мечом в руках.
В седле потому-что кочевые народы занимались сексом на скаку, хан не был исключением. С мечом, потому-что воину подобает умирать в оружием в руках. Иначе в загробном миру ему не отбиться от умерщвлённых им душ ...
А теперь давайте попробуем взглянуть правде в глаза. Во-первых, всё, что мы знаем о Чингис-хане, взято из летописи "Сокровенное сказание" написанной гораздо позже смерти Тимучина. В летописе нет чётких упоминаний о причинах смерти. Известно только дата и место смерти полководца и расплывчатые объяснения возможных причин: внезапная болезнь, падение с лошади... Болезнь ... Возможно, как известно смерть настигла хана в Тангутском государстве (Си Ся), известном своим сложным климатом. Падение с лошади ... Как мог упасть с лошади человек, всю жизнь проведший в седле? Но, опять же, в виду отсутствия летописца при дворе великого хана, достоверно никто не может назвать причин смерти. Но, если допустить, что хан умер во время секса, а по меркам того времени - это позорная смерть даже для простолюдина, то узнали бы правду окружающие? Наверное нет. Хана окружали верные и преданные ему люди ! Поэтому мы и знаем правду ...
В переводе на арабский – "Амир-аль-бар", в русском и европейских языках, трансформировавшееся в адмирала.
А вот в XVI-ом веке один из преемников Чингис-хана перевёл тот же титул на монгольский и дал его человеку по имени Сонам Гьятсо. Преемники Сонам Гьятсо носят титул по сей день, правда уже в изгнании.
Последняя история касается Чингис-хана лишь косвенно, относясь больше к его противникам – тангутам.
Предстоит генеральное сражение с китайцами. Тангутский полководец Юаньджао находит удобное место для засады. Армию, чтоб не засекли, отводят на расстояние зрительной памяти. Всё прекрасно, проблема лишь – как оперативно узнать, что противник попал в засаду ? Послать разведчиков ? Пока доберутся до армии – время может быть упущено? Сигнализировать? А как? Кострами, дымами ? – так и китайцы - не идиоты. А другого шанса и не будет. В идеале – китайцы должны сообщить о себе сами. Полководец приказывает армии – срочно ловить птиц. Живьём ! Солдаты мигом натаскивают ему кучу ящиков дичи. Ящики расставляют вдоль дороги, сами удаляются.
Идут китайцы, видят – ящики. Слышат – в ящиках шебуршит. Кто шебуршит, зачем? Надо выяснить? Надо. Открывают. И в воздух взвивается облако счастливой донельзя птицы. Заметно издалека - не хуже дымов и сигнальных ракет.
До ТРИЗа остаётся ещё тысяча лет.
*ТРИЗ — теория решения изобретательских задач — область знаний, исследующая механизмы развития технических систем с целью создания практических методов решения изобретательских задач.
Каракорум (монг. Хархорин, в средневековье Хар Хорум) — столица Монгольской империи в 1220—1260 годах. В настоящее время — город, центр сомона Хархорин аймака Уверхангай Монголии. Название восходит к тюркскому топониму окрестных гор «Каракорум» (букв. «чёрные камни», «нагромождение чёрных камней»).
И чем же плох, этот потёртый от частого применения заголовок - славненький такой, жирный заголовочек ? И реакцию на прочитанное, тоже можно предсказать - ну, слава Богу, у кого-то похуже, чем у нас ... Но не для этого рассказ о стране, где мы много лет назад оставили часть своей души. Просто изредка наши воспоминания прерываются вздохом - эх, отложить бы все дела и хоть на некоторое время вернуться в те места, где живёт наша память ... Только не надо так сильно спешить, пусть она себе там живёт. Не боитесь разочарования ? Может быть после того, что я вам расскажу, вы уже удовлетворите свою ностальгию и не захотите никуда ехать. Потому что - контрасты ... И может же так случиться, что те тяготы и излишества, которые вы легко переносили и двадцать, и тридцать, и ... много лет назад, сегодня уже сильно повлияют на организм, а где взять здоровье из еле оставшихся дней - скажет кто-то и будет таки да прав. Прошло немало времени и страна изменилась, как лицо когда-то любимой женщины, ставшее за долгое время, если сказать помягче, немного более мужественным ...
Когда мы говорим о Монголии, то часто вспоминаем курицу и именно её летательные, а не вкусовые качества и те дивные блюда, которые можно из неё приготовить. Значит так, берём кошерную курицу, аккуратно снимаем с неё кожу ..., ладно, сегодня не об этом ...
Очень легко сравнивать столицу Монголии с городами России или Украины - те же дороги, те же дома, такие же престижные и даже - шикарные машины, те же "пробки" на дорогах.
Много машин ... Много машин на улицах города, подающих сигналы по поводу и без, "подрезающих" друг друга, игнорирующих пешеходов с их кошёлками, светофорами и правосторонним движением ...
Вот всё-таки сказывается отсутствие переходной стадии - капитализма, если шагаешь из феодализма сразу в социализм, как это сделала страна в 1921 году. Нельзя осознать, что человек человеку - друг, товарищ и брат (или сестра), если не ощутил, что при капитализме - и волк, немножечко тоже. Вот потому так заметны признаки этой промежуточной стадии. Современные здания фирм и банков, торговых комплексов и шикарных коттеджей соседствуют с юрточными посёлками, причём это соседство настолько близкое, что кажется - их жители дружат домами. В Одессе это безобидное словосочетание означает, что вы имеете ходить к нам на именины, а мы к вам - на похороны, не думаю, что такие словесные изыски знакомы жителям столицы Монголии, их объединяет другое ... Как говорили одно время в той же Одессе - мы с тобой соседи, в одну машину мусор выбрасываем.
По всему заметно, что "мусорная" проблема - проблема №1 в городе. Ладно с жильём - семье, живущей в юрте на окраине города, не нужен газ, вода и канализация в понимании нашего городского жителя. Народ кочевой, к отсутствию коммунальных благ цивилизации привычный, а с мусором - надо что-то делать. Во-первых, не бросать его там, где обитаешь, собирать и своевременно вывозить ... так - это уже что-то из моей вечной борьбы с соседями и с ЖЭКом, но похоже ...
Нет, ну очень похоже, может быть я даже что-то перепутал ...
Эрдэнэ Бат Уул, герой Монголии, спортсмен (между 1988-1999, Бат-Erdene выиграл 11 турниров национального уровня в Наадам), мэр Улан-Батора, известный нам по активному участию в сносе памятника Ленину у гостиницы Улан-Батор и обещавший взамен построить там что-нибудь хорошее, сказал :"Мы планируем благоустроить юрточные посёлки, подведём к ним коммуникации, инженерные сети и всё ... И всё остальное - тоже, надо думать ...
Теперь памятник Суэ-Батору соседствует на площади с Чингис-ханом, врать не буду, но и площадь, говорят, носит теперь имя "Потрясателя вселенной". И сидит он недалеко и наблюдает - чтите ли вы его, приложите ли правую руку к сердцу и совершите ли поклон в его сторону, как требует этого сегодня уважительная церемония ...
Ждёт ночной Улан-Батор гостей, ночные клубы, пивбары, караоке приветливо распахнули свои двери. Не рассказал вам, как здесь можно отдохнуть - так чуть позже, я это сделаю. Но если вы всё-таки решите приехать сюда, помните, что старшее поколение ещё помнит русский язык, а вот монгольский вы так и не выучили.Но я вам, как родным, если вы решитесь ехать скажу на чистом монгольском : "Хилвэл буу ай, айвал буу хий", что в переводе означает - "Если делаешь - не бойся. Если боишься - не делай".
Теперь памятник Суэ-Батору соседствует на площади с Чингис-ханом, врать не буду, но и площадь, говоря,т носит теперь имя "Потрясателя вселенной". И сидит он недалеко и наблюдает - чтите ли вы его, приложите ли правую руку к сердцу и совершите ли поклон в его сторону, как требует этого сегодня уважительная церемония ...
Ждёт ночной Улан-Батор гостей, ночные клубы, пивбары, караоке приветливо распахнули свои двери. Не рассказал вам, как здесь можно отдохнуть - так чуть позже, я это сделаю. Но если вы всё-таки решите приехать сюда, помните, что старшее поколение ещё помнит русский язык, а вот монгольский вы так и не выучили.Но я вам, как родным, если вы решитесь ехать скажу на чистом монгольском : "Хилвэл буу ай, айвал буу хий", что в переводе означает - "Если делаешь - не бойся. Если боишься - не делай".
В июне 1982 года была отдушина в службе,провёл в Улан-Баторе целый день на своём УАЗ -469. Это было незабываемое время за два года службы. Отдых по полной программе. Транспорта на дорогах УЛАН-БАТОРА было на много меньше.
Да, Боря, признаться, я тоже всегда предвкушал свои поездки в Улан-Батор. Хоть и редко это происходило, но каждая поездка, занимавшая 3-4 дня чистого времени отдыха, превращалась в приключение : это и пиво, и незабываемые встречи с друзьямии, и походы по магазинам в поисках книг, которые здорово выручали зимой, когда в окна свист ветра, а за дверью - мороз ...
Виктор С.: Виктор! Спасибо за фотки!! С большим удовольствием посмотрел, особенно на центральную площадь Улан-Батора. Так же как и Борис вспомнил приятные моменты от прогулки по столице МНР. Еще раз спасибо!!!
Шеви-Гоби вч пп 32568, 1608 ОИСБ, инженерно-позиционная рота, лето 86 - осень 87.
оус5: Ну, Владислав, тогда давай разберём нашу почту : я написал, что у меня с соседями борьба за чистоту : они - пачкают, я ругаюсь, они - пачкают, я иду в ЖЭК, ругаюсь - они не убирают, а соседи пачкают. Я беру метлу и убираю, соседи - пачкают и ругаются, что я поднимаю пыль, когда подметаю. Где-то примерно так. Тут я вспоминаю Монголию, её мэра, который пообещал людям в домах чистоту, как в туалете, который у памятника Ленину :
И тут ты пишешь : "Виктор С.: туалет-то они построят, но с..ть ходить будут всё равно за юрту!"... и я соглашаясь с тобою, пишу тебе, заметь - в рифму (а это - нелегко, ты же знаешь) : "Моя соседка по подъезду в доме, ничем не отличается от них ..., т.е., я намекаю тебе, что она - такая же грязнуля, да ещё - претендующая на интеллигентность (знает А.Блока), а сама регулярно в окно выбрасывает ..., а я радуюсь - хорошо, что хоть не выливает ...
Промышленный лов рыбы ведется в северной части Монголии - прочитал я в поисковике на запрос - ловят ли, монголы рыбу. То, что они её практически не употребляют в пищу, я знал. Не очень-то интересовался - почему, но где-то там, в глубине души - радовался тому, что они, не зная, что в рыбе много фосфора не едят её. А может всё-таки монголы любят рыбу, но скрывают это.
Археологические находки в Монголии свидетельствуют о том, что монголы издревле ловили рыбу. Более поздняя история Монгольской нации рассказывает об искусственных прудах, в которых её разводили для ханов. Законы, издаваемые ханами, предусматривали жестокое наказание за кражу сетей и даже Великий Чингис, в юности будучи простым Тимучином, скрываясь от преследований племени меркитов, искусно добывал рыбу в реках Онон и Керулен.
Другие источники говорят, что никогда на озере Хубсугул не вели промышленный лов рыбы, как на Байкале. Если в старину монгол селился у воды и начинал ловить рыбу, то его зачисляли чуть ли не в изгои, дескать, дошёл до ручки, скот разводить не может, поэтому в воду полез.
Но никогда монголы не ловили рыбы больше, чем в настоящее время.
Нет, всё-таки нельзя говорить о промышленном лове рыбы, лучше перевести эту работу в разряд удовольствия и приехать рыбачить на озеро Хубсугул - особенно, если появится желание посмотреть - каким был Байкал 200 лет назад. Рыболовецких баз, где надо заплатить, прежде чем получить это удовольствие, монголы ещё не придумали, полиэтиленовых пакетов ветер не носит, мусор - как в городе, ещё не накапливается. Рыбы же - любой новичок на ведро ухи натаскает вмиг.
Несколько лет на льду озера проводятся международные турниры по рыбной ловле, причем с каждым годом на них стремятся попасть всё больше жителей западных областей России, включая избалованную Москву.
Среда обитания и образ жизни монголов исторически не предрасполагает к вегетарианству. Засушливая местность малопригодна для выращивания овощей. Поэтому жители этой страны издревле освоили скотоводство и вели кочевой образ жизни, практически не занимаясь сельским хозяйством. Большую часть рациона местных жителей составляла мясомолочная продукция. До сих пор многие монголы считают мясо единственным продуктом, которым можно наесться. О вегетарианстве старались не говорить, считалось, что вегетарианец - это человек с которого кроме анализов больше нечего взять. Но если сказать вам, как родным - монголы просто не понимали на овощи. Сотрудница по работе в Улан-Баторе рассказывала, что когда в 15-м микрорайоне к ней домой пришёл чичик (маленький мальчик) просить что-нибудь покушать, она отдала ему паёк мужа-офицера. Тушёнку он взял, а баклажанной икрой вымазал ей дверь - морда невегетарианская ... Ну, не понимают они на овощи...
До конца 70-тых годов овощи в Монголии выращивали китайцы, их там было немного, но овощей хватало. Может быть, монголы не знали, как их надо готовить или употреблять в пищу. Один мужик, работавший в геохимическом отряде рассказывал, что его начальник-монгол не знал как растёт картошка. Когда он учился в России, то ел картошку, но в энциклопедическом словаре прочитал, что картошка - родственик перцу и помидору, а плоды перцев он видел на картинке - они росли на кустах. А у монгола плоды не росли. Только одна ботва. Пришлось учить - был у них в отряде бульдозер. Сварили они три крюка вместе и не то, чтобы вспахали, но взрыхлили землю. Сажали так - шёл один здоровенный монгол с заостренным бревном и делал ямки. А второй бросал в них картофелину и носком сапога засыпал. С окучиванием проблема - тяпок в Монголии отродясь не бывало. Так они приспособились лопаты поперек черенка насаживать. А землю почему-то гребли не к себе а от себя. Но картошка уродилась. И ели её монголы с удовольствием. И радовались, что у них иностранный специалист оказался специалистом и по картошке. И с перцем - тоже весёлая история. Вернулся я из отпуска, в ожидании транспорта на Булган пару дней имел возможность пройтись по городу. Зашёл пообедать в 12-м микрорайоне в кафе, заказал яичницу, гляжу - на раздаче лежит огромная перчина болгарская. Спрашиваю - продаётся ? Девчонки пошушукались, отдали за без денег. Я её - под кран, вымыл, сел, в соль макаю и ем - яишенка, пиво ... Девчонки чуть через прилавок не попадали, сбежались посмотреть, что я с этим перцем делаю ...
Вообще, по большому счету, монголы не большие любители овощей и трав разных и этим очень гордятся, почему-то. Но русские и китайцы научили их кушать хотя бы самые популярные и простые овощи : капусту, морковь, лук, чеснок плюс картошку. Еще есть овощь, которую кроме Монголии, кажется, нигде не едят. По-монгольски (а может, по-китайски) называется "манжин". Напоминает чем-то репу-брюкву, но скорее - это турнепс. По одной версии этот овощь является кормом для крупного рогатого скота, но монголы из-за плохого знания ботаники, особенно в области съедобного, едят то, чем изначально должны были жевать коровы и быки. Но ничего, никто пока не умер после употребления его в пищу.
Традиции в еде не быстро меняются, но монголы нормальные, разумные люди и то, что вкусно, питательно и полезно входит в быт не только в городе. Картошка, морковка и лук сейчас есть в любой юрте, в самом отдаленном сомоне. Возделывание земли и выращивание овощей случай еще редкий, но и такое случается. Сейчас в Монголии к позам всегда и везде подадут горстку салата или квашенной капустки, в меню любой столовой найдется овощной супчик. Хорхог изначально был чисто мясным блюдом, теперь в него повсеместно кладут картошку, морковь, лук, зачастую перец-горошек и лавровый лист.
Трудно представить себе семью скотовода-кочевника или пастуха, мотающихся целыми днями по своим скотоводческим делам и ужинающих обезжиренным кефиром с булочкой. Нет - большим количеством мясной жирной пищи утолят они свой голод и лягут спать. А если уснуть в юрте кочевника, соблюдая рекомендации диетолога - не есть после шести, то утром, проснувшись в жилище, в котором внутренняя температура сравнялась с наружной, можно не сосчитать- сколько осталось здоровья. Думаю, что и перебравшись в городские условия, поближе к цивилизации, к центральному отоплению, монголы, особенно старшее поколение, не откажутся от привычки есть мясо, и покупаться это мясо будет целыми тушами.
Современные дети, да и молодёжь в целом, которые родились и выросли в городе, к мясу относятся не так трепетно как старшее поколение. Видимо на уровне физиологии происходят какие-то перемены, например, организму требуется меньше жиров, если живешь в тёплой квартире. Ну а те, кто бахвалится своим настоящим монгольским происхождением - продолжают трескать жирное мясо в большом количестве, болеют от разных болезней, в том числе - имеют проблемы с сердцем и давлением. Те, кто мясо не ест, болеют такими же болезнями, только не знают - почему же так получается ...
Пишите коллективное письмо в МИД, чтобы пригласили на празднование;)
Хорошая идея!!! Дядя служил на Кубе, так Фидель в последние годы их регулярно выписывал к себя на Остров Свободы на юбилеи: подарки там разные, медали, гостиница... Все за счет приглашающей стороны. )))
