Если у тебя в пользовании такое авто,то я рад за тебя.Если ты считаешь это качественным автомобилем,то я нет.
24Обсн осень1979-весна1981 Хара-Бырка в/ч 55433
У тебя Кайгородов наверное большой портрет Горбачева и его боевой подруги Раечки ,над головой висит в спальне и ты каждый день перед сном прощаешься,а утром здороваешься .Как ты их любишь и защищаешь. А они для страны что хорошего сделали . Над народом издевались-объявив сухой закон? Усмиряли демонстрации штыком и прикладом в Тбилиси и Прибалтике? Катались по земному шарику,чтобы Райка все магазины ювелирные,меховые обошла и подарков набрала ,а за это Россию матушку и можно даже начать разваливать и распродавать,в угоду своим заморским новым друзьям.
[i][/iУлан-Батор в\ч п\п 96608 разведрота
Если ты захочешь - ответь мне приватно. Дело в том, что я, как топикастер (это слово - необидное) хотел бы продолжить тему "Заблуждения ..." . Так получилось, что мы здесь немного "отъехали" от темы ...
Да здравствует развод . Не по закону, но по справедливости, или две вдовы Сергея Прокофьева.
Продолжаю тему об интересных разводах в истории. В советские учебники по семейному праву и международному частному праву этот случай не вошел, хотя среди юристов он получил название "казус Прокофьева" – после смерти великого советского композитора Сергея Прокофьева, у него осталось две законные вдовы-наследницы.
Лина Кодина-Немысская-Прокофьева в 1912 (?), 1924, 1948 и 1983 году.
8 октября 1923 года в ратуше германского города Этталь (Бавария) был заключен брак между советским композитором Сергеем Прокофьевым и испанской оперной певицей Каролиной Кодина-Немысской (которую знакомые называли просто Лина). Лина была дочерью испанского тенора Хуана Кодина и российской певицы с польскими и французскими корнями Ольги Немысской.
Этот брак был заключён, как говорится "по залёту" – несмотря на то, что будущие супруги к тому времени уже пять лет жили вместе (с 1918 го по 1936 год, Прокофьев постоянно обитал за границей и с СССР бывал лишь наездами), композитор не спешил связывать себя узами Гименея. И лишь когда Лина забеременела, то Прокофьев, как честный человек, посчитал обязанным на ней жениться.
Лина Прокофьева с сыновьями Святославом и Олегом. 1930 год. Предместье Парижа.
27 февраля 1924 года у супругов родился сын Святослав, а 14 декабря 1928 года второй сын Олег. В 1936 году семья Прокофьевых вернулась в СССР, Лина и дети получили советское гражданство, но семейная жизнь Прокофьевых не заладилась. Певицей Лина оказалась весьма посредственной, супругой довольно стервозной, и к жизни в сталинском СССР адаптироваться так и не смогла. Вся семейная жизнь Прокофьева свелась к вечным скандалам с требованием вернуться на Запад. Но легко было Лине что-то требовать от Прокофьева, и сложнее было Прокофьеву потребовать того же самого от Сталина – с момента возвращения в СССР композитор отпускался в зарубежные гастроли лишь дважды, и без семьи.
В конце концов, в 1938 году в кисловодском санатории 47-летний Сергей Прокофьев познакомился с 23-летней Мирой Мендельсон, которая мозги ему ничем не "компостировала", просто окружив великого композитора заботой и любовью. В марте 1941 года Прокофьев ушёл из семьи, вскоре началась война, и вопрос о разводе не поднимался.
Сразу после войны Прокофьев начал процедуру развода, но менее чем за год до её окончания, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года, этот процесс усложнился – вводилась сложная двухступенчатая процедура развода с необходимостью публикации в газетах объявлений о предстоящих судебных разбирательствах. К тому же решение этого вопроса натолкнулось на яростное сопротивление Лины – она была согласна на развод только при условии своего с детьми отъезда за границу. А поскольку она владела пятью языками, была завсегдатаем на приёмах в иностранных посольствах и имела множество знакомых среди иностранных дипломатов и журналистов, то этот развод Прокофьева обещал скандально прогреметь на весь мир. И тогда кто-то подсказал композитору сделать юридический "ход конём" – не разводиться, а признать заключённый за границей брак недействительным.
Чтобы не углубляться в юридические дебри, постараюсь кратко. В СССР признавались браки, заключённые советскими гражданами за границей, в двух случаях: 1) Браки между гражданами СССР, если они зарегистрированы в советских посольствах или консульствах; 2) Браки между гражданами СССР и иностранными гражданами, если они зарегистрированы с соблюдением процедуры заключения брака по законодательству страны его совершения. В обоих случаях эти браки считались в СССР действительными, но только до принятия 15 февраля 1947 года Указа Президиума Верховного Совета СССР "О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами» (отмененного впоследствии 26.11.1953 г.). Этот Указ содержал лишь один краткий пункт "Воспретить браки между гражданами СССР и иностранцами", который можно было трактовать, как угодно ...
И в ноябре 1947 года Сергей Прокофьев обратился в суд Свердловского района г.Москвы с иском о признании своего брака, заключенного 8 октября 1923 года в Германии, недействительным. Через пять дней иск был удовлетворён, причём суд придал Указу от 15.02.1947г. "обратную силу" – мол, все и прошлые, и будущие и настоящие браки между гражданами СССР и иностранными гражданами нынче воспрещены. При этом Лина в суд не вызывалась, и о рассмотрении судебного дела ничего не знала. После того, как решение суда вступило в законную силу и через месяц необходимого ожидания, 15 января 1948 года в московском ЗАГСе был зарегистрирован новый брак между Сергеем Сергеевичем Прокофьевым и Мирой Абрамовной Мендельсон (о чём Лина также ведать не ведала).
А ещё через месяц, 20 февраля 1948 года, Каролина Прокофьева была арестована и осуждена на двадцать лет лагерей за шпионаж, основанием для которого послужили те её постоянные визиты в иностранные посольства. Причём о том, что она уже давно не является законной женой Сергея Прокофьева, Лина не догадывалась вплоть до самой смерти композитора.
Лина Прокофьева. 1948 год. Фотография из уголовного дела.
Умер Сергей Прокофьев 5 марта 1953 года, в один день со Сталиным, и на его похороны было невозможно достать цветов – срезали с комнатных растений. В июне 1956 года, отсидев восемь лет из своих двадцати, Лина Прокофьева была реабилитирована, вышла на свободу, и тут же приступила к судебным тяжбам. В апреле 1957 года Московский городской суд отменил решение Свердловского района г. Москвы от ноября 1947 года о признании недействительным брака Сергея и Лины Прокофьевых, и их брак признался законным и действительным. Одновременно суд рассмотрел вопрос о действительности второго брака Прокофьева с Мирой Мендельсон, и принял удивительное решение – этот брак также признавался законным, поскольку на момент его заключения существовало вступившее в силу решение суда, по которому Прокофьев имел полное право жениться повторно. То есть по сути дела, Сергей Прокофьев признавался законным советским двоежёнцем. И "чтобы два раза не собираться", Мосгорсуд рассмотрел заодно, и вопрос наследства Сергея Прокофьева, приняв "соломоново решение" – наследниками композитора были признаны обе вдовы Прокофьева, с разделением между ними и двумя его сыновьями, права на получение авторских отчислений за исполнение его музыки как в СССР, так и за рубежом. Всё имущество и архив Прокофьева, остались у его второй вдовы.
Сергей Прокофьев со своими будущими вдовами Линой и Мирой.
Мира Прокофьева-Мендельсон скончалась на 54-м году жизни в июне 1968 года, завещав свою часть наследства, а также партитуры и архив Прокофьева Музею музыкальной культуры им.Глинки. Детей у них с Прокофьевым не было. Каролина Прокофьева-Кодина в 1974 году получила трехмесячную визу для поездки в Великобританию, из которой не вернулась. Тогда ей было уже 77 лет, ни она не хотела терять право на наследство Прокофьева, ни СССР не хотел скандалов и советское посольство в Лондоне 25 лет без вопросов продлевало Лине визу вплоть до самой её смерти в январе 1989 года на 93-м году жизни. Сыновья Прокофьева, к тому времени, давно жили один в Лондоне, другой в Париже.
Обе вдовы композитора до конца своих дней получали как «пережившие автора супруги» свою долю авторских отчислений за исполнение музыки Прокофьева как в СССР, так и за рубежом. И хотя государство и забирало себе с валюты 60%, но эти отчисления составляли столь значительную сумму, что она позволяла Лине жить в Англии безбедно, коллекционируя предметы искусства и драгоценности, а также финансируя в Лондоне Фонд Сергея Прокофьева.
Почти все юристы, когда вспоминали эту историю, соглашались с тем, что советский суд поступил в "деле вдов Прокофьева" не по закону, но по справедливости.
Бойцы, в последнее время обсуждение вопросов, напрямую не связанных с тематикой нашего сайта, расползлось по всем темам форума. Форум в результате этого начинает превращаться в "кухонный митинг".
Для систематизации и упорядочивания дальнейшего общения, вплоть до особых распоряжений, в "Бузной" открывается новая тема - "Ленкомната", в которой теперь обсуждаем ВСЕ политические вопросоы "на злобу дня", читаем "Правду" и пишем письма домой на листочках, вырванных из конспектов :-).
В остальных темах - давайте придерживаться их содержания, а не революционной сознательности.
Кто плохо читает по-русски, и будет продолжать митинговать в неположенном месте - пойдёт учить русский язык в офлайн на несколько дней.
22.03.2014, 11 часов 00 минут (МСК)
Carthago delenda est, Carthaginem delendam esse! ст. Степь, в/ч 21818 "О" (1985-1987, курок)
Продолжаем разговор о любопытных разводах в Российской империи, и сегодня речь пойдет о разводе, который напрямую зависел от удачи соперников за карточным столом.
В 1789 году 17-летнюю княжну Марию Вяземскую выдали замуж за князя Александра Николаевича Голицына, который был старше невесты всего на три года. Со стороны Вяземских имел место брак по расчету – эта ветвь княжеского рода обеднела, и большого приданого за дочерью дать не могла. А князь Голицын незадолго до женитьбы получил огромное наследство, в котором одних только крепостных насчитывалось 24 тысячи душ.
"Портрет княгини Марии Григорьевны Голицыной". Мари Виже-Лебрен (1798 г.)
Но на беду молодожёнов, князь Голицын отличался отменным самодурством и мотовством: утверждали, что он выписывал векселя, в которых сумма была проставлена не буквами, а цифрами (к которым недобросовестные кредиторы дорисовывали потом нули); давал прикуривать гостям ассигнациями крупного достоинства; ежедневно отпускал своим кучерам шампанское, ну, и в карты очень любил играть, в которые ему не очень везло. Подобный образ жизни привел к тому, что за десять лет князь умудрился прокутить всё своё огромное состояние, и княгиня Голицына была вынуждена обратиться к только что вступившему на престол императору Александру I с просьбой - повлиять на кредиторов, и приостановить взыскание долгов.
Император ответил княгине очень вежливым отказом, завершающимся словами "пребываю я навсегда вам доброжелательным". Князь Голицын оказался на грани полного разорения, и его супруга потребовала развода (детей у них не было), на который князь не согласился.
А вот вскоре случившееся, не совсем понятно – то ли всё произошло спонтанно, то ли это была тщательно продуманная и блестяще проведенная любовниками операция. Сыну гетмана Украины Кирилла Разумовского и племяннику любовника Елизаветы I Алексея Розумовского, графу Льву Разумовскому было в ту пору 44 года, он был холост и богат. В один из дней 1801 года граф сел за карточный стол с князем Голицыным, и игра продлилась вечер и всю ночь – Разумовский всё выигрывал, а Голицын неизменно проигрывал.
"Карточная игра". Николай Петров (не позднее 1876г.)
Наиболее популярной из карточных игр, являлся в те времена "фараон»" (или "штосс") – игра незатейливая, но в которую за ночь можно было составить и спустить целое состояние. Её правила просты : из одной колоды карт один игрок ("понтёр") выбирает любую карту, и делает на неё определенную ставку ("куш"). Другой игрок ("банкомёт") из второй колоды начинает доставать карты, открывая их поочередно налево и направо ("метать банк"). Если та же карта, на которую поставил понтёр, ляжет налево от банкомёта, то понтёр выиграл. Если направо – то выиграл банкомёт (именно с этой игры идет выражение "как карта ляжет").
Когда в ту ночь Разумовский выиграл у Голицына умопомрачительную сумму, то он предложил князю сделать последнюю ставку в виде его жены княгини Голицыной, против всего своего выигрыша. Князь сначала отказался, на что Разумовский ответил, что в таком случае он откланивается, а за своим выигрышем пришлет утром.
Князь Голицын в отчаянии согласился, и снова проиграл.
"Портрет графа Л.К.Разумовского" Владимир Боровиковский (около 1800г.)
Граф Разумовский тут же покинул гостеприимный дом Голицыных, прихватив с собой княгиню. Ну, а дальнейшее понятно – скандал разразился нешуточный и князь Голицын сам подал на развод. Прелюбодеяние его супруги, жившей с Разумовским, как семья, было налицо, и Московская духовная консистория быстро расторгла скандальный брак. Но вот беда, развод был произведен без разрешения княгине "вступить во второй брак" (хотя и без указания оставить её "навсегда безбрачною"). Графа Разумовского это не остановило, и в следующем 1802-м году он обвенчался с княгиней Голицыной в домовой церкви Св. Петра и Павла своего подмосковного имения Петровско-Разумовское. Высший свет не признал этот брак, и чету Разумовских долгое время принимали только в домах их родственников, пока в 1809 году Москву не посетил Александр I. Государь неожиданно явился на семейный бал в доме Кочубеев, подошёл к присутствовавшей там бывшей княгине Голицыной, и громко сказал: "Графиня, позвольте пригласить Вас на полонез?".
Император тогда на деле доказал, что его окончание в письме княгине Голицыной "пребываю я навсегда вам доброжелательным", было не простым эпистолярным оборотом.
"Мария Григорьевна Разумовская". Александр Брюллов (между 1826 и 1829 гг.)
С той минуты законность второго брака и графского достоинства разведенной Марьи Григорьевны больше никем не подвергалась сомнению, вплоть до самой кончины графа Льва Кирилловича Разумовского в 1818 году. Супружеская пара была бездетной, и один из братьев покойного, Алексей Кириллович, затеял судебный процесс, в котором оспаривал законность брака, и право вдовы на наследство. Через три года, эта тяжба была графиней Разумовской благополучно выиграна.
"Портрет неизвестной в тюрбане", Карл Брюллов, около 1830 г.(предположительно портрет М.Г.Разумовской).
Мария Григорьевна скончалась в 1865 году в возрасте 93 лет, на 48 лет пережив своего первого мужа – окончательно разорившегося князя Голицына, и на 47 лет своего второго мужа – графа Разумовского. Многочисленные наследники богатой вдовы были таким долгожительством крайне недовольны, так как Мария Григорьевна пережила и многих из них.
А ведь откройся в ту ночь карта в другую сторону, то она умерла бы не богатейшей графиней Разумовской, а беднейшей княгиней Голицыной ...
"Бункер Гитлера" в Красном бору. [ image disabled ] Вряд ли найдётся житель смолянщины, который ничего не слышал про эту бетонную чушку. После последних раскопок людям объявили, что "бункер Гитлера" - это комната 43 кв.м., больше подземных объектов под Красным бором нет. Однако, они забыли упомянуть, что 1941-1943 помимо бункера Гитлера здесь располагался штаб группы армий «Центр»(!) и Абвера(немецкой разведки). Здесь находилась разведшкола "Сатурн", военный аэродром и много других секретных и сверхсекретных объектов. Группа армий "Центр" - это более 150 000 человек личного состава: 30 пехотных и 15 танковых дивизий, не считая самолётов и обслуживающих частей. В 1941-1942 годах в глубокой тайне велось строительство подземного комплекса «Беренхалле» — «Медвежья берлога». Сверхсекретный военный объект строился силами тысяч(!) военнопленных днём и ночью + 1500 инженеров немецкой военно-строительной организации "Тодт". 1,5 года они безустали стоили комнату 43 кв.м. А еще протянули к ней отдельную ж/д ветку длиной несколько километров. Очень правдоподобно. Старожилы, спускавшиеся туда сразу после освобождения города, в один голос рассказывали про винтовую лестницу, уходящую вниз аж на 5 этажей, однако очень быстро к объекту приставили охрану и "ротозеев" перестали пускать. Сохранились даже письменные свидетельства очевидцев, однако про них почему-то забыли упомянуть.
По архивным данным, комплекс состоял из 42 специальных помещений и жилых блоков. Сам Гитлер, по некоторым данным, бывал в «Беренхалле» дважды. Ещё следует упомянуть о наличии на территории Красного бора и прилегающих территориях других наземных объектов того времени: двойник "бункера Гитлера" ближе к Гнёздово, бункер "Шалаш", бункер "Круглый", бункер возле пожарной части, бункер на р.Ольшанке, бункер на территории действующей в/части, подземелья на территории бывшей в/части и на территории санатория МВД "Борок" - явно немецкого происхождения, множество затопленных шлюзов, забетонированных люков и прочих творений немецкого зодчества, разбросанных по всему лесу. По масштабам, похожих сооружений в мире было только 3: "Вервольф" (Оборотень) в Виннице на Украине, "Вольшанце" (Волчье логово) - в Восточной Пруссии и "Беренхалле" (Медвежья берлога) под Смоленском. Первые 2 были взорваны немцами при отступлении. Единственный и полностью уцелевший подземный комплекс находится под Смоленском, однако все входы либо затоплены, либо замурованы, а информация о нем усиленно замалчивается.
Золотая карета Наполеона По легенде, в 1812 году Наполеон, отступая от Москвы, не мог унести с собой все трофеи, и спрятал где-то под Смоленском (либо в самом городе) свою легендарную золотую карету. Слухи о её местоположении крайне противоречивы. Одни говорят что карета зарыта где-то вдоль Старой Смоленской дороги, другие уверены, что она покоится где-то на дне озера Сапшо, но многие склоняются к тому, что сокровище было укрыто в легендарном подземном проходе под Днепром. Когда пушечное ядро разрушило старый днепровский мост, оно повредило и подземный ход. Подземелье затопила вода, и оно разрушилось. Спустя полтора века наполеоновский клад пытался найти Гитлер, но безуспешно. В 1988 году студенты МГУ тоже разыскивали эту карету, но поиски не принесли результата.
Судьба у кареты будет такая-же ,как и у остальных легенд-сказок - былей про несметные богатства. За двести лет не нашли и через двести не найдут.
[i][/iУлан-Батор в\ч п\п 96608 разведрота
1 марта 1953 года Сталина, лежащего на полу в малой столовой Ближней дачи (одна из резиденций Сталина), обнаружил сотрудник охраны Лозгачёв. Утром 2 марта на Ближнюю дачу прибыли врачи и диагностировали паралич правой стороны тела. 4 марта 1953 года было объявлено о болезни Сталина, опубликованы и передавались по радио бюллетени о состоянии его здоровья; упоминались такие признаки тяжелого состояния, как инсульт, потеря сознания, паралич тела, агональное дыхание Чейн-Стокса. 5 марта в 21 час 50 минут Сталин умер. О смерти Сталина было объявлено 5 марта 1953 года. Согласно медицинскому заключению, смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг. Похороны состоялись 9 марта.
Для прощания тело Сталина было выставлено 6 марта в Колонном зале Дома Союзов. С 16 часов пришли первые потоки людей, желавших проститься со Сталиным. Сталин лежал в гробу, на высоком постаменте, в сени красных знамён, среди роз и вечнозелёных ветвей. На нём был надет его любимый повседневный мундир серовато-зелёного цвета с отложным воротником, на который были пришиты шинельные генеральские петлицы. От прижизненного одеяния он отличался только нашитыми погонами генералиссимуса и золотыми пуговицами. Помимо орденских планок на кителе были прикреплены медали "Золотая Звезда" и "Серп и Молот" (хотя при жизни Сталин носил только последнюю).
Прощание продолжалось три дня и три ночи, в течение которых люди проходили через Колонный зал. Около полуночи 8 марта прощание прекратилось, и началась подготовка к похоронам. В 2 часа ночи начали выносить многочисленные венки. Так как за гробом было решено нести только 100 венков от руководства страны, крупнейших партийных организаций, братских компартий и родственников, остальные венки, количество которых исчислялось тысячами, были установлены к утру по обе стороны Мавзолея.
9 марта 1953 года на Красной площади в Москве состоялись похороны И. В. Сталина. К 7 часам утра была выстроена охранная цепочка по маршруту движения похоронной процессии и по секторам Красной площади. В 8 часов завершилось построение войск на Красной площади общим количеством 4400 человек, оркестра по маршруту и почётного эскорта у Дома Союзов. К 9 утра закончилось построение трудящихся на Красной площади общим количеством 12 000 человек. Над входом в Мавзолей начертаны два имени: ЛЕНИН и СТАЛИН.
В 10 часов 15 минут Г. М. Маленков, Л. П. Берия, В. М. Молотов, К. Е. Ворошилов, Н. С. Хрущёв, Н. А. Булганин, Л. М. Каганович, А. И. Микоян подняли на руки гроб с телом Сталина и медленно направились к выходу (тяжёлый саркофаг им помогали нести присутствовавшие рядом офицеры). В 10 ч. 23 мин. гроб был установлен на орудийный лафет, декорированный кумачом в обрамлении траурных лент, и началось движение процессии от Дома Союзов по Охотному ряду к Мавзолею. Всё это сопровождала тревожная мелодия.
Во время похорон произошла давка в районе Трубной площади. Многомиллионная людская очередь извивалась по улицам Москвы и направлялась к Колонному залу Дома Союзов, где на возвышении был установлен гроб с телом покойного. Все стремились попасть в Колонный зал Дома Союзов, чтобы хоть одним глазком посмотреть на человека, который уже при жизни стал памятником.
В чудовищных давках на Трубной площади погибло немало людей. Точная цифра погибших неизвестна или засекречена. Рассказывают, что трупы раздавленных лежали возле Лефортовского морга прямо на снегу: морг их не вмещал. Причиной давки послужило то, что попасть на Пушкинскую улицу "к Сталину" можно было только с Трубной площади, где были выгорожены тяжелыми военными машинами два узких прохода на Неглинку.Когда народ просто побежал в центр со всех сторон (а это было после утреннего сообщения по радио ),на Трубную площадь сбежалось сразу огромное количество людей.
И вырваться на свободу из такого удушливого столпотворения было просто невозможно: всюду стояли войска и грузовики. Оцепление не давало толпе разойтись. И только с одной стороны улицы были свободны, именно оттуда, откуда напирала толпа. Сколько было погибших? Сотни, тысячи? Скорее всего мы об этом уже никогда не узнаем. По свидетельствам очевидцев, все раздавленные тела складывали на грузовики и вывозили за город, где всех закапывали в одну общую могилу. Но самое страшное заключалось в том, что среди раздавленных были такие, которые приходили в себя, просили помощи. Их можно было еще спасти. Но скорая медицинская помощь практически не работала, в те траурные дни по центральным улицам запрещалось ездить. Раненые никого не интересовали. Их участь была решена. Ничто не должно было отвлекать от похорон Сталина.
На многих улицах разыгрывались настоящие трагедии. Давка была такой сильной, что людей просто вжимали в стены домов. Обрушивались заборы, ломались ворота, разбивались витрины магазинов. Люди забирались на железные фонарные столбы и, не удержавшись, падали оттуда, чтобы уже никогда не подняться. Некоторые поднимались над толпой и ползли по головам, некоторые в отчаянии пытались пролезть под грузовиками, но их туда не пускали, они в изнеможении валились на асфальт и не могли уже больше подняться. По ним топтались напиравшие сзади. Толпу качало волнами то в одну сторону, то в другую ...
Похороны Сталина. На этой Трубной, пенящейся, страшной, где стиснули людей грузовики, за жизнь дрались, как будто в рукопашной, и под ногами гибли старики.
Хрустели позвонки под каблуками. Прозрачный сквер лежал от нас правей, и на дыханье, ставшем облаками, качались тени мартовских ветвей.
Напраслиной вождя не обессудим, но суд произошел в день похорон, когда шли люди к Сталину по людям, а их учил идти по людям он.
Когда я подростком и в 1961 году первым из своего класса вступил в комсомол (комсомольский билет №29859999), который уже давно был верным помошником партии, то ни старшие товарищи-комсомольцы, ни более старшие их партийные инструкторы, не могли мне сказать - правда ли, что когда был принят 1-й Устав РКСМ, там имелся пункт следующего содержания: «"Каждая комсомолка обязана отдаться любому комсомольцу по первому требованию, если он регулярно платит членские взносы и занимается общественной работой". Считалось, что положение действовало до 1929 года, когда была принята вторая редакция этого Устава.
Ни тогда, ни сейчас я не получил ответа, никто не достал из потайного потёртый экземпляр Устава и сказал, что всю жизнь занимался общественной работой, исправно платил взносы и пользовался сексуальными услугами комсомолок, согласно этому чудесному пункту. Так существовал или нет такой Устав ?
Вот что мне попалось в Интернете :
"После октябрьского переворота 1917 года по всей России появлялись и множились кружки «Долой стыд!», «Долой невинность!», «Долой брак!», «Долой семью!». На заре своего появления многие комсомольские ячейки видели свою основную задачу не в подготовке кадров для строительства светлого будущего (такой задачи партия еще не поставила перед молодыми), а в раскрепощении молодежи, развале старого мещанского быта и уничтожении православных оков нравственности времён «проклятого царизма».
Младокомсомольцы вместо того, чтобы заняться пропагандой коммунизма, с животной радостью спешили пропагандировать свободную любовь. Причем не иначе, как на собственных примерах. Юными пролетариями, готовыми отвергнуть стыд, как классовый предрассудок, таинство отношений между мужчиной и женщиной отвергается; романтика и девственность — «страшное наследие темного мира», «царства эксплуатации человека человеком». Оттого отношения полов рассматривались ныне лишь в контексте революционной целесообразности.
«Дно» общества, описанное самым страстным и самым наглым агитатором революции Максимом Горьким, вылезло наружу, обуянное горячечным беспределом и кровавыми оргиями. Жители городских трущоб, человеческий сброд, лишенный всякой морали, уголовные элементы, преступники всех мастей, — стали гегемоном революции. Получив из рук красных паханов, управлявших страной, власть среднего и низшего звена, это «дно» строило «новую» жизнь по невиданным доселе понятиям.
Самое тонкое чувство, на которое только способно «дно» — пошлая эротика, самая страстная любовь — грубый инстинкт спаривания. Но они лишь повторяли то, что стало нормой в клане красных правителей. А правители и их карательные органы жили по принципу свободной любви, не заботясь о том, чтобы скрывать это от народа. Но среди системы ценностей большинства населения бывшей Российской Империи половая распущенность никогда не была в почете; новая революционная мораль скорее даже вызывала отвращение. И тогда были запущены другие способы развращения народа.
В дело вступил комсомол — «кузница коммунистических кадров». Вскоре в большевистской стране сексуальные преступления стали нормой поведения в среде рабочей молодежи; молодые пролетарии цинично демонстрировали отрицание всякой морали через надругательство и насилие над другими членами общества и в особенности, девушками и женщинами. Что поддерживалось секретарями комсомола, рьяно проповедующими полную свободу в отношениях полов. К примеру, в Киеве один из комсомольских секретарей укома на частых собраниях убеждал молодежь в «революционности свободной любви».
То же происходило по всем городам и весям страны, докатываясь до дальних деревень, и уже не только на городских площадях и вокзалах, но и на деревенских сходках выступали заезжие молодые ораторы, пропагандируя прелести новой жизни и свободы половых отношений. Уже бродили в обществе слухи о «национализации» всех женщин в пользу передового пролетариата, идейного носителя идей коммунизма.
Ничего удивительного, что изнасилование в 20-30-е годы ХХ века стало нормой поведения членов советского государства. К примеру, в 1926 году только лишь Московским судом было рассмотрено 547 случаев изнасилования; в 1927 г. — 726; в 1928 г. — 849. В других судах больших городов та же тенденция. У процесса изнасилования в среде советской молодежи даже появилось свое наименование: «чубаровщина».
Возникло оно по названию Чубаровского переулка на Лиговке в Ленинграде, где в 1926 году приехавшую работать на завод 20-летнюю крестьянку Любу Белякову насиловала целая банда молодых представителей рабочего класса, — около 40 (!) комсомольцев, кандидатов в члены ВКП(б) и коммунистов. (Уже в наше время, в 2006 г. об этом случае упоминала газета «АиФ».) Состоятся суд, в ходе которого установили, что обвиняемые и свидетели разделяют общественное мнение, озвученное рупором комсомола «Комсомольской правдой»: «Женщина — не человек, а всего лишь самка. Каждая женщина — девка, с которой можно обходиться, как вздумается. Ее жизнь стоит не больше, чем она получает за половое сношение» (18 декабря 1926 г.).
«Самым скверным является то обстоятельство, — отмечает далее газета, — что этот ужасный случай не представляет собой в нашей жизни никакого особого преступления, ничего исключительного, он — всего лишь обычное, постоянно повторяющееся происшествие». Ничего необычного в зверском насилии, совершаемом на глазах прохожих, не увидел комсомолец, случайно ставший очевидцем преступления. Во время дачи показаний на суде он… не мог понять вопроса прокурора, почему же он никого не позвал на помощь. Один из шайки насильников и вовсе утверждал, что изнасилования как такового и не было, разве что акт совершался без согласия женщины… — Женщина — не человек, — твердили на суде обвиняемые, — все комсомольцы настроены точно так же, и живут таким же образом, как мы.
«Чубаровское» дело получило такой широкий общественный резонанс, что грозило срывом планов индустриализации страны; поэтому вместо обычных 5 лет, которых давали за подобные «игры», шестеро из насильников были приговорены к расстрелу, остальные получили длительные сроки отсидки. На страницы советской печати попало и другое преступление, не менее чудовищное. И эти зверские преступления заставляли власти искать пути решения ею же порожденной проблемы. В 1927 году в Ленинграде на пляже у Петропавловской крепости тринадцать учащихся ФЗУ при Балтийском заводе после споров о сроках торжества коммунизма во всем мире зверски изнасиловали трех девушек.
Суд по данному делу стал показательным; да и то только потому, что одна бедняжка скончалась от телесных повреждений, а у другой потерпевшей отец оказался видным партийным деятелем. В ходе следствия выяснилось, что один из преступников Федор Соловцов — комсомольский активист, уже давно славился сексуальными победами. Низкорослый парень с изъеденным оспой лицом имел восемь постоянных интимных партнерш в своей комсомольской ячейке, принуждая их к сожительству. Если девушки отказывались содействовать «внедрению революционной пролетарской морали», он тут же находил рычаги воздействия: то обещал исключить из комсомола, то угрожал лишением места в общежитии, то собирался распространить гнусную молву о ее непролетарском происхождении и т.п. И, между прочим, исполнял свои обещания.
Ну а в некоторых случаях комсомольский активист просто дарил объекту похоти пару дефицитнейших фильдеперсовых чулок. Подобное стало нормой поведения в советском обществе; комсомольские и партийные вожди всегда видели в женщинах лишь сексуальный объект. Так было до конца ХХ века; и в сегодняшнем постсоветском обществе изувеченное внутреннее «я» Женщины не может оправиться от увечья, нанесенного ей коммунистической моралью. Общество, где человеческие нормы поведения и мораль подменяются лозунгами, обречено на длительное разложение.
На суде над молодыми насильниками, проходившем в Ленинграде, было озвучено, что в комсомольской ячейке ФЗУ открыто существовало «бюро свободной любви». И часто мероприятия революционной молодежи заканчивались разнузданными оргиями, когда парочки совокуплялись на глазах друг у друга. А в тот момент на пляже, — объяснили насильники, — они «страдали от нетерпежки». Рассвирепели же и били гражданок за то, что те проявили «буржуазную несознательность», отказав им по-хорошему.
Комсомольцы насиловали жертвы в извращенной форме, совершая групповые половые акты прямо на пляже. Оргия продолжалась несколько часов. Совершив насилие, они жестоко избили жертвы. У одной из потерпевших оказались поврежденными внутренние органы. На крики несчастных наконец прибежал наряд милиции. Солонцов уверенно заявил прибывшим: — Они не захотели добровольно доставить сексуальное наслаждение комсомольцам! Это их надо арестовывать, а не нас! Вину подсудимые так и не признали; комсомольский вожак на суде не раз подчеркивал, что видит в своих действиях «здоровую сексуальную революционную мораль». Но так как суд по делу об изнасиловании был превращен в показательный процесс, преступников сурово наказали: Соловцова расстреляли, его подельников посадили на длительные сроки заключения. Характерным для того времени явился резонанс, вызванный этим делом. Тогда как многие писали в партийные органы и газеты гневные письма, требуя смертной казни для насильников, другие поддерживали преступников, примеряя их опыт на себя.
Анонимный автор, обращаясь в редакцию газеты «Правда», писал: «Как же нам удовлетворять естественные надобности? Девушки должны были пойти навстречу просьбе товарищей-комсомольцев и снять с них сексуальное напряжение, чтобы они, вдохновленные и довольные, смело шли к новым трудовым победам! Эрос революции должен помогать молодежи строить светлое коммунистическое завтра!» Подобное понимание роли женщины в «новом советском обществе» было навязано большинству молодых людей; в среде молодых рабочих разврат и насилие на долгие годы стали нормой поведения.
«Студенты косо смотрят на тех комсомолок, которые отказываются вступить с ними в половые сношения. Они считают их мелкобуржуазными ретроградками, которые не могут освободиться от устаревших предрассудков. У студентов господствует представление, что не только к воздержанию, но и к материнству надо относиться, как к буржуазной идеологии», — это цитата из письма студентки, опубликованного в «Правде» (7 мая 1925 г.). «Эрос революции» тогда широко воспевался в обществе революционными поэтами-бунтарями – Маяковским и другими. Новые пролетарские писатели и деятели пролетарского искусства вели дискуссии о теории «крылатого» и «бескрылого» Эроса.
Полная раскрепощенность нравов вызвала брожение не только в головах, но и в штанах, что привело к возникновению разных течений и теорий, посвященных семейно-половым вопросам. Самой заметной стала «теория Эроса», имевшая как бы два направления. И хотя между направлениями существовали отличия, однако главная задача «эротистов» заключалась в том, чтоб уверить общество, что в целях достижения полной свободы и скорейшей победы коммунизма необходимо избавиться от всех условностей старого мира: любви, семьи, дома. Для этого следовало полностью обнажить человеческое тело в живописи, на сцене и в кино. «Стыдливость, — это искажение всего нормального и здорового, с ней надо вести борьбу»; «любви нет, а есть лишь «голое размножение», физиологическое явление природы», — таковы основные принципы «эротистов».
Советская литература с новым вдохновением, соответствующим времени, создавала образ женщины, приветствующей измены своего партнера (мужа), и которая сама была обязана удовлетворять сексуальный инстинкт мужчины (комсомольца и коммуниста).
Мда... Моя ныне покойная бабушка рассказывала, как к ним на село приезжали комсомольцы-агитаторы: комсомолки разделись, надели на себя ленту с надписью "Бога нет" и пошли по улицам. А через некоторое время после этого была взорвана церковь.
Во время начавшихся в середине 20-х годов судебных делах по случаям изнасилования выяснилось множество нелицеприятных фактов. Оказывается, в среде комсомольской молодежи приобрели популярность так называемые «вечёрки», на которых молодые люди «пробовали» девушек. Подобные мероприятия обычно проводились в помещении комитета комсомола, — фабричного ли, заводского и т.д. — куда молодежь была обязана приходить на учебу о классовой борьбе, гегемонии пролетариата, для ознакомления с трудами Маркса, Энгельса, Ленина.
После этого комсомольский лидер предоставлял парням право выбирать партнершу среди пришедших на собрание комсомолок. Все знали, что секретарь комсомольской ячейки мог, при желании, покуситься сразу на нескольких понравившихся девушек. «Пробы» проходили то по очереди, то массово, без всякого стеснения перед товарищами. Вместе с тем выявились случаи самоубийства среди комсомолок, однако обвинить в этом комсомольских работников и членов комячеек не смогли (не захотели). Особое любопытство представляет труд Ивана Солоневича «Тяжкий вопрос о науке»; в котором известный русский публицист, ставший эмигрантом, описывает события тех лет, исходя из своего личного журналистского опыта. Иван Солоневич (1891—1953) является автором книг «Россия в концлагере», «Народная Монархия», «Диктатура импотентов», «Диктатура слоя».
По словам историка О.А. Платонова, советская элита 1920-х годов в открытую исповедовала аморальные ценности. Зинаида Райх и её муж Карл Радек, первая женщина-нарком Александра Коллонтай и супружеская чета Осип и Лиля Брик (на снимке с другом семьи Маяковским) были характерными представителями такой «элиты».
Александра Коллонтай — проповедница свободной любви, автор «теории стакана воды» (совершить половой акт — всё равно, что утолить жажду), в 1920-е гг. заведовала женским отделом ЦК ВКП(б).
Обратимся к свидетельству Ивана Лукьяновича. «Осенью, кажется, 1932 года я в качестве репортера попал на Сормовский завод — старый гигант индустрии около Нижнего Новгорода. Репортерское ремесло в СССР — унылое и стандартизированное ремесло. Человек обязан писать о том, что приказано. А если того, чему приказано быть, в природе не существует, обязан выдумать. То, что существует в реальности, никакую редакцию не интересует, и интересовать не имеет права. Жизнь обязана укладываться в схему генеральной линии. Я с блокнотом и фотоаппаратом скучно бродил по гигантской территории Сормовского завода, пока в его парадных воротах не наткнулся на целую серию «черных досок» — «досок позора», на которые наносят имена всякого отдельного элемента веселой социалистической стройки. Не «преступного», а только «отсталого»— для преступного есть и другие места. На досках красовалось около ста имен. На доски я взглянул только случайно: кому интересны имена опоздавших на работу, не выполнивших нормы, удравших от общественной нагрузки?
Но случайный взгляд обнаружил целое «общественное явление»… Почти в одной и той же редакции, одна за другой, шли записи такого содержания: «Комсомолец Иван Иванов женился, старается возможно больше заработать, бросил общественную работу, исключен из комсомола как мещанский элемент». Иногда редакция записи говорила чуть-чуть иначе: «Комсомолец Иванов “повышает квалификацию”, но для заработка, а не для социализма». Словом — на досках было около сотни комсомольцев, из-за женитьбы ушедших из комсомола.
Я направился в комсомольский комитет: в чем тут дело? В комсомольском комитете мне ответили раздраженно и туманно: черт их знает, что с ребятами делается: у попа женятся, пойдите в женотдел, это по ихнему ведомству, женотдел прямо на стенку лезет… Я пошел в женотдел… Меня как «представителя московской прессы» обступила дюжина комсомольских и партийных активисток. Часть из них относилась к типу партийной самки, который был увековечен соответствующим скульптурным произведением во Дворце труда. Другую я отнес к числу заблудших душ — не вполне невинных жертв социалистического общественного темперамента. Всем им хотелось излить свои наболевшие души.
Они и излили: одни жалобно, другие озлобленно. Фактическую сторону дела обе части рисовали, впрочем, одинаково. Фактическая сторона дела заключалась в том, что заводская молодежь ни с того ни с сего вдруг начала жениться. Это бы еще полбеды. Настоящая беда заключалась в том, что на комсомолках жениться не хотел никто. Им-де, ребятам, нужны жены, а не «орательницы» — в русском языке есть глагол «орать», имеющий случайно лингвистическое родство с термином «оратор». Им нужны хозяйки дома, а не партийные шлюхи — последнее существительное в разных редакциях передавалось по-разному. Они, ребята, вообще хотят иметь семью. Как у людей. Без развода и всяких таких вещей. И поэтому женятся не в загсе (отдел записи актов гражданского состояния), а у попа: так все-таки вернее. Потом они хотят побольше заработать, учатся, посещают курсы, «повышают квалификацию», но на собрания не ходят, и социалистическая стройка их не интересует никак.
В соответствии с советской идеологией, фразеологией и прочими вещами женские души из сормовского женотдела выражались витиевато и казенно. Слушатель, не убеленный достаточным советским опытом, мог бы и в самом деле предположить, что интересы социалистической стройки стоят у женотдела на самом первом месте. Но, во-первых, партийный комитет никакой угрозы интересам этой стройки не отметил и, во-вторых, сквозь казенные ламентации о планах, собраниях, мещанстве и прочем нет-нет да и прорывались свои собственные, неказенные слова. «А нашим-то девкам — куда деваться, вот так век в комсомолках и ходить?» «Они сволочи, от комсомолок носы воротят, словно мы какие зачумленные».
«Им такую подавай, чтобы борщ умела варить, а что она политически безграмотна, так им что?» «В мещанство ударились; чтоб его жену никто и тиснуть не смел»… Несколько позже председательница женотдела, тип застарелой орлеанской девственницы, говорила мне полуконфиденциальным тоном: «Комсомолки наши ревмя ревут, почитай, ни одна замуж не вышла, конечно, несознательность, а все-таки обидно им… Эти сто, что на черных досках, — это только показательные, только для примеру, у нас весь молодняк такой же. Совсем по старому режиму пошли. Попа мы арестовали — не помогает: в Нижний жениться ездиют. Вы об этом, товарищ Солоневич, уж обязательно напишите…» Я обещал «написать» — писать обо всем этом нельзя было, конечно, ни слова. На своих спортивных площадках я поговорил с ребятами. Ребята усмехались и зубоскалили: просчитались наши орательницы, кому они нужны! «Я, товарищ Солоневич, скажу вам прямо: я на бабе женюсь, а не на партии…
Вот тут один наш дурак на комсомолке женился: дома грязь, пуговицу пришить некому, жену щупают кому не лень, ежели дети пойдут, так это еще не сказано, чьи они». Словом, разговоры носили ярко выраженный мелкобуржуазный характер. И я понял: социалистическая игра в России проиграна. В семейном вопросе коммунизм сдал свои позиции первым: с вот этакими комсомольцами справиться было нельзя. Да и солдаты были нужны: без семьи — какие солдаты. Так, несколько позже, коммунизм отступил и на церковном фронте: отступил гибко и умно, не отдавая своих основных позиций и используя религию для вооруженной защиты безбожия.
Но прорыв на семейном фронте был первым решающим прорывом: комсомолец попер жениться, комсомолец стал строить семью — и тут уж все остальное, быстро или медленно — это другой вопрос, пойдет истинно старорежимными путями: семья, забота, собственность — словом, «старый режим»…».
ИЯ: Пожалуй, Господь таки отвернулся в тот момент, чтобы не смущаться ...
А бабушка твоя была не комсомольского возраста? У меня мама с 20-го года, как-то мало рассказывала об этом периоде. Она в тридцатые годы жила и позже училась в Ступино, куда удалось уехать моей бабушке с Волги, после голодных лет с тремя детьми. Говорит, что Крупская помогла, она ей письмо писала о своих невзгодах. Но слово из них всех клещами нельзя было вытащить ...
Вот про Маяковского и Бриков -- там иной коленкор. Разрушающий всякие моральные границы постмодернизм тому виной. К этой компании можно отнести Зинаиду Гиппиус и Дмитрия Мережковского. Сейчас как раз читаю дневники Гиппиус -- сплошные амуры и интимные связи. Хотя в уме ей не откажешь.
Но до начала 30-х годов, до времени, когда члены комсомола, досыта натешившись с доступными комсомолками, решили брать в жены обычных девчат, прошло не десятилетие, а — целая эпоха циничного разврата. Закрепленного, между прочим, в первом Уставе этой организации! Как известно, 29 октября 1918 года в Москве прошёл первый съезд так называемых союзов рабочей и крестьянской молодёжи, на котором было принято решение о создании Российского Коммунистического Союза Молодёжи (РКСМ). Официальная история последующих лет деятельности комсомола выглядит так: — В июле 1924 РКСМ было присвоено имя В.И. Ленина, РКСМ стал Российским Ленинским коммунистическим союзом молодёжи (РЛКСМ).
В связи с образованием Союза ССР в 1922 г. комсомол в марте 1926 был переименован во Всесоюзный Ленинский коммунистический союз молодёжи (ВЛКСМ). — Согласно Уставу ВЛКСМ в комсомол принимаются юноши и девушки в возрасте от 14 до 28 лет. В 1918 г. в членах этой организации числилось 22.000 человек; в 1920 — 400.000; в 1933 — 4,5 млн. человек; в 1941 — 10.400.000 человек; в 1971 —свыше 28 млн. молодых людей всех наций и народностей СССР. За 50 лет в комсомоле прошло политическую школу более 100 млн. советских людей. — Главной задачей ВЛКСМ является помогать партии воспитывать юношей и девушек:
1) на великих идеях марксизма-ленинизма (понимай правильно: марксизм-ленинизм осуществился на деле через обучение революционеров и деклассированных элементов, международных отщепенцев и преступников из разных стран в единых международных школах и центрах терроризма на деньги заинтересованных структур, чтобы затем вооруженным путем изменить существующий политический строй в России и других странах);
2) на героических традициях революционной борьбы (понимай правильно: эти традиции зиждутся на развязывании гражданской войны и массовых убийствах; за время революции, Гражданской войны и до конца 30-х годов ХХ в. погибло более 60 млн. только русского населения бывшей Российской Империи);
3) на примерах самоотверженного труда рабочих, колхозников, интеллигенции (понимай правильно: самоотверженным может быть труд только у тех, кто поставлен в нечеловеческие рамки существования, кто находится в колхозах и совхозах, работает за трудодни и, не имея паспорта, не может изменить условия труда и жизни; кто в массовом порядке отправлен «на исправительные работы» в советский ГУЛАГ; кто вынужден выдавать «на гора» во имя спасения положения на бездарно проигранных советскими полководцами полях сражений во время Второй мировой…);
4) вырабатывать и укреплять у молодёжи классовый подход ко всем явлениям общественной жизни, готовить стойких, высокообразованных, любящих труд строителей коммунизма (понимай правильно: классовый подход — это искаженное понимание событий во всех областях человеческой жизни, подаваемое через призму ненависти к «мировой оплётке империализма», к мифическим эксплуататорам и буржуям; что касается «высокообразованных», то советская система обучения по всем (!) параметрам проигрывала разносторонней системе образования, как начального, так и высшего, времён царской Империи).
ИЯ: Пожалуй, Господь таки отвернулся в тот момент, чтобы не смущаться ...
А бабушка твоя была не комсомольского возраста? У меня мама с 20-го года, как-то мало рассказывала об этом периоде. Она в тридцатые годы жила и позже училась в Ступино, куда удалось уехать моей бабушке с Волги, после голодных лет с тремя детьми. Говорит, что Крупская помогла, она ей письмо писала о своих невзгодах. Но слово из них всех клещами нельзя было вытащить ...
Нет ))) Она была совсем ребенком, но запомнила хорошо. То, что рассказывают мало, правда. Вторая бабушка до сих пор жива, в здравой памяти, но как только разговор заведешь про прежнее время -- молчок. Напугали на всю жизнь?
Рассказывая о своих славных подвигах и повседневных делах, комсомольские и партийные вожаки навсегда забыли о том, КАК на самом деле вовлекалась молодежь в свои ряды борцов за светлое будущее. В то время, когда в редких комсомольских рядах насчитывалось не более 20.000 человек на необъятную страну, был принят 1-й Устав РКСМ, где имелся пункт следующего содержания: «Каждая комсомолка обязана отдаться любому комсомольцу по первому требованию, если он регулярно платит членские взносы и занимается общественной работой». Положение действовало до 1929 года, когда была принята вторая редакция этого Устава. Параграф о соитии изъяли. За это время ряды членов изрядно укрепились, ведомые в светлое завтра их идейными вожаками, преданными сыновьями коммунистической партии.
Первыми руководителями — председателями, генеральными секретарями ЦК комсомола в те годы были: с ноября 1918 по октябрь 1919 — коммунист и деятель Коминтерна Оскар Львович Рывкин (1899—1937); с 1919 по апрель 1922 — коммунист Лазарь Абрамович Шацкин (1902—1937); с 1922 по июль 1924 — коммунист и бывший революционный комиссар Петр Иванович Смородин (1897—1939); с 1924 по май 1928 — коммунист Николай Павлович Чаплин (1902—1938); с 1928 и по апрель 1929 — коммунист, сотрудник Коминтерна Александр Иванович Мильчаков (1903—1973).
Феликс Дзержинский в кругу комсомольцев — членов бюро ВЛКСМ при ОГПУ, слева от Феликса — Оскар Рывкин, справа — Лазарь Шацкин.
Последнего на ответственном посту сменит коммунист Александр Васильевич Косарев (1903—1939), прошедший героические традиции революционной борьбы на фронтах Гражданской войны, научившись с 15-и лет хладнокровно убивать своих соотечественников в единичных и массовых расстрелах. Комментарии, как говорят, излишни. Итак, на заре становления «активный помощник и резерв Коммунистической партии» — комсомол — вписал самую черную страницу в свою славную биографию.
Сразу же после создания РКСМ, для знакомства с новой организацией в столицу были посланы инициаторы с мест. По их возвращении во всех школах, на заводах и фабриках городов проходят митинги по созданию комсомольских ячеек. Губкомы, проводя в жизнь политику новой организации, вовсю выдавали постановления о том, что каждый комсомолец или рабфаковец имеет право реализовать свое половое влечение, а комсомолка или рабфаковка должна его удовлетворить по первому же требованию, — в противном случае она лишалась звания комсомолки и пролетарской студентки.
Но в адрес комсомольских вожаков стали поступать жалобы от сексуально озабоченных товарищей, которым девочки-комсомолки не пожелали отдаться. Нарушительниц правил комсомольской этики и новой коммунистической морали осуждали и карали на шумных комсомольских собраниях. Однако многие комсомолки приводили в ответ слова большевички Александры Коллонтай: «Женщина теперь сама сможет выбирать себе мужчину», и парировали, что если мужчины будут принуждать их к соитию, то они выйдут их комсомола.
Однако смелых, готовых дать отпор было не так уж и много. «Нынешняя мораль нашей молодежи в кратком изложении состоит в следующем, — подводила итог (между прочим, и своего личного весомого вклада в дело морального и психофизиологического разложения общества) известная коммунистка Смидович в газете «Правда» (21 марта 1925 г.) — 1.Каждый, даже несовершеннолетний, комсомолец и каждый студент «рабфака» (рабочий факультет) имеет право и обязан удовлетворять свои сексуальные потребности. Это понятие сделалось аксиомой, и воздержание рассматривают как ограниченность, свойственную буржуазному мышлению. 2.Если мужчина вожделеет к юной девушке, будь она студенткой, работницей или даже девушкой школьного возраста, то девушка обязана подчиниться этому вожделению, иначе ее сочтут буржуазной дочкой, недостойной называться истинной коммунисткой…» В результате, когда все без исключения комсомольцы и коммунисты были уверены, что у них есть права на удовлетворение мужской физиологической потребности, в Стране Советов назрела новая проблема: что делать с детьми, рожденными от свального блуда свободной любви.
Дети крылатого Эроса, которых матери не могли прокормить, пополняли детские дома, становились беспризорниками. Зачатые в жутких условиях, — не в процессе любви, а в процессе бездушия и насилия, — никогда не знавшие материнского тепла, они росли и вливались в ряды преступного мира. «Брачный бойкот комсомолок, а также и комсомольских форм сексуальной жизни был, конечно, симптомом огромного национального значения. Может быть — самым решающим симптомом существования нации. Здоровый, нормальный, общечеловеческий инстинкт с отвращением отбросил всё сексуальное экспериментаторство и вернулся к традиции», — подметил публицист И. Солоневич. Но то, что по сердцу человеку нормальному, было как кость в горле большевику. «Опять Россия стала буржуазной, снова в ней культ семьи», — гневно возмущался Троцкий в 30-е годы, осознавая, что даже давнее убийство царской семьи становилось отчасти бессмысленным, потому как конечная цель в деле уничтожения семьи, как ячейки общества, не достигнута. Ведь на семье держится все — и нравственность, и государство. Утешает только то, что наше поколение появилось на свет уже после экспериментаторства. Но сколько поколений наших бабушек и дедушек рождены в этом чудовищном эксперименте, в этом публичном доме революции?"
Судебное дело, которое слушалось на выездной сессии Курского окружного суда в городе Короча Курской губернии в июне 1897 года.
26 августа 1896 года, около 12 часов дня в столовой своего корочанского дома был обнаружен труп помещика Янковского с огнестрельной раной в левой стороне груди. На полу валялся револьвер. Подозрение пало на инспектора корочанской гимназии Танина, с женой которого Янковский состоял в любовных отношениях. Накануне, 22 августа, Танин узнал о неверности своей супруги и предложил развестись, но потом раздумал и простил её. Вскоре между Янковским и Таниным произошло столкновение, а перед самой смертью, 25 августа, Янковский был у г-жи Таниной, и когда её муж возвращался домой, скрылся в соседнем доме.
На следующий день Танин отправился на квартиру Янковского, и поначалу последний велел своему кучеру Старикову посетителя не принимать. Но словам "Барина нет дома" Танин не поверил, вошел, увидел хозяина, велел подать коньяку, и уединился с Янковским в столовой. Затем вышел из комнаты и спросил у кучера, где у барина хранится револьвер. Кучер ответил, что у барина револьвера нет, а Янковский, услышав вопрос, упрекнул Танина, что он обращается с такими вопросами к прислуге. Через какое-то время вышел уже Янковский, и приказал кучеру запрягать лошадей. Еще через некоторое время в доме раздался выстрел, и вбежавший кучер, увидел стоявшего у окна окровавленного Янковского. Кровь хлынула у него изо рта, и Янковский на глазах кучера, упал и умер. Танин выбежал от Янковского, явился домой и сказал жене: "Леля, не пугайся: Миша подстрелился, он еще жив, и его можно спасти", и прибавил "но я его не убивал".
На основании изложенного Танин был обвинён в том, что выстрелом из револьвера он умышленно, из ревности, лишил жизни Янковского. Вину свою обвиняемый не признал, и дело было передано на рассмотрение суда присяжных. На суде Танин показал, что он любил Янковского как друга, решил уступить ему свою жену, и 26 августа пришёл в его дом, чтобы сообщить о своём намерении. Посреди разговора с Янковским, Танин разволновался, расплакался и решил застрелиться, для чего спросил о револьвере у кучера Старикова, а затем и самого Янковского. По его словам, Янковский сначала спрятал револьвер, затем предложил решить вопрос на дуэли, но Танин отказался, поскольку был принципиальным противником дуэлей. Янковский велел запрягать лошадей, чтобы отвести Танина домой, но когда плачущий Танин стал просить пристрелить его, Янковский выхватил из-за зеркала револьвер, воскликнул: "Эх, да чего тут!" – и выстрелил в себя.
На суде свидетели (всего их было 14 человек : 8 – со стороны обвинения, 6 – со стороны защиты) показали, что Танин и Янковский были близкими друзьями, на "ты", часто бывали друг у друга, ездили вместе на охоту и т.п. Любовная связь Янковского с женой Танина ни для кого не была секретом, кроме самого Танина. Все свидетели указывали на вспыльчивый и неуравновешенный характер Янковского, а также было установлено, что Янковский уже стрелял себе в грудь в ранней юности, после ссоры с матерью. Свидетель Добровольский показал, что Янковский когда-то пытался "приударить" за женой Добровольского, что привело к их ссоре и "отказу от дома". Свидетель Миротворцев показал, что находился в дружеских отношениях и с Янковским, и с Таниным. Когда Танин узнал об измене супруги, он несколько раз менял своё мнение: то соглашался на развод и на то, чтобы уступить жену Янковскому, то выражал намерение простить жену, получить перевод, и уехать с ней в другой город. Янковский же, добивался того, чтобы Танина ушла от мужа, и от мыслей о возможном примирении супругов приходил в неистовство и "скрежетал зубами от ревности". Свидетельница Олухова, нянька дочери Таниных, Веры, показала, что Танины жили в согласии, пока Танин не узнал об измене супруги и не стал много пить. Кроме того, Олухова несколько раз была свидетельницей подслушанных разговоров между Янковским и барыней, в которых он угрожал Таниной застрелиться, если та не уйдет от мужа к нему. Свидетельница Ильина, квартирная хозяйка Таниных, подтвердила показания Олуховой. На вопрос защитника "Любил-ли Янковский г-жу Танину?" ответила "Янковский был "жестоко" влюблен в г-жу Танину, очень ревновал её к мужу", и описала несколько сцен, которые закатывал Янковский Таниной, в одной из которых он разорвал себе рубашку и расцарапал грудь до крови. Свидетель Стариков, кучер Янковского, подтвердил обстоятельства прихода Танина в дом Янковского 26 августа, добавив, что "баре" пили коньяк и тихо разговаривали. Танин хотел послать кучера еще и за водкой, но Янковский сказал - "Не надо". Когда раздался выстрел из столовой, кучер запрягал во дворе лошадь, а немного спустя выбежал Танин и крикнул: "Степан, иди - барин зовет!". Стариков вбежал в дом, и на его глазах Янковский упал и умер, ничего не успев сказать.
Танина от дачи свидетельских показаний отказалась, сославшись на своё право не свидетельствовать против мужа. К делу были приобщены две её записки к Янковскому от 25 августа, в одной из которых она пишет "у него (Танина) страшные припадки сердца, помолись о том, чтобы Господь не оторвал его от семьи, меня и Верочки", во второй "Не приближайся ко мне!". Эксперты разделились во мнениях на две группы: одна группа считала, что характер смертельной раны Янковского может в равной степени свидетельствовать и об убийстве, и о самоубийстве. Вторая группа экспертов полагала, что самоубийство при такой ране более вероятно, чем убийство, хотя характер раны и не исключает убийства.
В прениях сторон обвинитель товарищ прокурора Белявский основной упор делал на то, что это преступление основывается на связи жены подсудимого с Янковским. И пожелай Танин совершить самоубийство, то он сумел бы найти для этого и время, и способ, и место, не заходя к Янковскому. Но даже в этом случае Танину ничто не мешало застрелиться самому, после того как застрелился Янковский – но нравственный и умственный склад подсудимого показывает на то, что он был не способен на самоубийство. Не способен был на самоубийство и Янковский – он был "счастливым сердцеедом", жил в своё удовольствие, и какой смысл был ему стреляться накануне того обстоятельства, что Танины могут развестись? А вот Танина Янковский боялся, и в последнее время избегал общения с ним: накануне скрылся из его дома перед его приходом, и в тот день приказал его не принимать. У Танина был и мотив для убийства Янковского, и условия для его совершения – когда Янковский вышел, чтобы приказать кучеру запрягать лошадей, он оставался один в небольших комнатах, в которых было нетрудно найти револьвер. А его слова жене после случившегося "Миша подстрелился", были местью женщине после мести её любимому человеку…
Защитник подсудимого, присяжный поверенный Крылов, сначала «прошелся» по заключениям экспертов, призвав присяжных заседателей доверять той экспертизе, которая при такой ране считает наболее вероятным самоубийство. Затем основной упор защитника был сделан на то, что Танина не любила Янковского. Её поведение, записки и ссоры с покойным свидетельствуют о том, что она не желала уходить от мужа, чего ревнивый и нервный характер Янковского не смог вынести – а это почва для самоубийства. Танин же, по мнению его защитника, это "лучший представитель всепрощающей любви", неспособный на убийство. "Достоевский, знаток человеческих душ, доказал, что русский человек призван к страданиям, и не уклоняется от них. Таков Танин" – заявил г-н Крылов суду присяжных.
Предварительное следствие по делу продолжалось 10 месяцев, судебный процесс – больше месяца.
Младокомсомольцы вместо того, чтобы заняться пропагандой коммунизма, с животной радостью спешили пропагандировать свободную любовь. Причем не иначе, как на собственных примерах. Юными пролетариями, готовыми отвергнуть стыд, как классовый предрассудок, таинство отношений между мужчиной и женщиной отвергается; романтика и девственность — «страшное наследие темного мира», «царства эксплуатации человека человеком». Оттого отношения полов рассматривались ныне лишь в контексте революционной целесообразности.
Прямо Пусси Райот один в один. Только без курицы....
в.ч. пп 74672, 1062 отдельный батальон связи, МНР 1981-1983 осень
"Свободу крылатому Эросу!"= Коллонтай=.Корочанский уезд-теперь Корочанский р-н Белгородской обл.,граничит с нашим,Прохоровским...
А как у вас там с крылатым, и не только, эросом? Есть последовательницы Коллонтай и прочих валькирий революции?
в.ч. пп 74672, 1062 отдельный батальон связи, МНР 1981-1983 осень
оус5: А лишь бы был в боеготовности...Весталок,гетер,и прочих жриц,как и везде:как говорится-любой каприз за ваши деньги...
Улан-Батор в/ч пп 74672 =ОУП-7 (29 раз"езд) 1975 ноябрь 1977 =Jedes Warum hat senin Darum.=
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1393773718_6648_FT149632_3.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1393773718_6648_FT149632_4.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1393773754_6648_FT149632_2.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1393825751_6648_FT149632_.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1393919470_6648_FT149632_.jpg){kind=link}