1994 год. Половина омичей считает что танко-инженерное училище находится в Черемушках, вторая половина думает, что в Новой Станице. Все не правы.... Оно стоит ровно посередине. Гордо так стоит на высоком берегу Иртыша. Ввожу в ситуацию. Выпускной курс, весна, диплом, общежитие. В альмаматер правит генерал-майор А. Но это он сейчас генерал. А мы то его еще полковником помним. Пришел этакий гренадер откуда-то с читинской учебки и на первом же ученом совете, где разбирали очередного нерадивца, взял да по своей читинской привычке выдал: «Ё. вашу мать, тшщ курсант, это ж 3,14здец....далее вырезано цензурой». У профессорско-преподавательского состава челюсти как вывихнуло, да так и навсегда... Но мы любили этого гренадера своей странной курсантской любовью, как любят командира про которого сказано : «Отец родной... Ё... и кормит!» Но это все преамбула и ностальгия. Разбудили вы во мне что-то тут своими историями... Второй этаж общежития. Группа курсантов и сержантов отмечают день рождения Миколы. Концентрированная квинтэссенция хохла. Румян, упитан, слегка туповат в учебных дисциплинах, мудр в житейских делах как Соломон, хороший товарищ, но этому мешает природная жадность. На столе: Спирт- 1 литровая бутылка, гидроколбаса – 1 литровая бутылка, дежурная корочка хлеба прикручена цепочкой к столу. Почему народ собрался в комнате спортсменов никто уже не упомнит. Эти наивные существа как раз на тренировке были. Короче сидят, употребляют. Одному спирт как не пошел. Решение в почти уже командирской голове принимается мгновенно. В окно. Есть!!! Но вот окно выходит на плац. А там отец-командир с обходом территории. Навел дальномер, засек цель и ломанулся. В это время идет срочная передислокация в другую комнату. Короткими, вперед марш. Вбежали, отдышались, замерли. Сидим, мыши позавидуют. Волна командирской любви, судя по звукам, приближается. Далее по разделениям. Дверь, бабах пинком! Смирно! Капитан на мостике! Блеск генеральских звезд, тоненькие курсантские шейки судорожно сглатывают что-то куда-то к яйцам. Микола, три строевых к начальнику: (голосом начальника московского гарнизона докладывающего министру обороны о готовности к параду) «ТОВАРИЩ ГЕНЕРАЛ-МАЙОР! ГРУППА КУРСАНТОВ 15 КУРСА ОТМЕЧАЕТ МОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ! ВИНОВАТ! ГОТОВ ПОНЕСТИ ЛЮБОЕ НАКАЗАНИЕ! Рука с военным билетом, раскрытым на странице подтверждающей факт рождения именно сегодня, на уровень глаз генерала. Вторая с железной кружкой спирта вперед на уровень орденских планок! РАЗ! Генеральская рука железной хваткой ДВА! «Нуууууу... С днем рождения!» Руку к орденам, ТРИ! Ни капельки мимо! Корочку как – то стыдно генералу подавать, а на кружку с водой он посмотрел так, что та буквально не вскипела. «Чтоб через пять минут под окнами и в комнате все было чисто, через десять наблюдаю всех в учебном корпусе!!!» Поворот на одном каблуке, отход нормальный... Мы стоим как египетские мумии, еще не осознавшие, что пронесло, что тикает секундомер пущенной команды. И тут до нас доносится генеральский глас, как раз где-то на траверсе спортсменской комнаты: «Дежурный!!! ... я вас ... в .... , почему в этой комнате накурено! Всей комнате пять суток Ареста!» И отчаливает далее... Прощальный гудок!
PS. Хорошие были времена, душевные. Недавно, будучи в одной молодой компании, выяснил что никто в ней и не знает где находится танко-инженерное училище... Да и не училище оно теперь, а так... военный институт... Да ну его в болото...
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Кто жил в советское время, должен помнить первый советский видеомагнитофон "Электроника". Дефицитная и жутко дорогая вещь - аж 1000 рублей (5-10 месячных зарплат). Но это присказка, а дальше - не сказка, а быль. Мне эту историю рассказал знакомый, который работал на том самом воронежском заводе, который выпускал первые ВМ.
Чтобы сделать первый советский бытовой видеомагнитофон (ВМ) (а это было задание ПАРТИИ), наши конструкторы не мудрствуя лукаво, взяли и скопировали японский ВМ "Panasonic". Оборудование для производства и изготовления комплектующих деталей было закуплено в Японии. Проблема оказалась в том, что все детали (пусть и на японском оборудовании)должны были производиться в СССР. Сделать то - сделали, изделие собрали. Но работать оно, не то что бы совсем не работало - а работало ХРЕНОВО! Самое хреновое было - что ПЕРВАЯ партия ПЕРВЫХ советских бытовых ВМ должна была быть распределена среди членов Политбюро ЦК КПСС (для молодёжи поясню - это типа министров, только ещё круче!). Сроки поджимали. Вопрос решили просто: закупили в Японии партию точно таких же "Панасоников", с которых была скопирована "Электроника". И родной японский корпус заменили на наш, советский! И вот именно этот советско-японский продукт и был подарен Политбюро.
А простым советским людям продавали за бешеные 1000 рублей уже полностью советский хреновый ВМ. У меня брат в 1990 году стал счастливым обладателем сего агрегата, он регулярно "подёргивал" и "жевал" плёнку.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Они уже прилетели к нам. Или давно живут рядом с нами. Так или иначе, они привыкли справляться с неизбежными трудностями самостоятельно, и нисколько не рассчитывают на нашу помощь. Они никогда не попросят о ней. Нет. Но в этой помощи они очень и очень нуждаются.
Они - это скромные, но обладающие острым чувством собственного достоинства свиристели. Они - это красногрудые, как наполеоновские гвардейцы, снегири. Они - это по-хорошему нагловатые, и этим похожие на старых русских купцов шустрые синицы. А об умнющих и хитрющих, и потому особенно симпатичных мне ворОнах и вОронах я уж и не говорю... Они - это мои любимые воробьи, которые являются таким же символом России, как стройные березки, балалайки, квас или «Russian vodka». Знаете, как называет воробья хантыйский народ? Так же, как и мы - всего одним словом. Но слово это, в переводе с хантыйского на наш, означает: «птица, сидящая на крыше русской избы». Скромный воробей прошел вместе с нашими предками весь их длинный и тяжелый путь, освоил суровую Сибирь и, не остановившись на этом, попер, наравне с поименованными в учебниках истории российскими землепроходцами, вплоть до Дальнего Востока. Включительно. Неужели они - свиристели, снегири, синички, героические воробышки - не заслуживают нашего внимания, нашей любви и помощи? Летом-то им хорошо, летом-то все они, кроме общительных воробьев, стараются улететь куда-нибудь подальше от наших глаз. И правильно делают. У нас свои дела, человечьи. У них - свои, птичьи. Но наступает зима. И кое-какие дела у нас с ними должны стать общими. Если, конечно, мы не сволочи. И не жмоты. ...Знаете, когда я служил в армии, нам среди зимы приказали «оборудовать опорный пункт мотострелкового взвода». Проще говоря, ломами, кирками и лопатами вырыть в промерзшей на сорокаградусном дальневосточном морозе до каменного состояния земле окопы, ходы сообщения, блиндажи, капониры. Я бы не выдержал. Думаю, никто не выдержал бы. Но... Когда посиневшими от холода губами мы даже слово из трех букв произнести не могли (а как хотелось!), наш старшина-украинец вынул из вещмешка шматок присланного ему из дому сала, и заточенным до бритвенной остроты штык-ножом мастерски распластал его на энное - по числу нас, щенков - количество порций. Он знал, что делал, мудрый и добрый старшина! От холода, от голода, от продиктованного ими отчаяния, от желания отойти куда-нибудь подальше, зарыться в мягкий снег и уснуть-замерзнуть нафиг-насмерть меня спас этот пятидесятиграммовый кусочек сала, положенный на солдатский ржаной сухарь. Пятьдесят граммов сала! Всего-то навсего пятьдесят граммов сала спасли целого советского солдата. Подумайте, сколько синичек и воробышков спасут от зимней стужи те же граммы, подвешенные у вас за окном. Вам ведь не жалко, да? Сейчас килограмм несоленого (а соленого птицам нельзя!) сала стоит на рынке 70 рублей. Вам на всю зиму этого килограмма хватит, чтобы поддержать окрестных пернатых. Да что там сало! Горсть пшена, перловки, семечек, высыпанная вашей доброй рукой в кормушку, спасет птиц от холода и голода. Недоеденная вами хлебная корка их спасет... От смерти спасет. ...Разучились мы быть добрыми друг к другу. И не мудрено. Вот уж лет пятнадцать, как нас тщательно и вдумчиво злят и раздражают, тренируют, натаскивают и науськивают друг на друга, как бойцовых собак. Ну и ладно. Ну и хрен с ним. Как-нибудь промеж себя разберемся. Но птицы-то - при чем? Они-то почему должны страдать от охватившей наше общество злобы? Они, ни в чем не виноватые... Они, маленькие и беззащитные... Вы когда-нибудь держали в руке воробышка? Чувствовали, как часто-часто колотится о покрытую мягкими перьями хрупкую и нежную грудную клетку его малюсенькое сердечко? Я - держал. И чувствовал. Мне тогда было плохо - и стало легче. Воробей просто "вылечил" меня от тоски. Я не хочу, чтобы он, мой маленький друг и спаситель, умер этой зимой от холода и голода. Я обязательно повешу кормушку у себя за окном. Прошу вас - поступите так же. Пожалуйста... Не дайте остановиться маленькому сердечку. Спасибо!
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Не берусь судить, какие хохмы выдаем мы, пытаясь говорить на нерусских языках, они над нами смеются, а мы над ними, в итоге - дружественная «ничья»...
Ленинградский военный округ, Заполярье. 198лохматый год. Начальник штаба батальона инструктирует заступающий караул (многонациональный) и в конце пламенно-устрашительной речи добавляет: «А вчера к нам для строительства складов прибыли военные строители. Это недисциплинированный сброд, который шатается в фуфайках по гарнизону и ищет приключения на свою жопу. Если забредут на пост - задержать и доложить начальнику караула!». Ночером раздается звонок на пульт начальника караула: «Таварищщ лийтинант! Часовой второго поста рядовой Худайбердыев! Зидэс фуфайка стоит, гарнизон шатает, жопа переключател ищет!».
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Ну да... Как стройбатовец (азер) подполковника назвал : Товарищ двамайор! Это сам слышал!
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
2008 год. Работали мы командой на одном из предприятий в районе Сибири, налаживали технологию на одном мясоперерабатывающем заводе, расположенном в глуши. Завод только-только поменял владельцев и нас пригласили помочь наладить проблемные участки. Там было много забавных историй, о которых я обязательно расскажу, но позже. А сегодня расскажу уникальный случай, которому я так до сих пор не могу дать оценку. Постараюсь рассказать популярно, без специфики и профессиональной терминологии. Итак, поступила задача от руководства завода разобраться и наладить работу дефростера. Дефростером на мясокомбинате называют помещение, в котором идет разморозка полутуш свинины и говядины до необходимой температуры, как в толще мяса, так и на его поверхности. По всему дефростеру снизу расположены трубы, по которым циркулирует пар и есть сопла, откуда пар поступает в камеру. В мясо втыкается термометр, подключенный к блоку управления. Как только температура в толще мяса достигает нужной – процесс останавливается. Очень важный процесс! Не разморозишь до конца - потом обвальщики будут ругаться и руки морозить. А если слишком сильно разморозишь, то мясо начнет нагреваться и как следствие сушиться – терять влагу из мышц, что чревато потерями. Инструкция от блока управления им по наследству не досталась. Директор завода сказал, что надо настроить все, а то у них или ледяное мясо или потери. Говорит – может, мы с управлением не можем разобраться? Мы с инженером-механиком-холодильщиком из нашей команды отправились осматривать проблемный участок. Заходим, начинаем рассматривать конструкцию, все изучать. Появляется дедок, в засаленном ватнике, в такой же засаленной ушанке и начинает за нами наблюдать, очень сильно интересоваться тем, что мы делаем. Дед: - Здорова сынки, а чо вы тут делаете, а? Я: - Привет дед, работаем. Не мешай. Дед: - А что делаете-то? Я: - Дед не мешай, говорят же тебе. Мы уже привыкли, что всегда, когда приезжаешь на объект работать – все рабочие все выспрашивают, интересуются. Перед каждым не "наздоровкаешься" – надо работать. Дед: - Ну, я тогда пойду? Я: - Ну иди, конечно. Дед ушел, мы продолжили заниматься изучением блока управления. Тыкали кнопки, смотрели что происходит. Изучали следственную связь от нажатий кнопок. Нажимаешь кнопку – через некоторое время начинает подаваться пар. Многое было непонятно. Дед постоянно приходил и поглядывал на нас и опять исчезал, словно растворялся в висящих под потолком тушах в клубах пара и тумана. Прошло несколько дней, в течение которых мы делали эксперименты. Размораживали полутуши, прикидывали параметры программы, писали инструкцию по пользованию. Деда видели постоянно, он все время крутился где-то рядом, помогал грузчикам закатывать туши по подвесному пути, убирался в дефростере. Настал день, когда мы пригласили руководство в дефростер, вручили им распечатку с инструкцией по эксплуатации, что я писал по вечерам, продемонстрировали размороженные полутуши, показали принципы управления. Директор предприятия говорит: - Молодцы ребята! Дело сделали! Теперь объясните все Семенычу, и я подписываю акт приемки работ. И тут выходит тот самый дедок. И хитрющее так улыбается. Руководство отдает распечатку и уходит. Семеныч остается. С: - Ребятки, так что же вы тут делали-то? Я: - Дефростер настраивали, искали оптимальные режимы для автоматики. С: - Так автоматика ваша нихера не работает уже как лет пять. Я: - Не понял тебя, дед, о чем ты? С: - Повторяю, автоматика ваша нихера не работает. И не работала НИКОГДА! Я: - Дед, да ты чего? Ну как не работает? Ну, все же работает, ты чего? Мы же тут не один десяток тонн за неделю дефростировали. С: - Так пока я не включу вентиль с паром, ничего и не работает. Я: - А как же все наши режимы работали-то? С: - Так я покручусь около вас, пойму, что вам надо, так и делаю. Смотрю «пуск» нажали – я вентиль немного приоткрою. Тут только один вентиль – и от того насколько я его открою все и зависит. Потом потрогаю мясо – и уже решаю, что ему нужно. Есть грех – могу остограмиться в обед. Отсюда и косяки - могу заснуть, могу не поймать температуру! Я: - А почему ты раньше не сказал? С: - Так вы же оба меня слушать не хотели, все отмахивались! Ладно, пойду вентиль крутить, - сказал дедок и опять затерялся в висящих тушах и тумане.
Мы с коллегой переглянулись и молча смотрели друг на друга. Такого в нашей практике не было.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Как-то раз, когда я был совсем маленьким, в воинской части г. Чойбалсан МНР где служил мой отец поизошло событие. Был ли это чей-то день рождения, или присвоение воинского звания, а может быть новый год - история умалчивает. Но по традиции все жены офицеров и прапорщиков накрывали БОЛЬШОЙ СТОЛ. На всех. Соответственно с выпивкой. И чтобы как-то помочь жёнам в помощь был выделен солдатик (казах или туркмен) Чтобы помочь вымыть грязные кастрюли и накрыть стол. Было сварено много разных разносолов, в том числе холодец. Много холодца. И сколько же было крика, когда этот солдатик вымыл всю посуду! И весь холодец был отправлен в мусорное ведро вместе с отходами! Солдата там чуть не разорвали! А ведь он искренне не понимал за что. Ведь это была ГРЯЗНАЯ ПОСУДА!
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Как из него холодец не сварили!
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Дача, зимний вечер, мужская компания. Что может быть лучше? Разве что – почти мужская компания… Сидим в теплом предбаннике, смеемся, ловим ногами легкие сквознячки из под дверей, пьем чай (или кто что там пил…) и беседуем об охоте. Так вышло, что все вокруг меня как на подбор, оказались отчаянными зверобоями. Они углубились в дебри, заспорили - чем лучше бить утку «пятеркой» или «шестеркой»? Спросили мое мнение, я авторитетно ответил, что не очень в курсе, но думаю, что в хорошем утином болоте завязнет и «пятерка» и «шестерка» и даже уазик. Оказалось – это номер дроби. Тогда я вырулил, что на охоте бывал всего пару раз в жизни, но однажды подстрелил полудикую курицу, так вот я ходил на нее с трассирующими патронами 7,62 с зелеными наконечниками и бил очередями. Не знаю, вроде вполне подошли… Дальше пошли охотничьи рассказы.
Первым начал наш гостеприимный хозяин - старый КГБешник Юрий Тарасович: - Лет двадцать назад я, сдуру, поддался уговорам дочери и взял ее на охоту. На что только рассчитывал старый дурак…? Вот приехали, расположились в засаде и сразу заяц. Я – Ба-бах. Вроде попал, подбегаем с дочкой, видим, он сидит раненый и презрительно на нас смотрит. Оксана сразу в истерику. Кричит – Папа, что мы наделали!? Он может умереть! Мне его жалко! Скорей поехали к ветеринару! Делать было нечего, собрались, поехали домой. Все чехлы кровью заляпали. А тот заяц у нас еще неделю жил, лечился. Степаном назвали. Дочка его и днем и ночью выхаживала. А как выздоровел, то, не попрощавшись, убежал от нас обратно в свой сказочный лес, короче все обошлось как нельзя лучше. Помню, вкусное из него жаркое получилось…
Настала моя очередь и я рассказал, что у нас на высокогорной точке, лучшими охотниками всегда были часовые. Через день бывало, кого-нибудь да угрохают. Ходит с автоматом между вверенными объектами и как услышит шорох в кустах, так сразу – «Стой кто идет!» «Стой стрелять буду!» Ответа нет, ну он как положено – предупредительный вверх и на, получай между глаз. Обычно это бывали или заблудшие деревенские свиньи или козлы. На худой конец и куры с удовольствием перли посмотреть на секретные станции ПВО… Местные грузины каждый раз удивлялись – и что это их животные как шпионы все время пытаются проникнуть на особо охраняемый объект? Разводили руками и уходили ни с чем. А нам доставались трофейные шашлыки…
Тарасыч предположил, что видимо часовые их сами как-нибудь подманивали. Нахрена скотине военный объект? А может быть запах озона от работающих станций...? Но на самом деле было все гораздо проще. Мы брали у часового автомат и шли на охоту. За пару километров от части подстерегали подходящую добычу, быстренько на нее охотились - метров с трех и тащили к часовому… И нам пожрать, и часовому благодарность от командира роты за бдительное несение службы, да и казенные патроны списаны. Вот и весь озон...
Тарасыч хмыкнул и пошел раскочегаривать парилку, а очередь рассказывать охотничью историю дошла до здоровенного мужика Вадима.
Вадим подождал, пока за Юрием Тарасовичем закроется дверь, посмотрел ему вслед, сурово затянулся ароматной трубкой и заговорил: А вы в курсе, что он меня от смерти спас? ( Мы были не в курсе) Зайчики, козочки, все это конечно мило, но я попал в настоящую переделку, да такую, что и врагу не пожелаешь… Давненько это было, мы с Тарасычем поехали в Костромские леса на медведя. Три дня проболтались – нету. Говно, следы, куски шерсти - есть, а его самого нету, хоть плач. Уже и надежду потеряли. Короче говоря, пошел я в последнее утро дров для костра натаскать и тупо нарвался. Столкнулся прямо нос к носу… Огромный, вонючий, смотрит на меня и перед тем как сожрать, взглядом гипнотизирует, а глаза черные, свирепые. Медведь медленно поднялся передо мной на задние лапы и стал метра три высотой. Полнеба собой закрыл. Верите ли, меня просто парализовало от страха, ну не бороться же с ним. Я сел на землю, смотрю на него снизу вверх, жду смерти и не то, что крикнуть, или убегать, даже дышать не решаюсь. Он, сука, навис надо мной, вот - вот навалится всей тушей.
Думал, что только в кино так бывает, когда в последнюю секунду перед глазами пролетает вся твоя задрипанная жизнь. Оказалось - правда. Я успел вспомнить мамины пироги с капустой, друзей во дворе, первую несчастную любовь, своих детей. Как они без отца выучатся и встанут на ноги… Дело прошлое – я человек не сентиментальный, но и то прощаясь с белым светом, пустил скупую мужскую слезу… Вы просто себе и представить не можете, что я в тот момент пережил. И вот, когда зверюга уже растопырил когти и хотел было меня подмять, вдруг – да-дах - выстрел. Его голова дернулась и туша с хрустом завалилась на бок. Это чудо, что Тарасыч вовремя подоспел, прямо в башку попал этой скотине. Еще доля секунды, и все, я бы с вами тут не парился…
У Вадима мелко, но заметно тряслись руки, видимо еще раз пережил… Он отхлебнул пивка, искусственно улыбнулся и скрылся в парилке.
На пороге появился Юрий Тарасович с ведром и все на перебой стали выспрашивать подробности чудесного спасения Вадима.
Тарасыч поставил ведро и сказал: - Шутки шутками, но дело тогда принимало серьезный оборот. Тот медведь видимо даже засек Вадика. Я: - Как это засек? Поцарапал что ли? Юрий Тарасович: - Почему поцарапал? Обнаружил. Ведь когда я его застрелил, то расстояние между медведем и Вадимом было метров десять – пятнадцать, не больше…
(c) Грубас.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Замечательная история произошла недавно с Лёхой. Я как-то рассказывал, помним, да? Что он долго устраивал свою бурную личную жизнь, страдал через это, и все не мог определиться. Копался, в общем.
А когда его амурная жизнь окончательно заходила в тупик, он, страдая, звонил мне, и грустным утробным голосом просил - «Ну познакомь меня уже с бабой. Хорошей. Тихой. Покладистой... Можно с резиновой...»
«Блиат, Лёха! - возмущался я, - Все-таки неприятный ты человек. Одни хлопоты с тобой! Уже разгони своих, дерущихся табуретками истеричных женщин, и иди, знакомься с первой встречной! А сейчас не истерии и обязательно напейся сегодня. Это мой тебе наказ!»
Я вообще щедр. Очень щедр. Я щедрее Салтыкова-Щедрина.
Но, не обо мне сейчас.
Короче, Лёха познакомился таки. И все у них так закрутилось замечательно. Любовь такая прям платоническая, что оторваться друг от друга не могут. В магазин даже не сходить. Ага. Голодают заразы, но трудятся.
Сообщает мне все это, чтобы я пожалел что ли? Я был как скала - «А что голодаете, это правильно... Сытый человек инертен. Он уже не помнит острый вкус лишений, ему уже не приносят пронзительную радость мелкие события, не будоражат нерву напряженные мысли... Он и мечтает-то уже лениво, через губу, не глубоко, не ярко... От этого разум его вял и не азартен, как хер старца...»
На что Лёха плевал три раза в трубку, и испуганно кричал - «Типун тебе на язык!».
И прямо вижу, как он сразу после этого бежал скорее к своей пассии, убеждая себя что еще «огого!!!», и заходил как мессер со стороны солнца, и накрывал внезапно.
И вот Лёха звонил, и делился постоянно этими гадкими радостями. Бунин, итить его в складку.
А тут чего-то звонит и не делиться. Удивительно. И голос у него такой убитый-убитый. Стонущий какой-то. Оказалось...
Ночное веселье в самом разгаре, вот-вот уже... - Аааааааааааа!... - как-то сдавленно закричал Лёха, и выгнулся дугой. - Ох!... Милый!... Тебе хорошо? - любящий шопот. - Ааааааа!!!... - не успокаивался Лёха, застыв в немыслимой позе и выпучив глаза в обои. - Ты знаешь, мне тоже очень хорошо с тобой! Очень-очень! Правда! - Шссссспиииуу... - непонятно засвистел Лёха, сделав страшное лицо. - Ты не хочешь, чтобы я об этом говорила? -...шшш.. сэ..пэ.. - А что тогда?... И почему ты разговариваешь со мной этим неприятным лицом? - ...шшшспинааа... - наконец дошипел он, пытаясь вынуться и слезть.
Спину ему прихватило в самый интересный момент.
И так, говорит, замечательно прихватило, что искры прям из глаз. Не вздохнуть, не, простите, свистнуть. Шевельнуться невозможно.
Выхаживала она его героически, в туалет водила, с ложки кормила. Ну и Лёха оклемался постепенно. И вот прошло несколько дней, он уже расходился нормально. И приехал к нему товарищ, которому Лёха должен был что-то там передать. А домофон в очередной раз сломался. И Лёха спустился вниз лично.
И вот уже когда он поднимался на лифте наверх, и когда двери стали открываться на этаже, Лёха зачем-то чихнул. Это малозначимое событие повлекло за собой калейдоскоп неприятностей.
Адский прострел в спине заставил Лёху замереть с выпученными глазами. А уже в следующую секунду, одеревеневшее тело Лёхи, стало падать через открытые двери на площадку. Говорит, упал - даже руки не смог подставить, так парализовало. Больно приложился. А спина все не отпускает. Ногтями скребет по кафелю, а сделать ничего не может. Даже голос перехватило, и только сиплый свист (в хорошем смысле), издаёт.
И сюрреализм такой на лестничной клетке происходит - тело шипит и скребет ногтями, ноги в лифте, и только дверь закрываться начнет, по ногам ударит, открывается.
И так, Лёха говорит, жалко,жалко себя стало... От беспомощности. Не позвать, не до двери своей доползти... И лифт еще этот гадский по ляжкам!
«Не дай бог, - еще думает Лёха, - выйдет кто... подумают ведь, что напился» Интеллигентный очень.
И тут как раз, нате вам, старушка-соседка с палочкой. Слепенькая, глухенькая, неустойчивая на ветру. И Лёха такой, зашипел предупредительно снизу, пальцами заскреб... Но открывающиеся двери лифта этот мелкий шорох заглушили. И старушка сразу к ним устремилась. А видеть ей вообще было необязательно, знала она тут все на ощупь.
Ну и зацепилась она за Лёхину голову, и полетела в лифт. Ыыыыы! - Лёху проткнула новая вспышка боли. А старушка заблажила голоском тоненьким - мол, навалили тут кучу какую-то неприятную... и заскреблась, завозилась с палочкой у Лёхе на крупе, больно колясь коленками и локтями. И главное, вот только уже почти равновесие нащупает, оттопыриться на локтях, двери лифта - шарах, по ней!! - снова заваливается и блажит тоненько. И в бессилии кулачком еще сухеньким колотит - «Хто тут?!!».
В какую-то минуту Лёха понял, что сойдет здесь с ума и неминуемо умрет. Прямо тут, на холодном кафеле. Затоптанный бабушкой. Бесславно и нелепо.
Но счастье, наконец, ему улыбнулось. На площадку вышла молодая мамаша с ребенком. Они звонко закричали, не понимая, что за сатанинские игрища тут происходят. На крики выскочили соседи, и таки сняли возбужденно сопящую бабушку с Лехиного, истоптанного хребта.
«Ну и как ты сейчас?» - спросил я.
«Взял тайм-аут. Ночью сплю. Полноценно питаюсь. Внутри хорошо стало и приятно. На душе в смысле. Понял для себя, что рекорды все мы уже поставили, из большого секса пора уходить на тренерскую, себя нужно беречь... Хм... А соседка-старушка здороваться начала. Вот никого не узнаёт, а со мной здоровается... странно... Думаю, жизнь налаживается»
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
1980 год, Северная Карелия, гарнизон Верхняя Хуаппа, 909 военно-строительный отряд.
- Воин! - Ну? - Хер гну! Ты сейчас в карьер? - Не, бля, на дискотеку! Конечно, в карьер, мне ещё один рейс остался, последний. - Разворачивайся, поедешь порожняком на прошлогодний зимник. Там закончилась отгрузка леса и надо забрать оператора. Да пошустрее, метель начинается, потом его вообще не вывезти будет. - А хули он с последним лесовозом не уехал? - Вот у него и спросишь. Дуй на зимник, забери оператора и прямо на Хапу, ужин вам оставят. Вот с этого вечернего разговора в лесу между ротным и водилой Юрасем всё и началось. Впрочем, вечер это был или день - не поймёшь, полярная ночь в разгаре, темно почти круглые сутки, только в полдень небо чуть сереет. Юрась осторожно развернул свой МАЗ на узкой заснеженной лежнёвке и пометелил в обратном направлении. МАЗ-самосвал - неплохая машина, мощная, надёжная. Но порожняком на заснеженной дороге совершенно неуправляемая. Основной вес приходится на переднюю ось, там и кабина с водителем, и дизель. А ненагруженные задние колёса беспомощно вращаются вхолостую на укатанном снегу. С гружённым самосвалом управляться немного полегче, а вот вождение с пустым кузовом по снегу и гололёду превращается в фигурное катание с непрерывными выводами из начинающихся заносов. Так что рейс порожняком был сейчас совсем не в кайф. И какого хрена оператор с лесовозом не уехал? А пурга, похоже, начинается нешуточная, успеть бы вернуться раньше, чем дорогу переметёт. О том, что будет, если не успееешь, думать не хотелось. До поворота на вахту пришлось ехать по той же дороге, что и гружённые самосвалы. Юрась довольно быстро нагнал один из них. Хоть бы это был не Халавка, подумал он. Увы, это был именно Халавка, умирающий водитель, как его называли в дурколонне (дорожно-строительной). Мало того, что Халавка вообще очень медленно ездил ("умирал за рулём"), так у него ещё был старый МАЗ-503 с пониженным рядом скоростей. Если Халавка ехал на третьей передаче, Юрасю, чтоб не наехать сзади, пришлось включать вторую. Когда "умирающий" включал вторую передачу, приходилось переходить на первую. А когда Халавка сам перешёл на первую, Юрась поставил рычаг скоростей в нейтраль: - Пиздец, у меня такой передачи нету! Наконец, МАЗ с "умирающим" свернул налево, к вахте. Юрась прибавил газу и рванул прямо, мимо кладбища брошенных тракторов-сороковок, к зимнику. Через полчаса он добрался до зимника. У штабелей вытрелеванных стволов, хлыстов, стоял челюстной погрузчик ПЛ-1 с опущенными на снег захватами, рядом у костерка сидел ростовец Лёха по кличке Лось - оператор погрузчика и внимательно смотрел на дорогу. Увидев МАЗ и узнав Юрася, Лось выплюнул чинарик и стал приплясывать: - Ур-ра-а! Живём! - и сразу полез в кабину. Юрась, почти не останавливаясь, развернул машину и погнал обратно, метель всё усиливалась. - Ты чо не уехал с последним лесовозом? - спросил он оператора. - Так гражданский с лесовоза сказал, что после него скоро ещё один приедет, он меня и заберёт. - Наебал тебя гражданский. Ротный увидел, что он уехал один и меня за тобой послал. - Вот сука! - изумился Лёха. - Ну, приедет этот пидор ко мне ещё на погрузку. И ребятам передам, что он такой козёл, отыграются на нём. Вообще-то Лёха был прав, бросать в лесу людей было у нас не принято. Если о ком-то пройдёт слух, что бросил человека одного - он будет об этом долго и горько жалеть. А может и недолго, в лесу всякое случается, закон - тайга, медведь - прокурор. Военные блюли лесной кодекс свято, а вот среди вольнонаёмных, приехавших на Север за длинным рублём, иногда гниды попадались. Тем временем пурга разыгралась во всю. Дороги почти не было видно, свет фар упирался в крутящиеся снежные вихри. Юрась включил дальний свет, но стало ещё хуже - перед глазами сплошная слепящая белизна, и он перешёл обратно на ближний. - Как ты дорогу видишь в этом бардаке? Ни черта ж не видно, - крикнул, перекрывая рёв дизеля, Лось. Практически все МАЗы в лесу ездили без глушителей. - Наощупь, - отрезал Юрась, отвлекаться ему было некогда. Колёса через рулевые тяги передавали толчки от неровностей дороги на руль, гидроусилитель немного смягчал их. Это создавало на руле так называемое "чувство дороги". Как только толчки с одной из сторон пропадали, Юрась немного поворачивал баранку в другую сторону, на середину дороги. Но вот баранка вдруг стала мягкой и податливой, словно передние колёса въехали во что-то вязкое. И почти сразу же МАЗ забуксовал и остановился. Вылезли, осмотрелись. Так и есть - дорогу перемело. - От зараза, не успели, а! Юрась, давай назад и снова вперёд, в раскачку. Может, выберемся? - Может, да что толку? Ты пройди вперёд, посмотри, что делается. Прошлись по дороге - впереди уже намело полуметровые сугробы, а пурга только усиливалась. Вернулись в тёплую кабину отогреться. - Кранты, забурились, - резюмировал Юрась. - Будем чахнуть тут, как умирающие лебеди, пока за нами бульдозер не пришлют. - А когда его пришлют? - спросил Лёха. Он служил только первый год, призвался в мае. Это была его первая зима на Севере. - Может - завтра, может - послезавтра. В любом разе, только после того, как пурга утихнет. А соляры в баке только на ночь хватит. - И это сидеть столько не жрамши? А как соляра в МАЗе кончится, то замерзать будем? Да пошли пешком, тут километров двадцать осталось, часов за пять-шесть дойдём. - Сиди, придурок. До Хапы ты не дойдёшь, или заблудишься, или замёрзнешь, - сказал Юрась, выключив фары. - А в МАЗе не замёрзнешь, что ль, какая разница? - А такая, тебя в машине найдут, и будет хотя бы что в оцинкованной посылке домой послать. А так и похоронить будет нечего. - Не, на фиг, сиди тут, замерзай, пусть тебя посылают домой в цинке, а я в казарму хочу. - Ты чо, сынок, обурел в корягу, сынок? - в голосе Юрася вдруг проснулись нотки дедовщинки. - Сказано тебе, салага: сиди и не рыпайся. Обычно Юрась не позволял себе такого, но тут он решил использовать это как последний козырь. - Ах, вот ты как заговорил! - взвизгнул Лось. - Вот уж не ожидал от кого, всегда считал тебя нормальным мужиком. Как же, дедушка Юрасик голос подал. Чего изволите, дедушка Советской Армии? Вам портянки постирать, или сосчитать, сколько дней до приказа осталось? - Я изволю, чтобы ты сидел, и никуда не ходил, пока за нами не приедут. Доставай свой "Памир" десятилетней выдержки с военных складов округа и кури, трави анекдоты, мечтай о гражданке. - Да не могу я сидеть и ждать, пойми ты! - заорал Лось, - Надо что-то делать! И открыл дверь, пурга моментально ворвалась в кабину и выстудила её. - Стой, сказал! - Юрась схватил Лося за телогрейку. Не разворачиваясь, Лось влепил водиле локтем меж глаз. Охнув, Юрась откинулся, а Лёха выскочил из кабины и пошёл по заметённой дороге, пробитой бульдозером меж высоких сугробов. Водила выскочил за ним. - Стоять, рядовой Шахов! Вернись, я приказываю! - Сперва отсоси не нагибаясь! - донеслось ему из темноты сквозь завывание пурги. ... Ночь Юрась дремал в кабине, а может и день, кто его знает, эти полярные сумерки. Хорошо ещё, МАЗ стоял мордой к ветру и выхлоп назад уносило. А то можно было и угореть в кабине, прецеденты бывали. Когда небо немного начало сереть, то есть к полудню, дизель начал чихать. Подняв кабину, слил воду с двигателя, чтобы не разморозить его. Пурга по-прежнему не утихала. Юрась сидел в кабине, боясь замёрзнуть и уснуть. Но сон не шёл, наоборот, дрожал от холода. Через какое-то, неопределённое время, ветер стих. С трудом разогнув окоченевшее тело, Юрась вылез из кабины, чтобы развести костёр в железном кузове самосвала. Соляра из бака до конца никогда не вырабатывается, на дне всегда остаётся литров пять, на растопку хватит. Водила наковырял под снегом обломанные сучья, на брошенных лесных делянках этого добра навалом, покидал в кузов, и поджёг их намоченной в соляре тряпкой. Так он просидел у огня ещё несколько часов. Сев по-турецки, Юрась думал, глядя на тлеющие угольки: "Чтобы ещё поджечь? Может, запаску? Или сразу весь МАЗ. А ещё луше - поджечь Хапу, а нас по домам отпустить. На худой конец - перевести служить поближе к дому, на Украину." Перед глазами возникли беленые украинские хаты с вишнёвыми и шелковичными деревьями под окнами. Гуси, купающиеся в ставке. Коровы, которых пастух с утра выгонял на пастбище, Обед в тракторной бригаде, густой борщ, ломтик сала на белом хлебе, огурцы и помидоры, нарезанные на газетке, перцовка из сельмага. На Юрася напало сладкое оцепенение, он не чувствовал холода, голода, перестали ныть болячки на руках. Именно в таком состоянии начинается замерзание. Но именно в этот момент к машине пробился бульдозер Т-100М с булбдозеристом Толей Муской за рычагами. Развернув бульдозер на месте перед МАЗом, он заглянул в кабину и присвистнул: - Оба-на! И этого тоже нет! С ума посходили, что ли? Но потом заглянул в кузов: - Ах вот ты где! Ты что, уже замерзать собрался? Ну, на это теперь не надейся. - А-а... Это ты, молдаван, - пробормотал Юрась - Сам ты пула! Сто раз тебе говорил: не молдаван я, гагауз. Давай, просыпайся, помоги зацепить твой МАЗ на жёсткий буксир, на Хапу поедем. - А разве она не сгорела? - Чего!? - обалдел Толя. - Ничего, - встряхнулся Юрась, - это я так... Где Лось? - Не дошёл. Увидишь, - помрачнел бульдозерист. Возле моста через речку Ухтинку они остановились. Толя выскочил из бульдозера и махнул Юрасю - иди сюда. - Чего? - Вот, смотри, - кивнул в подсад Толик. На снегу лежал солдатский сапог с торчащей из него обглоданной костью. Лёха валенок не признавал, ходил всегда в кирзачах. - Крови нет, волки его уже замёрзшего глодали. - Значит, не заблудился Лось, просто не дошёл, - добавил Юрась. - Что делать-то с ногой будем, может, в кузов забросим и на Хапу отвезём, командирам покажем? - Давай.
Через два месяца. Юрась стоял с МАЗом в боксе, менял радиатор. Пол бокса был покатый. Просто выстроили стены на небольшом уклоне, нивелировать грунт никому не хотелось. Даже обоснование этому нашли - чтобы в случае пожара машины можно было легко из бокса выкатить. Рядом с МАЗом чинилась шишига-водовозка. Когда Юрась пошёл из бокса на улицу, сзади вдруг раздался вопль Васи Кубина: - Шухер! Юрась оглянулся. ГАЗ-66, перекатив через подложенный камешек покатился к воротам, перед которыми он стоял. Уроды, даже на скорость не поставили, а ручник, понятно, не работает. Юрась тупо уставился в радиатор приближающейся шишиги. - Тикай! Юрась, тикай! Но Юрась смотрел на катящуюся к нему машину с тупым оцепенением и вовсе не хотел тикать. С ходу шишига врезалась ему в грудь, перехала его, распахнула ворота и выкатилась на улицу. *** Смерть человек не наступает сразу с остановкой сердца, сознание какое-то время ещё живёт в его мозгу. В нём, лишёном кровоснабжения, возникают самые причудливые картины. Угасающим сознанием Юрась увидел всё со стороны: себя, лежащего у ворот бокса, прибежавших солдат. Потом он увидел, как солдаты его роты грузят в ЗИЛ-157 тяжёлый оцинкованный ящик, на котором было написано: "Кравченко Юрий Богданович. Украинская ССР, Черниговская обл., Мало-Девицкий р-н, с. Обичево". Потом он увидел длинный тоннель в конце которого светилось ослепительно красивое зелёное сияние. Он летел по этому тоннелю долго, пока не увидел обычный сад с яблонями. Под яблоней за столом сидел Лёха в телогрейке и х/б, приветливо улыбаясь Юрасю и неловко пряча под себя обглоданный обрубок ноги. Белые лепестки падали на неструганные доски столешницы. - Лось, это я Юрась! Я пришёл просить у тебя прощения, за то, что не удержал тебя тогда. Прости меня, Лёха. Прости, братан. Ничего не сказал ему Лёха, только смотрел добрыми понимающими глазами. И перед тем, как померкло сознание навсегда, Юрась с облегчением понял без слов - прощён.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Есть у нас начальник отдела продаж, бывший ВДВ с командирским голосом, который слышно вне зависимости от количества стен и того материала, из которого они сделаны. Есть у него что-то типа традиции - устраивать новеньким сотрудникам маркетинга женского пола стресс-проверку - найти вымышленный залёт и командирским голосом за него отчитать. Обычно девчонки выбегали в слезах, парни выходили, словно бы им сказали, что больше у них не встанет. Ну и вот, пришёл черёд новенькой сотрудницы - милой, маленькой, изящной девочки с тихим голосом, грамотной речью и милым спокойным характером. Зашла она в кабинет, двери закрываются... монотонный голос что-то ей рассказывает и тут... - Я ТЕБЯ НЕДЕЛЮ НАЗАД ПРОСИЛ ПРИСЛАТЬ МНЕ ОТЧЁТ, ГДЕ ОН, БЛЯ?! ТЫ ЧЁ, БЛЯ, СОВСЕМ ТАМ ОХУЕЛА? И тут, словно гром среди ясного неба, звонкий голос новенькой: - ЭТО КТО, БЛЯТЬ, ТУТ СОВСЕМ ОХУЕЛ?! Я, БЛЯТЬ, СОВСЕМ ОХУЕЛА?! Я ТУТ УЖЕ 1.5 МЕСЯЦА, ОТ ТЕБЯ ПИСЕМ ОТРОДЯТЬ, БЛЯТЬ, НЕ ВИДЕЛА! КОГДА БЫЛО ПИСЬМО С ПРОСЬБОЙ ВЫСЛАТЬ ЭТО ЁБАННЫЙ ОТЧЁТ?! ДАТУ И ВРЕМЯ?! ЭТО Я, БЛЯТЬ, СОВСЕМ ОХУЕЛА?! А МОЖЕТ ТЫ, БЛЯТЬ, СОВСЕМ ОХУЕЛ?! За стеной повисла тишина. Мне казалось, что я слышал щелчок затвора. Снова монотонный голос, открывается дверь - выходит девочка со смешанной эмоцией на лице, а следом, обнимая, выходит начальник продаж, с сияющей физиономией, словно бы она его только что отымела, а не обматерила. Теперь он к ней относится, словно к родной дочери.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Известен факт: во время просмотра 38-й серии "Покемонов" у людей, предрасположеных к эпилепсии, начались припадки. Сотни японских детей были госпитализированы. Оперативное расследование показало, что это вызвано частой сменой изображений в одном из эпизодов. О происшествии и его причинах сообщали в новостной программе, при этом "додумались" показать злополучный эпизод. Ещё сотни японцев были отправлены в больницы с эпелиптическими припадками.
Это было вступление, а теперь рассказ знакомого следователя. После серии взломов и краж из гаражей один владелец решил установить в своём гараже сигнализацию. Принцип действия простой: в течение некоторого времени после открытия двери нужно нажать "секретную" кнопку, спрятанную где-то между полками. Если этого не сделать, через несколько секунд звучит сирена, привлекая внимание окружающих и отпугивая незадачливых воришек. В качестве сирены наш умелец решил применить корабельный ревун, заботливо припасённый ещё его дедом.
Кто плавал на больших судах, тот знает, а для тех кто не знает, поясню. В условиях плохой видимости, в частности при тумане, штурман, обнаружив на радаре другое судно, даёт команду включить ревун чтобы идущий встречным курсом капитан по звуку имел ориентир и заранее предпринял правильный манёвр с целью избежать столкновения. Слышно эти дудки на несколько километров.
И вот, пара дворовых алкашей решили что-нибудь пропить. А чтобы что-нибудь пропить, надо что-нибудь украсть. Фигня делов, 3 часа ночи, район крепко спит, монтировкой срывается навесной замок, открываются ворота. Вот только про кнопочку бедолаги не знали. Пока они искали что украсть, реле времени включило ревун. Район уже не спит. Прибывший почти одновременно с хозяином гаража патруль застаёт на месте два тела без сознания, всё содержимое желудка вывалилось у обоих в штаны. Один из них чуть позже скончался от инфаркта.
С владельцем гаража ничего особо не сделали, разъяснительная беседа, штраф за нарушение покоя граждан. Главный аргумент - "мой гараж, как хочу, так и охраняю. А этот синяк наверно от пъянки окочурился". Ревун, правда, впоследствии конфисковали.
А вот у следаков - с одной стороны труп, с другой - попытка кражи со взломом. И кому-то из "верхов" пришло в голову поставить следственный эксперимент. Два мента, с разрешения владельца гаража, должны были повторить "подвиг" незадачливых воришек, а оперативный работник снимать это на камеру.
Срывается замок, открыываются ворота, включается ревун. Один мент в бессознанке, другой с очумевшими глазами выскакивает из гаража и с кучей собственного дерьма в брюках убегает в неизвестном направлении. Судя по видеозаписи, он ещё пытался кричать, скорее всего что-то нецензурное, но этого всё-равно никто не слышал. Предусмотрительный опер, заранее зная что произойдёт, оставил камеру на штативе и удалился на безопасное расстояние.
Как потом шутили в отделе - "эксперимент удался". В этот раз к счастью никто не пострадал, кроме казённых милицейских брюк. А конфискованный рквун теперь "охраняет" дачу у моего знакомого, только схему управления, которую он просил меня собрать, я спроектировал так, что громкость нарастает плавно.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Только что прочитал про солдата - туркмена, выбросившего холодец. Отмечали старый новый год (этот), в компании было несколько иностранцев. Один из них, из Малайзии, вызвался помогать хозяйке с подачей блюд из кухни на стол. Холодец он добросовестно разогрел в микроволновке - ну правильно, холдный ведь, жир замерз! зы.: съел сам с рисом, сказал вкусно...
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Полковник военно-медицинской службы Дмитрий Ефимович Л. очень любил чай. Не в смысле чифира, а именно чай. Любил давно и самозабвенно. Причем, чай дожен был быть непременно хорошим, в меру крепким, а самое главное свежим! Давно уже любил, еще со времен военно-медицинской академии, когда они еще будучи курсантами собирались вечерами, швыркали чаек и готовились к экзаменам. Вот уже почти тридцать лет каждое его утро начиналось с кружки хорошего чая. Вот уже почти тридцать лет, каждый раз выходя из операционной он заваривал себе чайку, садился в ординаторской и откинув голову назад просто отдыхал. Вот уже почти тридцать лет многие его друзья-врачи заглядывали “к Ефимычу на чаек”. Что и говорить, чай был неотъемлемой частью его жизни. И вот уже почти тридцать лет рядом с Дмитрием Ефимовичем находилась его супруга Ольга Михайловна.
С Олей они познакомились в столовой Областной больницы где оба оказались на практике. Кстати, виновником их знакомства был самый обыкновенный чай – запнувшись Дима выплеснул граненый стакан этого чудо-напитка на Оленькин белоснежный, накрахмаленный халат. С того самого дня они вместе. Вместе мотались по командировкам и военным городкам, вместе работали в военном госпитале, вместе защищались, вместе, вместе, вместе... Все вместе! Как говорится, огонь, воду и медные трубы! Единственное, что омрачало их совместное существование, это то что Ольга Михайловна безумно любила ЧАЙ!
Эта затяжная война началась давным давно. Все дело в том, что полковник по натуре своей был консерватором и чай пил только в чистом виде, в то время как Ольга Михайловна любила поэкспериментировать. Какие только травы не кидала она в чай! И мяту, и шиповник, и смородину, и ромашку... Фантазия у Ольги была необъятная. А что началось во времена свободного рынка, когда появилось много разных сортов! Он до сих пор не мог простить жене как она напоила его китайским чаем “Летящая ласточка” незадолго до начала банкета по поводу защиты его кандидатской диссертации. Практически весь вечер он просидел в “ласточкином гнезде” лишь ненадолго появляясь к гостям. Сколько нервов и сил потратил Дмитрий Ефимович, но все безрезультатно. Его супруга бесстрашно отбивала любые атаки, мотивируя что мята помогает при расстройствах желудочно-кишечного тракта, мелисса при вегето-сосудистой дистонии, шиповник повышает сопротивляемость организма, а ромашка лечит гнойные раны, язвы, геморрой, дерматиты, высыпания на коже и даже фурункулы! Дмитрий Ефимович устал бороться с женой и попросил чтобы хотя бы “дристосным” чаем она его больше не поила.
В этот вечер, придя домой, Дмитрий Ефимович быстро поужинал, включил кофейник, в котором они кипятили воду чтобы заварить чай, и сел за просмотр свежего журнала “Хирургия”. Ольга Михайловна накинула на ноги плед и включила “Богатые тоже плачут”.
-Ольга, ядрена мать! – раздался его грозный голос через какое-то время. – Ну сколько можно, а? Опять какой-то отравы в чай насыпала?
-Иди, ты, к черту! – огрызнулась жена. – Ничего я не сыпала.
-Ну я же чувствую, что это не чай а хрен знает что! Ублеваться можно.
-Не веришь – посмотри, - сказала Ольга и сделала погромче телевизор.
Через несколько секунд из кухни послышался шум падающего тела...
Как-то раз, еще до перестройки, судьба занесла Дмитрия Ефимовича Л. в город Новосибирск. Командировка была из разряда обыкновенных, но перед самым отъездом полковник купил себе кофейник выпущенный на одном из местных оборонных заводов. Как и любой “почтовый ящик” этот завод, естественно, имел и гражданскую продукцию. Вот такой гражданской продукцией и являлись эти кофейники.
Нужно отдать должное, вобщем-то эти кофейники были очень даже ничего. Единственным их минусом было то, что пластмассовый колпачок на крышке постоянно обламывался. Жители Новосибирска имели возможность купить себе замену, но для Дмитрия Ефимовича ехать в такую даль за колпачком, естественно, было бы безумием. После того как колпачок благополучно завершил свое существование (примерно на второй неделе после покупки) семья полковника кипятила воду без оного на протяжении двенадцати лет. В крышке кофейника просто зияла дырка размером с пятикопеечную монету…
-Ольга, ядрена мать! – раздался его грозный голос через какое-то время. – Ну сколько можно, а? Опять какой-то отравы в чай насыпала?
-Иди, ты, к черту! – огрызнулась жена. – Ничего я не сыпала.
-Ну я же чувствую, что это не чай а хрен знает что! Ублеваться можно.
-Не веришь – посмотри, - сказала Ольга и сделала погромче телевизор.
Через несколько секунд из кухни послышался шум падающего тела. Полковник военно-медицинской службы, кандидат медицинских наук, видавший виды хирург, собравший по кусочкам не одну тысячу человек, упал в обморок.
В кофеварке утонул и сварился провалившийся через отверстие для колпачка, волнистый попугайчик Жора.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Три друга, Михаил, Петр и Василий, отправились на рыбалку. Перед началом заключили договор: кто поймает самую крупную – покупает водку. Клевало, и очень хорошо, только у Михаила с Петром. Василий смотрел на неподвижный поплавок, и его грела мысль: "Ничего, зато водки на халяву попью!" Чтобы не сидеть пнём, он сделал небольшую потяжку, и вдруг у него клюнуло… Да так, что удилище в дугу. Снасть оказалась крепкой, и он дотащил до подсачка двухкилограммового леща, которого крючок зацепил за спинной плавник. Наблюдавшие за ним Михаил и Пётр от зависти не лопнули. Да и чего им завидовать, кандидат на покупку водки определился… Михаил только констатировал: "Бог видит, кто кого обидит!". - Что ты имеешь в виду? – удивился Василий. - Я говорю, что жадность - это тоже порок… Мы ведь видели, что ты "ловишь" на голый крючок, без наживки…
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Письмо из недалекого прошлого, или путевые заметки
"Привет! Постараюсь выполнить свое обещание и постепенно, в несколько заходов набрать письмище о командировке в Великобританию, или ВеликОбру, как мы ее для краткости обозвали. Попал в эту делегацию, потому что занимаюсь вопросами, которые обсасывались на той конференции: совместные миротворческие операции и т. п. О военных делах скажу коротЕнько: нам у них есть чему поучиться. Справедливости для стоит отметить, что и они проявили интерес к некоторым нашим достижениям. О самой Великобре и "культурной программе" можно побольше написать, ибо эта командировка сильно отличалась от обычной, которых за 20 лет службы было немеряно и в основном "где Макар телят не пас". Первое, что бросается в глаза по дороге из аэропорта Хитроу - какого хрена они все прут по встречке!? Потом привыкаешь к левостороннему движению. На тротуарах в Лондоне наверное, для иностранцев стрелки нарисованы, в какую сторону смотреть при переходе дороги. Конференция была в Лондоне, и еще два совещания в Саутенде и Фарнборо, так что почти каждый день переезжали. Что интересно - в гостиницах персонал не обращал внимания на звания, чины и возраст и распределял нас по номерам как придется. В Лондонском "Мариотте" меня поселили в шикарный номер метров 40 площадью, типа для новобрачных - с громадной кроватью-сексодромом, двумя туалетами, царской ванной, уголком отдыха и прочими делами. А нашего генерала - в обыкновенный номер с видом на мусорку во дворе. В других гостиницах тоже кто-то оказывался в крутых номерах, и только генералу доставались обыкновенные, хотя их министерство обороны, похоже, бронировало царский номер именно для него. :-) Заглянули как-то в местный паб, это от слова «паблик бар», то есть обыкновенная пивная. И хоть переводчица что-то бухтела нам про «необыкновенную и неповторимую атмосферу английского паба» - ничего особенного. У нас в любом мало-мальски приличном городе есть не хуже заведения. А то, что там на стенках какие-то картинки висят - наверное, у них свои понятия об этом, в наших забегаловках и ресторанах при хорошем хозяине тоже изобретательно подходят к созданию интерьера. И вообще, один полковник, расспрашивая меня после возвращения, воскликнул: «Да вы, ваше благородие, зажраться изволили! Попасть в Лондон для кого-то - мечта жизни, а ему, видите ли - ничего особенного!». Наверное, это все объяснить можно тем, что Москва вроде как избаловала цивилизацией, а еще тем, что в лейтенантстве я попал в ГСВГ, и после училищной спартанской жизни смотрел там на все квадратными глазами. В юности впечатления сильнее, и через 15 лет их трудно чем-то «перебить», как пиковую семерку в покере. Вобщем, не испытал я множественных оргазмов от Великобры. Да, интересно и много нового, но в целом спокойно все воспринял. Пиво в ресторанах, куда нас приглашали - ерунда по сравнению с нашим и немецким. Владикавказский "Дарьял" или омская «Сибирская корона» - вот это пиво. Хотя в Москве та же «корона» хуже. Наверное, в Клину, где ее варят, вода другая. Англичане (или, как их принято называть - британцы, потому что называется это безобразие как-то вроде «Соединенное Королевство Великобритания и Северная Ирландия») расхваливали свое пиво «Гиннес», но нам оно не понравилось. Кормежка несколько своеобразная - плотный завтрак (всегда - яичница с ветчиной) плюс овощи, фрукты, бутерброды. Есть чисто местные "деликатесы", нечто вроде соленого мармелада и т.п. Во многих гостиницах завтрак в виде «шведского стола». Обед обычно обозначался бутербродами. А вот ужин - капитальный: суп, второе блюдо и т.п. Это все нечто среднее между британским питанием и европейским, ибо чисто британский вариант еще с какими-то вывертами типа ланча и т.д. Англичанские офицеры, с которыми мы ходили в рестораны, очень почитали нашу водку. Мы ее привезли по таможенному максимуму - по 2 литра каждый. Они очень огорчались, когда в конце вечера на вопрос «Энтони, хэв ю водка?» я разводил руками: «кончилась». Был у нас с собой кейс, чтобы таскать документы, вечерами он использовался для контрабандного вноса в ресторан дневного лимита водки (это запрещено, но хозяева и официанты делали вид, что не замечали, как мы ее переливаем в бутылки от минералки). Конечно, можно и не заметить, если англичанское министерство обороны подбрасывало ресторанам неплохие заказы на "микробанкеты". На «отвальном» банкете за день до возвращения мы уже сидели как старые друзья, скушали «горючее», которое входило в официальный заказ и нашу водку, а тосты не договорили. Англичане пошептались, скинулись фунтами и заказали вискаря (за свой счет!). Говорят, это для них неслыханное транжирство. Не водись с русскими военными - плохому научат. :-) В гостиницах можно увидеть интересные "особенности национального быта" (классические «сюрпризы» Великобры): нет смесителя в умывальнике в ванной. Горячий кран в одном углу раковины, а холодный - в другом, между ними - полметра. Что-то подобное встречалось в ГДР, но там краны на раковине расположены близко, и они поворачиваются друг к другу навстречу и смешивание воды происходит в струе. А здесь по английской традиции нужно заткнуть раковину пробкой (присутствует тут же на цепочке), набрать воды и умываться-бриться из раковины вместе с тем, что с себя уже смыл. Мы там по аналогичным поводам обычно говорили: «Дикари-с!». Кто как изворачивался, я набирал в руки сначала холодной воды, потом разбавлял ее горячей и вперед. Но раковину затыкать - не наш метод, Шурик! Второй "капкан": розетки трехконтактные, причем контакты прямоугольные, а не круглые, как у нас, и расположены так, что руки оторвать тому, кто это придумал. Одно слово - дикари-с! Но мы были бы не мы, если бы не достали припасенные «аксессуары» типа "Викторинокса", не вскрыли бы розетку, и не определили бы, где ноль с фазой, а где заземление. После чего выяснилось, что если хорошо постараться, то можно наискосок впендюрить с натягом в края двух ближних прямоугольных прорезей нашу обычную вилку от зарядника мобилы или электробритвы и контрабандным путем заполучить искомые 220 вольт. При наличии времени днем можно поискать переходники, они где-то есть. А в гостиницах посолиднее, как в Лондоне и в Фарнборо, розеток две: одна для своих, вторая для европейцев. И смесители в умывальниках классические. В лондонской гостинице и еще в какой-то сервис был «все для народа, все для людей». Возвращаешься с ужина - постель расстелена, полотенце для копыт брошено (точнее, аккуратно уложено) на пол в ванной, включен торшер и т.п. Нам командировки в ДырВО привычнее, в вэче чепэ 00000 в ленкомнате на солдатских койках и самоваром в виде трехлитровой банки с кипятильником из подков, мы нигде не пропадем. :-) Пару раз проехали в лондонском метро. Англичане сказали, что им московское метро нравится больше, мол, красивее и чище. По поводу «чище» - не знаю, наверное, мы садились и выходили на «образцово-показательных станциях», а по проводу «красивее» - это если сравнивать с нашими старыми станциями, в центре. Новые станции и у нас без излишеств. Кста, у них оплата проезда в метро зависит от расстояния, а у нас - нет, мы платим «по среднему», хоть одну станцию проехал, хоть 10. Были в Тауэре, это старый замок в центре Лондона, был раньше тюрьмой и вроде бы по резиденцией монархов. Наблюдали знаменитую и древнючую (с 13 века) церемонию передачи привратником ключей после закрытия ворот Тауэра начальнику караула. Это некий аналог (по популярности) созерцания смены часовых у Мавзолея (а теперь - у могилы Неизвестного солдата). Но у нас это доступно всем, только близко подходить нельзя. А у них все это происходит внутри замка и присутствуют только экскурсии, делегации и одиночки за плату. Так как мы были с генералом, то нас встречал и водил по Тауэру сам Бифитер - начальник гвардии (не королевской, а тауэрской), точнее - дружины, охраняющей Тауэр. Есть такой джин «Вееfeater», так на бутылке этот персонаж и изображен в своей исторической традиционной одежде и с секирой. Он потом пригласил нас к себе в кабинет и разрешил сфотографироваться с этой секирой. В промежутках между военными делами были на экскурсии в здании парламента. Экскурсоводами там «подрабатывают» сами парламентарии, наверное, для большей значимости мероприятия. Зная, что приедет «русский генерал», нам дали экскурсовода из палаты лордов, бывшего полковника королевских сухопутных войск (у них там все королевское). Он с большой гордостью постучал себя кулаком в грудь, мол, я - бывший военный, туды меня в качель, и вас, как братьев по разуму, рад видеть до невозможности! Экскурсия по парламенту чем-то напоминает Кремль с его Оружейной палатой. Старина может быть, и постарше нашей, но на острове сидеть хорошо, всякие монголобатыи, нимцы и прочие не шастают и не сжигают все подряд, потому и сохранились артефакты. Заглянули и в Виндзорский замок (официальная королевская резиденция). В Виндзоре нас встречал начальник караула в парадной форме. Тепло, больше 20 градусов, а он в красном шерстяном мундире. Единственное послабление, которое он себе позволил - фуражка вместо медвежьей шапки в полметра высотой. Он нам тоже разрешил сфотографироваться в этой шапке и с его шашкой. Замок - несколько зданий, внутри - рыцарские доспехи, мебель, оружие, посуда, картины и прочие древние «царские шмотки». О ценах. Они там людоедские, но для иностранцев это неподъемно, а для них нормально, потому что зарплаты у них тоже большие. Пачка сигарет, которые у нас стоят 30 рублей, там 5 фунтов, то есть примерно 250 рублей. Бензин - 40 рублей литр, но очень чистый, поэтому даже у оживленных дорог загазованности не чувствуется. На дорогах да и везде в городах море видеокамер, поэтому «гаишников», как у нас, на дорогах нет. Отсмотрят видеосъемку, по номеру машины пришлют тебе штраф за нарушение ПДД, и попробуй не заплати. Еще интересная особенность. Очень не любят французов, считают их своими историческими противниками и при каждом удобном случае стараются им насолить. Даже тот парламентарий-лорд с явным ехидством рассказывал, как приезжал президент Франции Миттеран, и встречу ему организовали в зале, где висели две огромных картины, изображающие победы англичан над французами (Трафальгар и Ватерлоо, если не ошибаюсь). Миттеран долго возмущался по поводу отсутствия политической корректности. А мы как-то вечером в гостинице угощали их бастурмой и прочими закусями, привезенными с собой (под их виски). Один майор уплетал бастурму со страшной силой и на свою голову неосторожно спросил, что это такое. Когда ему объяснили, что это вобщем-то вяленая конина в перце, он чуть не подавился и больше к ней не прикасался. А через переводчика объяснил, мол мы не едим конину, потому что ее едят французы. Еще они просили соблюдать принятое у них разграничение «встреча без галстуков», то есть неофициальный ужин или что-то подобное, или «мероприятие в галстуках» - совещание или посещение парламента и т.п. Лучше дать им сразу в пятак, чем заявиться в костюме, когда они в свитерах или рубашках, так болезненно они воспринимают несоответствие формы общения. К слову о знании иностранных языков. Телевизор в гостинице гонит с десяток каналов, хорошо, что два из них ФРГовские, был им рад, как родным, ибо немецкий не совсем еще забыл, а в английском - как кот в градуснике. Был у нас в делегации один полковник, хорошо знал английский и переводчице помогал, а иногда и за нее работал. Так вот он был уважаем туземцами больше, чем наш генерал. Еще "штришок". Туфли за ту неделю почистил всего два раза. Первый - когда ехал в Шереметьево лететь в Лондон, второй - утром перед вылетом в Москву. За пять дней на них даже пылинки не село. Куда у них пыль девается - непонятно. Дикари-с. Чисто и в Лондоне, и в других городах. Хотя в каком-нибудь переулке можно обнаружить кучу мусора и плотоядно сказать «Ага-а-а!!!», подняв указательный палец вверх. Ну, вобщем, в гостях хорошо, а дома лучше. Отдохнули - пора за работу. И пусть даже «Россия нас не балует ни славой, ни рублем, но мы - ее последние солдаты!», как говорил Трофим. Теперь готовимся их делегацию у нас встречать, дел по самое не хочу, спишемся попозже. Бывай здоров!"
Май 2004 г.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Тихое послеобеденное время в летном полку. По расписанию дня - изучение уставов. Все технари и летчики разбрелись по каптеркам и кабинетам заниматься кто чем может.
Два старых технаря-капитана, Рац и Соколовский, вдвоем сидят в кабинете группы обслуживания самолетов и двигателей. Позевывают после сытного обеда. Смотрят на стоящие за окном самолеты. Облака в небе. Вяло ведут неспешный разговор о футболе и рыбалке.
Неожиданно Соколовский спрашивает: - Гена, а ты сколько лет в армии служишь? - Двадцать три...- удивленно отвечает Рац. - А скажи тогда, при какой температуре часовому на посту положено надевать тулуп? - Ну... Сейчас вспомню... При минус 20-ти вроде бы. А, нет, вспомнил - при минус 25. Точно! - Точно?! А вот хрен!!!
Сонливость Соколовского как рукой сняло. Он возбужденно подскочил: - При минус 20-ти! И скорости ветра не меньше 3-х метров в секунду! Рац тоже завелся: - Минус 25 и никакого ветра! Спорим! - На трехлитровую банку пива! - А на бутылку водки слабо?! - 0,75! - По рукам!!!
Соколовский, как хозяин кабинета, начинает искать в ящиках письменого стола предмет разрешения спора. Наконец, находит - в нижнем ящике, весь в пыли и паутине «Сборник Уставов Советской Армии и Военно-Морского Флота». Положив книгу на стол, оба капитана, упершись лбами, начинают листать страницы и искать раздел о часовом, тулупе и морозе.
И тут.. Без стука распахивается дверь. И на пороге спорщики видят первого зама командующего генерала Болдырева. Дядьку вроде хорошего, но если не в духе - то дюже крутого. Болдырев посмотрел на поднявшихся капитанов, насупил брови и строго изрек: - Начальник штаба! Что у вас сейчас по расписанию? Начальник штаба полка, стоявший за спиной Болдырева, дрогнувшим голосом ответил: - Изучение Уставов, товарищ генерал. - А вы, капитаны, чем здесь вместо этого занимаетесь? Что за порнографию читаете? В комнате повисла напряженная тишина.
- Устав изучаем.., товарищ генерал - удивляясь сам себе, ответил капитан Соколовский. Насупленные генеральские брови удивленно поползли вверх. Не может такого быть! Болдырев шагнул к столу, наклонился и вслух прочитал в раскрытой на столе книге: «Особенности несения караульной службы в зимних условиях»... Посмотрел на капитанов. Затем на удивленно-радостное лицо начальника штаба. Вновь на капитанские физиономии. - Мо-лод-цы... - медленно произнес Болдырев и пошел к выходу из кабинета. На пороге остановился, глянул на технарей и добавил: - Начштаба, объявишь обоим благодарность. За отличную подготовку к итоговой проверке. От меня лично. После чего окончательно скрылся в коридоре.
- Ну, ты, Саня, просто счастливчик! - первым подал голос Рац. - Че, проспорил?! - Да причем тут проспорил?! Я тебе за твой дурацкий вопрос, но заданный в нужное время, и так водки куплю! Вместе потом и выпьем по такой оказии. Благодарность от Болдырева не каждый день получают. А тулуп все же надевают при минус 25-ти... - При минус 20-ти и ветре... - Да ладно, Санек, выбрось эту дурь из головы. Скоро дембель! А генерал уже не вернется...
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
На днях со знакомыми вспоминали у кого был самый экзотический Новый Год. Всякие банальные истории, про Новый Год в постели с градусником и чаем с малиной, вместо шампанского выбыли в первом туре, чуть позже были признаны неинтересными истории про Новый Год под пальмами, банальность по нынешним временам. В финал вышла моя история, которую трудно придумать, но она была. Напишу-ка я ее от первого лица. Незадолго до НГ я познакомился с очаровательной девушкой, и тут же стал думать как бы встретить праздник и оригинально, и с намеком на продолжение. Мои думы были прерваны предложением встретить Новый Год на ДАЧЕ. Именно так, с зажатым shift’ом, по крайней мере так было преподнесено, безо всякой конкретики, только эмоциями. Вторая половина девяностых, нам по двадцать лет, ДАЧА, Новый Год, романтика. Естественно я ответил полным своим согласием, тут же высказав готовность принять участие в предварительных организационных мероприятиях, а так же в общих словах поинтересовался что от меня требуется. От меня потребовали одеть теплую одежду, ну это само собой разумеется, взять спальник, ну таки да, на даче может быть туго с одеялами, ну и закупить продукты по списку, это раз плюнуть. Прибывая в эйфории, я мало того что не придал значения просьбе взять спальник, так еще пропустил невнятные ответы на такие важные вопросы - “А что за дача? ”, “А чья она? ”, “А кто будет? ”. В общем мне мерещился камин, шампанское и приятная, гы-гы, наивный, ночь после боя курантов. На дачу мы поехали на электричке. Купив билеты до нужной платформы, сто двадцать километров от города, мы стали искать тех друзей моей знакомой, к которым едем. Тут выяснилось что нужно найти некую Машу, или Дашу, или может быть Наташу, которая собственно и пригласила мою знакомую, а та в свою очередь меня. Кто такая эта Даша, я сразу-то и не понял, потом выяснилось что это какая-то очень дальняя знакомая, по какому-то там турслету. Наконец мы ее нашли, и нас перезнакомили, мельком, с компанией которая собралась на совместную встречу Нового Года. Тут меня должно было кольнуть уже не по-детски. Компания оказалась очень разношерстной, ядро из пяти человек, два парня двадцати пяти с небольшим лет, девушки явно моложе, еще пяток подобных нам молодых, явно такие же знакомые знакомых, и мужик, лет пятидесяти, которого представили как известного барда. Три четверти компании - молодые девушки. Мужика я буду называть “мужиком”, его имя действительно достаточно известно, и вряд ли он хочет вспоминать эту историю. Итого дюжина с небольшим разношерстных людей, и все на эту самую дачу. Ну да ладно. С мужиком мы переглянулись, и не сговариваясь высказали мнение что неплохо было бы взять по пиву в электричку, благо в те времена ларьки были чуть ли не на платформах. На нас зашикали, справедливо заметили что ехать долго, туалетов нет, добив заявлением что “желающие выпить смогут купит все что захотят в круглосуточном на станции, там даже коньяк есть”. Как я мог пропустить это “даже коньяк есть”? Эйфория легкой влюбленности и давление в тестикулах лишают мужиков здравого мышления и чувства самосохранения. Если не считать того факта что мы со знакомой и мужик были единственными кто купил билеты, а остальные надеялись проскочить, но не проскочили, жуткий штраф, поездка прошла тихо, то доехали нормально. Мужик как-то сразу проникся ко мне, и поведал что с компанией, теми кто постарше, познакомился на очередном концерте авторской песни, и они его пригласили, долго уговаривали, и что чувствует “задницей” что приключения только начинаются. То что приключения все впереди, лично я осознал, когда владелец дачи резко вскочил, крикнул “на выход”, и вся толпа вывалилась на перрон. Перрон? Неа, банальный полустанок, с километражем вместо собственного имени. Вглядываясь в окружающий нас лес тщетно старался увидеть, нет, не магазин, черт с ним, хотя бы признаки присутствия человека, не увидел. Была сама железная дорога, и засыпанная снегом гравийка уходящая в лес. Все, больше ничего! Взоры отдыхающих обратились к хозяину дачи, тот же, в виде нервной шутки, сказал что сбился со счету и мы вышли на одну станцию раньше, но тут всего пятнадцать километров. К моему ужасу, большая часть присутствующих даже посмеялась, мол с кем не бывает, и каких-то пятнадцать километров, с тяжеленными сумками, в минус восемнадцать - да легко. Мужик мрачно поинтересовался когда следующая электричка здесь останавливается, “завтра” - ответил шутник, и подбодрил всех что сейчас быстро поймает машину, и мы поедем. Ага, все, в одну машину! Вышли на дорогу, и действительно быстро поймали грузовичок, правда водила наотрез отказался сажать нас в кузов, поэтому было принято решение что хозяин дачи и все наши сумки едут до одному ему известного поворота на дачный кооператив, а мы идем пешком. Слава всем богам, хозяин дачи ошибся, идти было не пятнадцать километров, а не более десяти, и за два часа, по укатанной дороге мы дошли до поворота, подхватили наши задубевшие сумки и пошли вглубь небольшого садоводства по, неслабой такой, снежной целине. Смеркалось. Нет, это не вечер в городе, это вечер в глухом садоводстве в котором нет, не было, и наверное уже не будет ни света, ни воды, ни тепла. До дома добрели уже в сумерках. Домом оказалась летняя халупа, метра четыре на четыре, с чердаком и щелями во всех стенах. На улице безветренно, но ниже двадцати мороза, об этом сообщал градусник, градусник был и единственным предметом цивилизации на этой даче. Народ роптал. Я лично уже готов был придушить всех, начиная со знакомой, и кончая ближними и дальними родственниками хозяина халупы, который пригласил зимой столько народа в это место явно с целью заготовить человечинки. Как водится дров для печки буржуйки не было, почти не было, на половину закладки хватило каких-то щепок, а за “дровами” нас, меня и мужика, отправили в ближайший лесочек, за “сухостоем”. Такое полезное изобретение как топор, в этих пенатах отсутствовало, был колун и пила, так что ломали сухостой и оттаскивали к дому, всего-то метров триста по колено в снегу. Нам повезло, вернее местные хилые садоводы не смогли до конца выломать то, что тут называлось лесом. На момент когда я ввалился в дом, весь мокрый и замерзший, буквально обняв буржуйку, у меня уже были все признаки бешенства. Когда же стал приходить в себя, потребовал коньяка, ну или водки, и бутерброд. По моей мысли было так - я купил апельсины, хлеб, и еще что то вроде конфет, а кто-то закупил спиртное, дальше по деньгам сочтемся. Ан нет. Меня обрадовали что водки, и тем более коньяка нет, и вообще собравшиеся здесь не курят, не пьют, и матом не ругаются. “Что есть?! ” - возопили мы с мужиком, который был не суше, и не добрее меня. “Есть две бутылки марочного вина, но это на праздник” сообщила нам главная подруга хозяина дачи, и вообще бутерброды мальчики могут делать и сами, пока они, не пьющие и не ругающиеся матом, готовят ужин на всех. Естественно никто ничего не готовил, все пытались подсесть поближе к печке, и жуя мерзлый хлеб вприкуску с промерзшей колбасой, и вопреки уверениям подруги хозяина, материли этого самого хозяина. Кое как отогревшись, сменив носки на сухие, ура ура, я не зря подумал о носках когда собирался, мы с мужиком начали инспекцию. Выяснилось что есть курица, мерзлая сырая, в виде “ножек Буша”, помните такие? Есть, опять же мерзлые, ингредиенты для Оливье, какая-то колбаса, хлеб, гигантское количество цитрусовых, и собственно говоря все, не считая двух коробок конфет которые купил лично я. Соли не нашли, перца тем более, зато нашли сковороду, и на ней поставили жариться первую партию курицы. Вы жарили мерзлую курицу на раскаленной до красна буржуйке? Если нет, то немного потеряли. Блюдо, вне зависимости от квалификации повара, получается сырым, подгорелым, и малосъедобным. Но я ел! Чуть позже отогрелись, так что бы можно было резать, составляющие Оливье, которое и было сделано, и сожрано. Именно так, ложками, кому достались, немногочисленными вилками и чуть ли не руками прямо из огромной миски. Чая не было, его просто забыли купить. Вообще получалось что список закупок составлял как минимум враг народа ведущий активную подрывную деятельность! двадцать килограмм цитрусовых что мы перли, я бы с удовольствием променял бы на пяток банок тушенки и два килограмма гречки. Пользуясь своим авторитетом мужик отобрал одну из бутылок вина, и мы фактически вдвоем ее распили, вкуса я не запомнил. Легли далеко за полночь, пропустив и бой курантов, и наплевав на все традиции встречи Нового Года. Спали мы с подругой в эту новогоднюю ночь вдвоем, как мне и мечталось, только в мечтах не было плюс десяти в помещении, и сопения еще одинадцати носов в непосредственной близости. Утром, на удивление мы проспали часов до десяти утра, мужик предложил собираться домой, и чем скорее, тем лучше. После того как прогорели дрова в буржуйке, дом выстудился до неприемлемой температуры. Меня лично уговаривать не пришлось, одев сапоги, и накинув пуховик, я спросил свою спутницу какие у нее планы. Мне было заявлено что “они”, будут возвращаться все вместе, и вообще в доме надо убраться! Покрутив пальцем у виска, мы с мужиком вышли в ранний рассвет, и побрели до платформы. Моя знакомая догнала нас через десять минут, сообщила что там, на даче, началась жуткая ссора, с попытками физической расправы всех со всеми. Нас это уже не касалось. О чудо, рядом с платформой работал маленький магазинчик, пиво-водка-закусь. Первое января, часов одиннадцать утра, а магазин работал, водка была весьма сомнительная, но зато был коньяк, дагестанский, три звезды, как сейчас помню, хозяин дачи не соврал. За бешеные, по местным понятиям, деньги мы купили две последние бутылки, еще что-то из еды, чем не побоялись отравиться. Самое удивительное что мы отлично доехали до дома, я не заболел, но очень скоро свернул отношения со знакомой, так и не узнав судьбу хозяина дачи.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
- Уезжаю я от вас насовсем. Прощайте. - А далеко ли собрался? - В Париж. - Париж? Не слыхал. А это далеко от деревни Большие Жабы? - Три тысячи верст, наверное, будет. - Фу, какая глухомань…
(анекдот про деревню Большие Жабы)
Вчера в веселой компании я познакомился со своим звездным братом Филиппом. У нас обоих день рождения 14-го мая, только Фил на год старше меня. Его родители коренные москвичи, а он сам родился очень далеко отсюда – в Вашингтоне, где с тех пор и проживает. Несмотря на то, что на русском он разговаривает только с родителями и раз в год в командировке, словарный запас у Фила больше моего… Я вот не помню, когда в последний раз в разговор вставлял слова типа - редколесье или литораль, а он такими сыплет через раз. Акцент конечно есть, но если не акцентировать, то и нету…
Подсознательно, я даже не воспринимал его американцем, а просто русским путешественником, который об Америке знает не понаслышке. Зашла у нас речь о школьном образовании. Стали спорить – где оно все-таки лучше. Решили тут же и проэкзаменовать друг друга, избегая сугубо профессиональных вопросов: его инженерии и моей телережиссуры. Сошлись на мировой истории. Я начал первым с простенького вопроса: - А скажи мне для начала, братка Фил, что ты знаешь об отечественной войне 1812-го года? Филипп: - Да, подловил ты меня… погоди, дай вспомнить. Ну, эта война началась в 1812-м году, в период Наполеоновских войн и называлась - Вторая война за независимость. - Ну, это понятно, что «в период», ты конкретику давай, и кстати, не вторая, а Первая Отечественная. Продолжай дальше, пока на троечку. - Не торопи, я вспоминаю по ходу экзамена. На первом этапе сказалась наша полная неподготовленность к войне. Мы долго отступали и вражеским войскам, удалось захватить и сжечь дотла нашу столицу - мой родной город. Хотя он тогда еще не был столицей. Или уже был? Не помнишь? - Молодец, все правильно, а столицей еще не был и не враги сожгли, а сами при отступлении. - Сами сожгли? Странно, ну может быть, подробностей не помню, помню, что 11-го сентября мы разбили вражеский флот и в войне наступил перелом. Потом… - Подожди Филипп, ну и каша у тебя в голове с вашим 11-м сентября и с шестым флотом ВМФ США. Ты перепрыгнул на двести лет вперед. Вернись обратно и скажи, хоть два слова про Кутузова. - Я не знаю, что такое «кутузова», но дату 11-е сентября, я хорошо помню - наши войска разбили вражеский флот и англичане отступили в Канаду… И в конце концов был подписан Гентский договор, разве нет? - Да…? А… какой, ты говоришь, твой родной город сожгли и кто? - Вашингтон, в 1814-м - англичане, кто же еще…?
…Потом мы два здоровых, почти русских мужика, как инопланетяне, сидели и до глубокой ночи, наперебой открывали друг другу историю войн, смут и катаклизмов своих половинок мира, о которых слышали впервые в жизни… (c) Грубас
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
- Нет, командир, я же с самого утра чувствовал, не наш сегодня день, - разочарованно бубнил огромного роста прапорщик отряда милиции особого назначения. - С утра саперы проспали. Затем машина сломалась. Теперь вот борт на Москву без нас улетел. Так и придется Новый год в Моздоке встречать! Всем героическим взводом!
Командир отряда, худощавый майор с седыми волосами, молча курил, по привычке пряча сигарету в ладонь и наблюдая за летящим в вышине самолетом.
— Чего грустим, родная милиция? — поинтересовался у бойцов подошедший со стороны КП авиации подполковник Николай Парасюк, так же опоздавший на улетевший борт.
— Да на самолет опоздали, а на поезд билетов нет. Думаем, где будем Новый год встречать, — поделился печалью командир отряда.
— Новый год — семейный праздник, надо как-то домой добираться, — здраво рассудил Парасюк. — Сколько вас человек? А снаряжения? Сейчас разберемся.
Достав сотовый телефон, Парасюк дозвонился до знакомого офицера, проживающего в Моздоке. Получив необходимую информацию и номера телефонов, офицер начал деловые переговоры. Вскоре после нескольких горячих разговоров с частными перевозчиками и не менее шумного торга с одним из них на аэродром приехал гражданский “пазик”, водитель которого за соответствующее денежное вознаграждение взялся доставить милиционеров в родную столицу до Нового года!
Заскочив за сменщиком, автобус рванул по шоссе. Закусив опостылевшим сухим пайком, уставшие бойцы расположились на отдых.
В кромешной тьме Ростовской области на большой скорости по пустынному шоссе летел автобус с затемненными стеклами. В салоне, привычно держа оружие в руках, дружно храпели более двух десятков крепких мужиков, спешащих домой после шестимесячной командировки в Чечню.
В это же время на обочине дороги в просторном джипе сидели четверо “крутых” молодых людей, занимавшихся рэкетом на большой дороге. Суть их криминальных операций была проста. До поста ГАИ далеко. В происходящее никто не вмешивается. Своя шкура ближе к телу. Останавливай транспорт и стриги “бабки” с проезжающих “лохов” и “челноков” за проезд. По “штуке” с носа, как правило, всегда платили. А как не отдашь? Ребята крепкие. У одного бейсбольная бита — оружие американского пролетариата. У второго газовый пистолет — копия револьвера. У третьего “макарыч”, стреляющий резиновыми пулями.
Увидев вдалеке свет фар подъезжающего автобуса, приготовились к активным действиям. Расстояние неумолимо сокращалось.
Водитель автобуса начал громко ругаться на осетинском языке.
— В чем дело? — поинтересовался командир отряда.
Водитель на большой скорости объехал махавших оружием отморозков.
— Да это местные бандиты, деньги с проезжающих вытрясают, — пояснил шофер. — На прошлой неделе меня тормознули, у всех, кто с Москвы с вещами ехал, по тысяче рублей отобрали. Оружием угрожали, сказали, в милицию пожалуетесь — убьем! Автобус сожжем! Беспредел, да?
Тем временем началась погоня. Джип быстро догнал непокорный автобус, из салона машины гулко хлопнул пистолетный выстрел в воздух. Милиционеры проснулись и с удивлением начали крутить головами. Надо же, вроде не в Чечне, а стрельба такая же. Майор скомандовал водителю:
— Давай тормози и гаси свет. Сейчас мы с ними по-свойски поговорим.
Автобус замедлил бег, моргнул правым “поворотником” и, съехав на обочину, остановился. Джип заскочил вперед, перегородив дорогу к спасительной трассе. Из автомобиля вышли трое парней и неторопливой походкой двинулись к покорно открывшейся двери.
Главарь начал сразу.
— Значит, так! Ты, водила, за то, что сразу не остановился, платишь нам три “штуки” на бензин. Остальные, — обратился он к темному салону, — быстро достали по тысяче мне на новогодние подарки. Кому что не ясно, выходите по одному, я все вам тут же поясню, — продолжил бандюган, поигрывая “макарычем”.
Парасюк из темноты поинтересовался:
— Простите, а тысячу чего? Рублей, долларов или фунтов стерлингов, а то у меня все сбережения в монгольских тугриках! Вы не знаете курса иностранных валют на сегодняшнее число? А то как бы не переплатить.
— Глянь, — удивился отморозок, вооруженный бейсбольной битой, — да тут разговорчивые есть. Ты нам сейчас все свои “бабки” отдашь и еще песни будешь до утра петь привязанный к дереву. Как там? “В лесу родилась елочка, в лесу она росла”, — неожиданно приятным тенором пропел нахальный подонок.
Главарь поинтересовался у молчащего салона:
— Вопросы есть? Если нет, то, водила, давай включай свет, я буду “бабло” собирать, да дверь прикрой, мне в спину дует.
— Как скажешь, начальник, — покорно произнес водитель, закрывая дверь и включая свет.
Поморгав глазами от яркого света ламп, бандиты начали моргать уже от удивления. Такого количества вооруженных бородатых милиционеров они не видели никогда. Огромный прапорщик, сидевший спереди, ткнул стволом автомата в живот бандюгана с битой, и тот, громко выпустив воздух, с тихим стоном улегся на грязном полу.
— Прошу передать мне оружие, — скомандовал майор испуганным бандитам. — Побыстрее, а то у меня народ горячий, перестреляют всех быстро, стекла в автобусе изрешетят, а нам еще ехать далеко, дуть будет.
Отморозки сдали оружие и задрали руки вверх. Через минуту вся троица была связана, а затем рассажена на грязном полу в проходе между креслами. Автобус двинулся дальше.
— Так что вы хотели? — вновь поинтересовался командир отряда у главаря арестованной банды.
— Да, товарищ начальник, мы хотели над вами подшутить, — попытался разрядить обстановку связанный хулиган. — Глядим, едут геройские парни, думаем, давай развеселим пацанов, остановим, подарков новогодних купим.
— Это правильно, — согласился огромный прапорщик, давайте на рынок заедем, а этот “дед мороз” нам нормальной еды купит. Надоел сухпай!
Сказано — сделано. Остановившись утром в городке, милиционеры развязали разбойников и повели их на центральный рынок. Там молодые люди закупили милиционерам шашлыков, напитков, зелени и лавашей. Автобус тронулся дальше.
— Слушай, командир, — взмолился главарь банды, — отпустите вы нас ради бога, мы вам все деньги отдадим, а грабежами больше заниматься не будем, вот тебе истинный крест!
Командир отряда, закончив доедать аппетитный шашлык, вытер руки о бумажное полотенце и поинтересовался.
— А сколько у вас денег? Очень много? Это хорошо! А то у нас вся экипировка в Чечне попортилась. Шеф, тормозни у магазина, торгующего военным снаряжением. Кредитной карточки главаря впритык хватило на оплату покупок взвода. Довольные бойцы забили новой амуницией и снаряжением заднюю часть автобуса. “Пазик” покатил дальше.
— Ну что, командир, теперь нас отпустите? — поинтересовался у майора бывший владелец бейсбольной биты.
— Как “отпустите”? — возмутился Парасюк. — А кто хотел меня заставить “В лесу родилась елочка” петь? Ты давай, не канючь, а песню затягивай. Лично мне “Ой, то не вечер, то не вечер...” нравится.
Прокашлявшийся бандит хорошо поставленным голосом затянул заказанную песню. Концерт по заявкам омоновцев шел пять часов. В Московскую область ребята въехали под известный шлягер группы “Любэ” “Прорвемся, опера”.
— Где это ты так петь выучился? — поинтересовался Парасюк.
— В юности в церковном хоре пел. Наш батюшка мне предлагал поступать в духовную семинарию. А я вот в грабители попал.
— Знаешь, — задумался Парасюк, — покаяться никогда не поздно. Мы сейчас монастырь проезжать будем. Я у командира поинтересуюсь, может, сходим в храм, свечки за счастливое возвращение поставим.
Омоновцы идею с храмом поддержали. После службы милиционеры подвели бандитов к ящику для пожертвований.
— Значит, так, — обратился к грабителям командир отряда, — все наличные деньги отдать в пользу обители. Возражений нет? Я тоже так считаю. Молчание — знак согласия. Сейчас мы вас до ближайшей станции метро довезем, а там отпустим на все четыре стороны. Но если вы нам второй раз попадетесь, то пощады не будет.
Набив стеклянные коробки для пожертвований тысячными купюрами, бандиты молча сели в автобус, доехали до станции метро и, вежливо попрощавшись, вышли. Автобус с омоновцами поехал дальше.
— Ну, козлы вонючие, менты позорные, — громко заорал главарь банды вслед удаляющемуся “пазику”. — Только попадитесь мне теперь, я вас всех на кусочки порежу!!!
— Вы у меня, ментяры драные, на коленях будете “Мурку” петь! — вторил главарю осипшим голосом бывший хоровой тенор, забыв, что находятся они не на пустынной Ростовской трассе, а в Москве.
Все эти излияния прервал резкий автомобильный сигнал. Хулиганы, недоуменно обернувшись, увидели милицейский “луноход” (патрульный “уазик”) с гостеприимно раскрытыми дверцами.
— Прошу предъявить ваши документы! — потребовал старший наряда. — Откуда прибыли в столицу, где зарегистрированы?
— Понимаете, товарищ милиционер, мы сюда случайно попали, — начал уже привычно скулить главарь банды.
— Конечно, понимаю, — согласился милиционер, — я все слышал, что вы в адрес милиции кричали. Лично мне особенно про “Мурку” понравилось. Сейчас в отделение приедем — будете хором петь! А то Новый год скоро, а у нас с культурным досугом беда!
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
История случилась не без участия моего отца, чистая быль и правда. Было это в 80-х годах, при Брежневе. Отец тогда работал в оборонном НИИ, разрабатывали они там всякую электронику для военных. Коллектив в их лаборатории был дружный, причем все любили и ценили хорошие приколы, хотя все с высшими образованиями и рангом не ниже научного сотрудника. Приколы были типа приклеить к полу с вечера эпоксидкой кому-нибудь лабораторную обувь к полу, или закоротить провода в вилке паяльника, и т.д. И был там у них доктор наук, очень уважаемый человек, лет 50-и, назовем его Степаныч. И как-то у Степаныча дома сгорел телевизор, починить для него - пара пустяков, просто надо пяток транзисторов и конденсаторов. Весь комплект тянул рублей на 5, не больше. Но то ли в магазине чего-то не было, то ли просто лень Степанычу было переть в магазин, короче он решился на ХИЩЕНИЕ :-) Так как в лаборатории любых, даже самых дефицитных деталей было навалом и их расход никто не контролировал. И вот Степаныч отобрал все что надо, сложил в спичечный коробок и положил в карман пиджака, который висел в шкафу (в лаборатории все переодевались во время работы). Коллеги же, не долго думая, высыпали все детали нахер, а в коробок наложили - правильно, говна. И позвонили на проходную, типа такой-то будет выносить секретную микросхему. И вот, 17.30, конец работы, на проходной к Степанычу подходят очень компетентные люди и просят пройти в комнату охраны для досмотра, что последний раз с ним было лет 15 назад, уважаемый человек, с доски почета не слазит и пр. И Степаныч выдает такую фразу, прежде чем за ними закрылась дверь: - Тридцать лет вкалываю в институте, и вот первый раз кусок говна решил вынести, и на тебе. И дверь за ними закрылась. Минут через 10 выходит о...уевшая охрана и Степаныч, который сразу фишку просек и, наверно, первый и единственный раз так радовавшийся обнаруженному говну в своем кармане. Женя.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Эта (или такая же) история была у нас на Радиозаводе в 1974 году. Только на вопрос :-Что здесь? .. чувак ответил : -Да говнецо всякое! (Разборку слышал на парткоме).
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Из прожитого.... Когда работал в ЦНИИАГ до армии (впоследствии там делали "кое-что" для "Искандеров") двое поспорили: кто вынесет 2-х метровую алюминиевую трубу через проходную. Степень режимности института, вроде, вторая! Охрана - звери! Мужик заходит в подсобку около проходной, поднимает правую руку, в рукав продевают трубу, пропускают её в штанину и привязывают к щиколотке. В толпе выходящих ничего не заметно, но правая рука выше головы. Левой рукой он отдаёт пропуск, а правой машет и кричит: -Коля! До завтра! Каково?
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Спустя некоторое время (месяц, два) - спор! Пятиметровая труба! Ну какие тут варианты? Однако, голь на выдумки... Отмечают на ней метровые отметки и из-за угла начинают, как линейкой, отмерять на земле расстояния. Дошли до ворот, вахтёр, конечно, :-Что за дела? - Да нам тут поручили разметку сделать. Будет перепланировка! Сдали пропуска, домерили до соседнего здания, припрятали её. Вернулись через полчасика и, как ни в чём не бывало прошли назад.
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
У нас аналогично вывезли токарный станок на электрокаре на спор за ворота. Подъехали к воротам у пропускного, мол развернуться надо, а дорога не позволяет. Перед воротами снаружи площадка. Вот охрана и открыла ворота..Выехали за ворота.
Даурия, 36311 (ноябрь 1969-1971 ноябрь) Житомир, Украина
У нас аналогично вывезли токарный станок на электрокаре на спор за ворота. Подъехали к воротам у пропускного, мол развернуться надо, а дорога не позволяет. Перед воротами снаружи площадка. Вот охрана и открыла ворота..Выехали за ворота.
До сих пор ездят?
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Ликёроводочный завод, 80-е годы.... Проверяется всё и вся. Но всё равно нашли выход! Запаслись трубой, внутренний диаметр = калибру бутылки. Приварили ручки. Опять же сделали метровую разметку. И, типа, измерение местности с захватом прилегающей территории. Выйдут за территорию. Сбросят товар и назад. С трубой! Всё чин чинарём! За одну ходку до 10 бутылок...
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
А ещё история про дворника, вывозившего мусор на тачке с механического завода!
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Севастопольская гауптвахта. Вечер. В камере битком набито народа. Прошел ужин, окончилась приборка, и "губари" рассажены по камерам в ожидании вечерней проверки и отбоя. Камера освещена плохо. Лампочки и так тусклые, да еще арестованные всеми доступными способами стараются уменьшить яркость. В полумраке меньше заметен сигаретный дым. А курить арестованным строго-настрого запрещено. Попался - получи сутки ДП. То тут, то там сидящие наклоняются, судорожно вдыхая под шинелями одну-две драгоценные затяжки. А прятаться есть от кого. Камеры в Севастопольской гауптвахте очень оригинально устроены. В одной из стен сделано большое застекленное и зарешеченное окно, выходящее в коридор. За ним всегда маячит часовой. Свои два часа на посту охранник, кроме того, что непосредственно сторожит нас, еще и наблюдает за нашим поведением. Вроде как в телевизор. Вдруг шум какой или драка, или арестанты в наглую курить начнут. А мимо окна то начкар пробежит, то начгуб или старшина гауптвахты прогуляется. И каждый норовит в окно заглянуть, как там наши "каторжные"? И не приведи господь, если кто курит. Кара молнеиносна. Курящему - ДП, а часовому сутки ареста, И для полноты наказания часового в камеру отправляют немедленно. Через пару минут. В чем был. Традиция такая на гауптвахте. А в этот день и караул заступил вроде нормальный. Зря не придирались. Над "губарями" не изгалялись. Нормальные мужики. Вот только один часовой, как раз у нашего окна, негодяй попался. По нему было видно, что служит без году неделя, всего боится, от всего дрожит. Чуть дымком из окна повеяло, сразу в крик, прекратить, мне отвечать, меня посадят! Мы ему объясняем: дружище, сейчас вечер, никого нет, тебя мы подставлять не хотим, все на себя возьмем, отвернись и все. Сам же на нашем месте оказаться можешь! Он ни в какую! Не курить и все! Посмотрели мы на него и плюнули. Нас много, человек тридцать, сбились кучей в углу и по очереди начали под шинель нырять. Часовой ныл-ныл, а потом вызвал начальника караула и пальцем указал, мол, тот, тот и этот. Начкар посмотрел на него, как на умалишенного, но к сведению принял. Фамилии записал для доклада утром. А это значит - всем записанным плюс трое суток к основному сроку. Народ приуныл. Из названных двум на волю через пару суток выходить. Сидим, зубами скрипим. Обидно. Только один матрос, которому уже на следующий день выходить надо было, смотрел-смотрел и говорит: - Ладно, мужики, завтра я с этим отморозком за вас посчитаюсь. Мы и внимания не обратили. Мало ли что он говорит, его не поймали, ему завтра на свободу, треплет языком, ну и пускай трепет. Сам-то не попался. Утром нехороший часовой заступил снова. Подъем, приборка, завтрак. Перед разводом всех снова загнали по камерам. На гауптвахте суета, начгуб пришел, по коридорам бегает, порядок проверяет. Окно в камеру нараспашку открыли, проветрить. А вчерашний матрос около окна примостился и сидит. Ждет чего-то. И тут слышно, как по коридору приближаются шаги и раздается грозный рык начгуба. Все вжали головы в плечи, а матрос вдруг как рванет вплотную к окну и как зашепчет на весь коридор: - Часовой, часовой, братишка! Поди сюда, пожалуйста! А часовой растерялся, не понял что к чему, наклонился и в ответ: - Что кричишь? Чего надо? Матрос же, как фокусник, мгновенно извлекает откуда-то из рукава сигарету, сует в рот и таким же громогласным шепотом: - Братишка! Дай прикурить, пока никого нет! А сзади как рявкнет начгуб: - Это что за новости!!! Прикурить!!! Да я тебя щелкопёр в одиночке сгною!!! Начкара ко мне!!! Совсем ох...и!!! При живом начальнике гауптвахты часовые арестованным прикурить суют!!!! В камеру.... Трое, нет семь суток ареста... Я тебя, щенок!!! И еще много чего, в очень живописной интерпретации. Думаю, что и говорить не надо о судьбе бывшего часового. Истерика начальника гауптвахты была столь сильна, что шум от нее пробивался к нам сквозь все "тюремные" стены. Оправдания часового о провокации "губарей" никто и слушать не захотел. Пяти минут не прошло, как его уже без ремня и со слезами на глазах запихнули к нам. На семь суток. Камера встретила изменника флотского братства одобрительным гулом. Общим решением всей камеры труса на весь срок определили к уборке камеры. А наш "Александр Матросов" сразу стал всеобщим героем. Каждый сокамерник считал делом чести подойти и пожать руку человеку, положившему собственную "свободу" на алтарь общества. Когда восторг, вызванный ситуацией, поутих, я спросил "героя", ему на губе нравится, что ли? Моряк хитро усмехнулся и ответил: - Да у тебя что, крыша потекла? Кому на губе нравиться? Просто мне весной увольняться. А через два дня мой БПК уходит на боевую службу, в Атлантику. На какой срок, точно не знаю. Но то, что месяца на три - это точно! В лучшем случае в конце мая вернутся. Но ведь ты и сам знаешь, на флоте планы очень гибкие, можно и до конца лета океан бороздить. А домой хочется. Вот я и подумал, за такую наглость, начгуб меня ни за какие деньги не отпустит. Даже если сам мой командир просить начнет. Да и не будет командир из-за такой мелочевки, как я, с комендантской службой отношения портить. Меня просто задним числом на другой корабль спишут, и делу конец. А там меня никто не знает, я как мышка тихо-тихо до приказа досижу и уволюсь в запас, как белый человек, точно и в срок. Вот и все. А часовой, конечно, просто под руку попал. Военная хитрость! Понимать надо!
Автор - Павел Ефремов. Размещено с разрешения автора.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
ПАРИ В любой группе гомо сапиенсов - более-менее разумных людей - идет непрерывный обмен информацией. Проще говоря, люди, в силу обстоятельств собранные вместе, в свободное время треплются на всевозможные темы. Чаще всего в новом коллективе очень быстро выделяются лидеры в этом вопросе, большие любители потрепать языком, которые получают соответствующие прозвища - Вова Громкий или Колька-трепло. Любой мирный разговор с приходом подобного деятеля превращается в ожесточенный спор. Тема разговора не имеет никакого значения. Для него главное - выделится, показать свое «Я». Есть целые научные работы, показывающие, какими простыми способами можно выставить собеседника полным идиотом, но эти ребята, в основном, книжек не читают, а действуют просто по внутреннему убеждению «я-то знаю». Горе подчиненным, имеющим такого начальника! Не у каждого повернется язык ему возразить, а последствия могут быть самыми разными. Итак, славный город Богодухов. Школа прапорщиков. ШП. Время - Андроповское. Осенне-зимний набор. Коллективчик подобрался весьма разношерстный. Большая половина - срочники, прослужившие полтора года из двух, и решившие провалять дурака последние полгода в «школе», а не в казарме. Наивные ребята, не пришлось им подедовать. Их руками делалась вся грязная работа в казарме, плюс наряды по кухне... Меньшинство - «старички», призванные с гражданки. Средний возраст - 28-30 лет, были и по 34 года. Эти через неделю казарменного распорядка понаписывали рапорта - отпустите меня отсюда, я хотел в школу прапорщиков, а попал на курс молодого бойца. ФИЗО, строевая, химдым - все на полном серьезе и в больших количествах. Кто не прыгнул через коня, не уложился во время на кроссе - об увольнении не мечтай. А у человека двое детей и арбузный животик... Итак, среди старичков были бывшие рабочие, служащие, инженеры, даже один бывший начальник цеха и один бывший сержант ментовской службы. Вот он как раз и принадлежал к самым ярым крикунам-горлохватам. Представьте себе красномордую гориллу в «ПШ» - это он. Ни о каком уме там и речи быть не могло, но его попытки заставить себя уважать не давали покоя всей роте. Первым делом он собрал вокруг себя нескольких прихлебаев, заглядывавших ему в рот, и непрерывно поддакивающих. В личное время они слонялись по казарме, ища, к кому бы доколупаться. Обычно доставалось «детям гор» и «детям пустыни». В ход шли обидные прозвища, издевательское коверкание фамилий, просьбы поделиться впечатлениями о любви с ишаком и так далее. Зато как он вилял хвостом перед командиром взвода лейтенантом Б.! Звали его Витя К.. Ко всем моложе себя он обращался одинаково - «Эй, ты, приблуда!» и покровительственно хлопал по плечу. Именно так я и стал его называть - Приблуда... Имея к тому времени шесть лет армейской выслуги, я был самым опытным и подготовленным во всех вопросах курсантом в роте, и смотрел на все потуги Приблуды свысока, он же явно ждал подходящего момента, чтобы попытаться и меня хоть как-нибудь обгадить. Грубить в открытую - он не рисковал, справедливо опасаясь получить в глаз... Незаметно пролетел первый месяц нашей службы, прошли Новогодние праздники, хотя какие там праздники в казарме... Однажды вечером, сидя в ленкомнате, заговорили о пленке, которую нащелкали на праздники, и которая лежала до сих пор непроявленой. В те годы никаких Кодаков - Фуджи никто и не слышал, и «делание фотографий» считалось почетной мужской обязанностью. Огромные тяжелые семейные альбомы тому подтверждение. Но никаких фотопринадлежностей в казарме не было. - Вот если б кто из местных пошел в увольнение, да наделал на всех фоток, чтоб было что послать домой. - Ага, нечего больше в увольнении делать, как фотки тебе печатать... - Канеешно, вы ж мееестные, куда уж нам, приезжим - Приблуда уже был здесь. Оказалось, что все химикаты и фотобумагу уже кому-то прислали из дому, но пользы все равно с этого никакой. - Было бы желание, а фотки напечатать можно всегда - прокомментировал я ситуацию. Приблуда среагировал мгновенно: - Так че ж ты не напечатаешь, если такой мастер? Слабо? Или не хочешь для товарищей постараться? Тебе, наверно, наплевать на товарищей, ты ж мееестный... - Ладно, давай фотобачок, увеличитель, ванночки, красный фонарь, ведро воды - и будут тебе фотки. - Э-э, ты не хозяин своему слову... Все слышали, как он сказал - могу напечатать! Так что ты, не можешь, а хвалишься? Некрасиво, хоть ты и дед тут у нас. А спорим, что ты не напечатаешь? На ящик водки по выпуску? Пару секунд я колебался, но уж слишком велик был соблазн заткнуть пасть этому хамлу на четыре месяца вперед... - Спорим! Да, я напечатаю фотки сегодня ночью. Утром ты их увидишь. А по выпуску ты поставишь ящик водки, и все мы будем его пить, а ты - будешь смотреть и облизываться! - Ха-ха! Ты сначала сделай, а потом посмотрим... Эх, и попью я водочки... Ударили по рукам. Прихлебаи восторженно смотрели на Приблуду - он почти выиграл. Завтра все в этом убедятся...
«Рота, подъем!!! На утреннюю физическую зарядку становись!» Синхронно откинулись десятки одеял, завизжали кроватные сетки, затопали тяжелые яловые сапоги. Все было как обычно, только к утреннему шуму прибавился тихий шелест фотобумаги. Это были фотки. Полусухие, скрученные в трубочку. Они были везде - на тумбочках, на кроватях, на подоконниках. На столах в ленкомнате, в сушилке и на тумбочке дневального. Вполне нормальные по резкости и контрастности. В казарме кто-то засмеялся. Смех звучал все громче и громче. Смеялись все, кроме Приблуды и его прихлебаев. Ящик водки! Ящик водки! К. проспорил! - слышалось со всех сторон. На Приблуду было жалко смотреть... Дети гор и пустынь вголос смеялись над ним... А все равно он ничего по выпуску не поставил... Сбежал... Не тот человек. А потом по вот таким судят огульно обо всех прапорщиках...
2 Подробности той ночи привожу для любопытных. 23-00 Все улеглись. Захожу в ленкомнату. Нужны ванночки. Ага, цветочки в горшочках. Аккуратно вынимаю цветочки вместе с землей, горшочки мою в умывальнике. Дырки залепливаю пластилином. Проверка на герметичность. Работает. Развожу в одном горшке проявитель - в другом - закрепитель. Плюс ведро для мытья пола в качестве окончательной промывки. Под лестницей есть крохотная комнатушка для инвентаря, но там есть стол, розетка и лампочка. Закрываюсь там. Предупреждаю дневального, чтобы через шесть минут подал сигнал. В полной темноте сматываю пленку с катушки. Погружаю ее в горшочек с проявителем и начинаю перематывать с рулочика в рулончик и обратно. Получаю сигнал от дневального. Таким же способом промываю, потом погружаю в закрепитель. Несколько раз перемотав, включаю свет - пленка его уже не боится. Она белая, непрозрачная, но на ней четко видны кадры. Половина дела сделана! Бросаю пленку в закрепитель, начинаю готовиться к печати. Где-то кладовке я видел старый фильмоскоп... А что, вполне можно попробовать. Нахожу. Включаю - работает. Пока заколачиваю проявитель для бумаги, пленка с грузиком на конце уже сохнет возле самой большой батареи в сушилке. Так. Красный фонарь. Тащу из ленкомнаты красную скатерть, натягиваю ее на старый посылочный ящик без одной стенки. Снимаю с потолка лапочку с патроном, засовываю в ящик. Очень приличный красный фонарь... Пытаюсь повесить фильмоскоп на стену, чтобы ложить фотобумагу на стол. Ничего не получается. Ставлю его на стол - прекрасно показывает диафильм на стене... Стоп! Два шарика пластилина - и кусок фотобумаги прочно висит на стене. Делаю выдержку две секунды - фотобумага мгновенно темнеет в проявителе. Выдержка в полсекунды - то же самое... Слишком большой световой поток... Нужна диафрагма. Как ее сделать? Разбираю объектив. Вырезаю кружок из бумаги. Складываю вчетверо. Зубами выгрызаю дырочку в центре. Вставляю между линзами объектива. Световой поток сильно упал. Резкость стала лучше. Пробую. Много. Переделываю еще раз, делая дырочку еще меньше. Получилось. Выдержка - пять секунд. Время проявки - минута. Отлично. Поехали... Леплю на пластилин бумагу. Щелк-щелк, в горшок, промывка, закрепитель, окончательная промывка - половое ведро... Первая пачка... Вторая... Может, хватит? Не-ет, на всех, так на всех... Раскидываю сушиться где попало... Леплю прямо на окна... Четыре часа утра... Дело сделано... Порядок наведен. Цветы в горшках... Глаза слипаются... Спаать...
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
У нас аналогично вывезли токарный станок на электрокаре на спор за ворота. Подъехали к воротам у пропускного, мол развернуться надо, а дорога не позволяет. Перед воротами снаружи площадка. Вот охрана и открыла ворота..Выехали за ворота.
До сих пор ездят?
Целые заводы и фабрики уводят...
Даурия, 36311 (ноябрь 1969-1971 ноябрь) Житомир, Украина
У нас аналогично вывезли токарный станок на электрокаре на спор за ворота. Подъехали к воротам у пропускного, мол развернуться надо, а дорога не позволяет. Перед воротами снаружи площадка. Вот охрана и открыла ворота..Выехали за ворота.
До сих пор ездят?
Целые заводы и фабрики уводят...
У нас, кажись, всё увели! Или я ошибаюсь?
В Голубой дивизии с первого гвоздя. Май 1972 - октябрь 1973гг. в/ч 46198. Китайцам с севера грозя, стоит красавица Борзя.
Этой историей со мной поделился старинный друг – бывший КГБэшник Юрий Тарасович. Поделился и задумался, уж больно много в ней разных секретных подробностей. Далее от него последовали инструкции – что можно болтать, а о чем лучше умолчать. И вот ведь парадокс - инструкций оказалось больше самой истории… Но я обещал, а поэтому перескажу ее в обезжиренном варианте, надеюсь, она от этого не очень пострадает…
Один толковый молодой человек, по окончании определенного ВУЗа, прямиком направился устраиваться в скромное госучреждение. У него и направление и характеристика и диплом с отличием, но как дошло до анкеты – нашла коса на камень… Беда в том, что в эту контору берут только людей с белейшей репутацией, белее снега на крыше избушки Деда Мороза. И если когда-то ваш дальний предок – кроманьонец одолжил тлеющую головешку у знакомого питекантропа родом с реки Эльбы, то отдел кадров это наверняка выяснит и на всякий случай завернет вашу кандидатуру… И не удивительно, ведь человек попавший в эту шарашку сквозь сито с нано дырками, получит такой уровень доступа к секретам, при котором он наверняка узнает – кто же все таки убил Кеннеди, не говоря уже про возможность читать протоколы допросов инопланетян… Но вернемся к нашему славному парню. Совсем беда у него с анкетой. Ни троюродный дядя, ни прадедушка и даже ни сводная сестра, а родная мать имела самую настоящую судимость. Да и статья, ну совсем не хорошая - кража государственного имущества в особо крупных размерах. Хоть стой, хоть падай… Конечно любому другому сразу же указали бы на дверь, не стали бы и разговаривать, но тут был случай особый. Кадровик (назовем его так) и хотел бы помочь парню, но сам не рискнул и побежал к вышестоящему начальству. Начальник послушал, проникся ситуацией, тоже решил помочь и побежал еще выше. Так они по очереди как матрешки бегали друг за другом, аж пока дело не дошло до старого свирепого генерала и по совместительству самой крупной матрешки этой конторы. Он был настолько крут, что не только знал - кто убил Кеннеди, но даже наверняка из стреляной гильзы с этого дела, смастерил свистульку и подарил своему внуку… Ну, очень крутой дядька. Генерал выслушал доклад, поспрашивал про паренька, выяснил, что он даже школу окончил с золотой медалью и при том в 16 лет. Здоровье тоже в норме. Наскоро пролистал старое уголовное дело матери парня и сказал: - Этого хлопчика стоит принять, уже только за его маму. Если он в нее, то далеко пойдет. И мы должны ей спасибо сказать за ценного и перспективного сотрудника. Оформляйте. Генерал попрощался и ушел. Может допрашивать пленного инопланетного пришельца, а может просто в буфет, заглушить язву манной кашей.
Это был первый и единственный случай, когда бы в такую контору приняли человека с такой подпорченной анкетой.
А мамино дело было вот в чем. В 1990-м году у ее долгожданного и единственного, шестимесячного ребеночка обнаружилась сердечная патология, при которой жить младенцу оставались считанные дни. Медицина была бессильна. Врачи развели руками и ошарашенной матери посоветовали мужаться и попытаться родить еще… На прощание доктор посочувствовал, что мы, к сожалению, живем не в Европе, да и денег таких у нас, у советских людей, нет и не будет… Мама вцепилась в слова профессора и узнала, что в Германии можно сделать операцию, но она стоит, как Гитлеру война и оперировать нужно уже сегодня. В крайнем случае, в течение трех суток…
Мама - прекрасный работник, кассир с десятилетним стажем, ударник коммунистического труда, постоянно висевший на доске почета, в тот же день пришла к себе в сберкассу, выгребла из сейфа нужную сумму и на следующий же день отправила мужа с ребенком в Германию. Ее тут же арестовали, но на допросах она заговорила, только после того, как узнала, что операция уже состоялась и закончилась успешно. Маме повезло, долго она не сидела. История получила огласку и несколько крупных фирм скинулись и покрыли всю похищенную сумму. Все обошлось условным сроком и маленьким пятнышком в анкете ее единственного сыночка…
(c) Грубас
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Рассказывают, что жил на свете Хуан Перон. Работал он президентом Аргентины, хотя некоторые недоброжелатели иногда называли его "диктатором". Работа была утомительная и опасная: враги постоянно готовили покушения, во всяком случае, Перон так считал. Особенно он боялся быть отравленным (это старая традиция местных аристократов).
Никому из своих подчинённых Перон не доверял. Кроме одного. Это был его старый денщик, прошедший с ним огонь, воду и медные трубы. Преданный как собака, но с кривыми руками (нет в мире совершенства). Только этому старому солдату Перон доверял готовить себе пищу. Но умения преданного слуги не простирались далее, чем "мясо жареное" и "каша пшённая".
Время от времени Хуан Домингович, устав давиться солдатскими харчами, восклицал: «Чёрт возьми, Президент я или не Президент! Могу я в этой стране нормально пожрать?» И велел готовить машину. Некоторое время он колесил по Буэнос-Айресу и пригородам, а затем, согласно генератору случайных чисел, выбирал заведение общественного питания, стараясь в своём выборе не повторяться. Где он сегодня появится, чтобы поужинать, не знал никто до последнего момента. Для ресторана, кафе или простой забегаловки появление президента страны всегда было неожиданностью.
Несколько раз генерал Перон таки отравился. Но не вследствие покушений, а из-за дурного качества продуктов и неумелости поваров. Если еда или обслуживание оказывались некачественными, весь персонал заведения ждали неприятности; Перона кое-кто именовал "кровавым диктатором", и к этому, возможно, имелись основания... Подробностей репрессий против работников общепита история не сохранила, но в годы правления генерала качество блюд в Буэнос-Айресе и окрестностях поднялось на высочайшую вершину. Потому что ни одно заведение, даже самое мелкое не было застраховано от внезапного визита Самого – голодного, строгого и справедливого. Не знаю, как насчёт политических свершений, но за кулинарные все жители были ему признательны.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Есть у меня приятель Герка. В прошлой жизни, когда я сдуру и с голодухи подрядилась поднять "с нуля" турагентство для некоего Алекса, и только спустя три месяца поняла, что он-обычный бандюган, даже не из особо крупных, но довольно серьёзный для того, чтоб приставить ко мне двух "шестёрок-торпед". Откуда мне было взять знания о московских бандюках, когда я их не видела никогда(на считая, конечно, двух убийц и одного настоящего палача - из позапрошлой жизни. Но это ж не бандиты таки). Ха. Эти два урода повезли меня на туристическую выставку в Анапу на..угнанном "Мерине" Ну, угнал его кто-то другой, конечно, а Алекс забрал потом за долги машинку у угонщика. Да и пристроил к делу. Только если бы нас не остановили на границе Краснодарского края менты и, пробив по базе машинку, не развернули бы, никуда не сообщая, - за небольшые баксы, то хапнули бы меня в тёплой компании двух бритых тупых "пацанов" на территории чужой суровые стражи закона... И кто бы нас вынимал, только Единый знает. Когда мы завершили позорно командировку буквально через сутки после отъезда из Нерезиновой, "босс", задумчиво поковырял в пасти зубочисткой и выдал:"Нуу, я думал, проскочите. В Москве на ней всё равно стрёмно ездить же!" Железная логика, блин. Так вот, в эти три месяца мы и познакомились с Геркой. Он снимал комнату под офис рядом с нами и занимался системами безопасности. Всякими. У него я впервые увидела видеокамеру в пуговице, видеокмеру в оправе очков, диктофон в ручке и диктофон в пепельнице - много всего увидела. Тогда его бизнес только вставал на тонкие ножки, но Герка верил в светлое будущее: "Страх и любопытство всегда будут жить в людях" - так он говорил. В общем, не ошибся. Сейчас у него довольно крепкая контора, пережившая парочку кризисов и не только не подохшая, но и расширившаяся. Ещё тогда Герка женился. Любовь у них с женой Машей была просто необыкновенная, я прямо любовалась - чисто голубки. Герка звонил мне все эти годы примерно раз в три месяца, мы встречались в кафешках, он помогал некоторым моим знакомым, продавая свой эксклюзивный товар по замечательным ценам и все оставались довольны. За это время Герка вытащил с того света тёщу, оплатив её лечение в Израиле, а потом купил ей симпатичную квартирку на Соколе - с участком, как тёща хотела, выучил в хорошем институте Машиного брата и выкупил его военный билет, а Маша родила Герке чудного сынишку. В общем, я бывала у них дома, когда хотела отдохнуть душой. В моём списке Герка и Маша занимали первое место среди пар, проживших более 7 лет вместе и продолжавших любить друг друга, как ДО. Ну, то есть, всё у них было настоящее - и взгляды, и интонации, и поступки. И во всём была любовь. Герка был предан, как сенбернар и считал, что ему невероятно повезло с женой. Недавно Герка позвонил мне ночью. Пьяный в говно, в дымину, в хлам... Он получил партию каких-то супер-камер полного обзора, замаскированных под необычные вазы, что ли(я не очень разобрала в пьяном и страшном Геркином шипении и хрипе). Одну попросил его давний клиент и Герка принес штуку с работы домой, собираясь прямо в ближайший понедельник отдать её заказчику. Настроил ее, проверил, посмотрел запись, порадовался полному обзору и качеству, оставил на тумбе в спальне супружеской (Почему там? - спросила я. Он не смог ответить. Сказал, что просто поставил её там почему-то), и уехал кататься на квадроцикле на дачу к приятелю, Жена Маша гостила с сыном у мамы своей и разделить с Геркой радость покатушек отказалась. Потому как были у Маши свои покатушки. И поскакушки тоже. Вернувшись через два дня в Москву, Герка стал упаковывать дорогую штуку в её роскошную коробку, но вдруг вспомнил, что не стёр пробные записи, а клиенту классный интерьер Геркиной хаты как-то не очень интересен... И так бы и убил бедный Герка запись, если б не увидел индикатор. Индикатор сказал, что восемь часов отработал честно. Что за нах? - подумал Герка и подключил камеру к телевизору. - У меня огромная панель в комнате, ты помнишь, да? На этом чуде техники я и посмотрел с удовольствием жесткую разудалую $блю любимой жены моей с моим же дружбаном лепшим, которого я взял на работу и которому помог с кредитом на хату и машину, сссука... В подробностях анатомических, на нашей кровати... Они уже год почти так кувыркаются, ты слышишь? При малейшей возможности. Я - в командировку, а друган тут как тут, не даёт любимой моей скучать, утешает-старается, стахановец-ударник. А она мне про "люблюнемогу"...А я верил, лось рогатый... Я ох#ела, если честно. Машка никогда не казалась мне дурой. И сукой никогда не выглядела...Почему? Чего не хватало ей? Любовь мужа, его безусловная верность, полнейшая обеспеченность (у неё был салончик товаров для животных - просто так, чтоб не скучать, денег хватало на всё), умница и добряк Герка, прекрасная свекровь и весь мир у ног... Предвосхищая мысли о несостоятельности Герки как любовника, скажу, что знакома с его предыдущей женщиной. Та как раз больше всего убивалась по отличному сексу с Геркой - так что, тут всё в порядке было. Привести любовника в свой дом, зная, "кто у нас муж"(это ж как нужно быть уверенной в ненаказуемости своей? Идиотка, что ли?), трахаться с ним на супружеском "ложе любви" (не люблю эту формулировку, но у них и вправду было ложе любви), вместо того, чтоб уехать на Аляску и там забиться в самый дальний отель, если уж сошла с ума и хочешь настолько, что жизнь свою готова спустить в унитаз! Я не понимаю... Герка позвонил Маше и сказал, что даёт ей ночь на сборы, что сейчас уедет, а когда вернётся, чтоб духу её не было в доме. Что взять она может всё, что унесёт. И что это развод. И что разговора не будет. Никакого. Звонил он мне из гостиницы. Бедный верный Герка, пьяный и несчатный. Мужчина 35 лет, у которого случилась Беда. - Знаешь, что меня потрясло больше всего почему-то? Не брехня вся эта, не предательство даже - это потом, потом. А то, что она не меняла постельное бельё после упражнений с любезным дружком. Почему, бл@дь, она не меняла бельё, а? У нас же его целый шкаф..почему?
У меня нет ответа ни на один вопрос. И я даже не знаю, хорошо ли, что Герка разбудил спящую собаку, или плохо... Точно знаю лишь одно: разговора и вправду не будет. Я тоже не стала бы говорить. И слушать не стала бы. Нет.
[ Редактирование 27.01.12 : 17:26 ] Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Девяностые года, подрабатываю тем, что ремонтирую телевизоры на дому у клиентов по газетным объявлениям. Прихожу, у мужика проблема с развёрткой на цветном ламповом телевизоре (может кто помнит, там на выходном каскаде ставились П210 или 217 транзисторы). Так вот транзистор пробит, но не полностью и через 2 минуты, в результате его нагрева развёртка исчезает полностью - на экране только горизонтальная полоса. Нет проблем, лезу в дипломат, а детали нет. Кончились. Мужик на колени: ... мастер, через 10 минут матч по футболу, ну как-нибудь родненький помоги... И тут эврика. Ухожу домой обещая придти на следующий день, мужик болеет за команду, а на телевизоре в мыльнице наполненной водой выводами кверху на 40 сантиметровых проводах лежит транзюк. Прошло три года. На улице меня за рукав дёргает дядька и радостно орет: Привет!!! А ничего что он в накипи стал? Может его почистить??? .... Смотрю на него не узнавая и тут вспомнил. А дядька продолжает: я так уже привык, водички из кувшинчика подольёшь и норма - уже как-то привык.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Про измену Вот все уже наверное читали историю про супружескую измену и постельное бельё, будь оно неладно. Как он там в конце сидит пьяный, горько плачет, и всё причитает - ну почему же она сука бельё-то не меняла? Так прямо душераздирающе, чесслово.
И вот мне тоже вспомнился случай из жизни про супружескую измену. Я этот случай уже где-то как-то помойму рассказывал. Ну и не помешает лишний раз. Тем более что тема такая..., щепетильная. Все ведь любят про измену, правильно? Это же как в замочную скважину подстматривать, да?
Ну вот. Был у меня напарник, по молодости. Тихий такой парень. Даже я бы сказал запылённый слегка. Ну, знаете, есть такие, после удара пыльным мешком никак оправиться не могут. Вот и этот. Из породы неженатых домоседов. Не бухарик причем, нет. Вообще не пил практически. То есть с бригадой посидит конечно, стопку-другую, туда-сюда, внатяг, но считай не пил. Всё то головой, то печенью, то жопой отговорится, и сидит только продовольственые запасы подтачивает, крыса.
И вот как-то раз, после этих больших майских праздников, выхожу на работу, а его нет. День нет, два. На третий бригадир говорит - давай съезди к нему, узнай, мало ли. Вдруг человек в больнице, или ещё как, а мы не знаем. Говорю - ладно, если завтра не выйдет, вечером съезжу.
На следующий день, слава богу, появился. Вида причем крайней степени утомленности. Что, повторю, для него весьма нехарактерно. Спрашиваю конечно, типа Ворошилов - что/где/когда? Ну, рассказывает такую невероятную историю.
Все праздники просидел дома, как обычно, а девятого вечером, в последний день, понес его черт на дискотеку. Ну, познакомился там с одной. Туда-сюда, она говорит - поехали ко мне. Ну поехали. Приехали, покувыркались, посидели/выпили, опять покувыркались. Она честно призналась - замужем. Но уже после кувырков призналась. Он говорит - сказала б она сразу, я б не поехал конечно. Ну, с мужем разругались перед праздниками, и он уехал к родителям. То ли в Вятку, то ли на Колыму. Далеко короче. Так что бояться нечего. Ну а так чего? Остался у неё на ночь. Пьяные потому что оба, куда? А на следующий день ему на работу вечер всё равно.
Ладно. Утром сидят на кухне, башка с бодуна с непривычки раскалывается, состояние критическое. И тут внезапно открывается входная дверь, и входит муж. Он оказывается никуда не уехал, просто завис у друзей. Матрёна эта как мужа увидала, в комнаты метнулась, и в крик. Муж в этого так пальцем ткнул - "Сиди, никуда не уходи! Я щас!", и за женой. И из комнаты начинают доноситься звуки натурального побоища. Пиздит он её судя по всему со страшной силой. "Мама! Помогите! Убивают!", все дела. А этот на кухне сидит, думает - чо делать? В окошко выпрыгнуть - пятый этаж. В дверь? Дверь из комнаты как на ладошке, и на ключ закрыта. И сидит ждёт, куда деваться.
Ну, долго ли, коротко, звук глухих ударов по телу из комнаты стихает, и входит муж. Потирая ушибленные костяшки кулаков. "Ну чо, любовничек?" Тот сидит, хули. Ко всему готовый, так сказать, принять справедливое возмездие. Ну а чего тут скажешь? Он - муж. Во-вторых. А во-первых - здоровей раза в полтора-два. Так что принимай судьбу как есть. И муж этот спрашивает - "Что, ёбарь-перехватчик, головка бо-бо?" Тот кивает. Болит мол, пиздец, действительно. Муж - "Ну ща я тебя вылечу!" Закатывает рукава верхней одежды, подходит к шкафчику, суёт куда-то вглубь руку, и достаёт бутылку водки. "Заначка! Энзэ!" Наливает, выпили. Покурили, посидели, опять наливает. Снова выпили. Так и сидели.
Я конечно в эту историю не больно поверил. Спрашиваю - ну ладно, день. Но тебя ведь три не было! А он - Блять!, так три дня и бухали с ним!!! Я ведь не мог уйти, если меня просят! Я ведь виноватый!
Андрей вернулся из недельной командировки аж из заполярного круга. Он в четырех рейтузах снимал там малые народы на большом морозе. И как всегда бывает по закону подлости, все плохое случается в твое отсутствие. Молодая, красивая Андрюхина жена, попала в аварию и не просто в аварию, а в очень жестокую аварию. Нет, все конечно живы и почти здоровы, а жестокая она от того, что вторыми участниками столкновения были аж два полицейский майора, шпаривших на личной Ауди. Ехали они себе по встречке, ехали, никого не трогали, а тут из-за поворота Камаз. Камазист не рискнул тормозить, чтобы своим длинным хвостом не снести все шахматные фигурки с этой обледенелой доски и майоры подсуетились сами. Ударили по тормозам, их завертело, откинуло на свою полосу, а тут и жена Андрея подоспела порадовать ребят жестоким, боковым краштестом. В результате - одному майору сломали ребра и руку, а второго просто разозлили. И, разумеется, оба автомобиля навсегда потеряли социальный статус транспортных средств. Через пять минут примчались три полицейских экипажа со «свидетелями», провели летучку и первым делом …выпихнули с дороги покореженные машины, чтобы не мешать проезду. После чего составили схему, остановили движение, вернули обе машины обратно, только уже на совсем другие места и тщательно сфотографировали… Строгий капитан в группе разбора кричал и топал ногами. В ход шли аргументы типа – обезьяна с гранатой, понакупившая права, которая спит и видит, как бы нарушить правила дорожного движения, выехать на встречную полосу и попытаться убить двоих боевых офицеров полиции, которые однако поступают благородно и хотят то всего ничего – новую машину и 400 000 рублей на лечение…
Женщина пребывала в полном шоке – мало того, что по вине этих лживых ублюдков, она лишилась своего ситроенчика, который стоит теперь во дворе мертвым грузом накрытый картонками, да еще и… А впереди суд, лишение прав и долги на полжизни…
В этот момент и вернулся Андрей одетый в четыре пары кальсон. Обнял жену, выслушал, успокоил как мог и не переодеваясь, потащил ее к злобному капитану в группу разбора. Отстояли короткую, но медленную очередь и вошли в кабинет. Капитан узнал женщину и строго сказал Андрею: - Муж Вы или не муж – это Ваши семейные трудности, она большая девочка, так что сама за себя ответит. А поскольку Вас на месте происшествия не было, то не смею задерживать. Подождите ее в коридоре, если Вашей супруге вообще есть что мне сказать. Мы вроде бы все уже выяснили и оформили… Андрей загадочно улыбнулся и вежливо ответил: - Товарищ капитан, а я все-таки хотел бы сказать Вам пару слов наедине, обещаю - Вам очень понравится. Озадаченная жена Андрея вышла в коридор и тот понизив голос до шепота, продолжил: - Дело в том, товарищ капитан, что я недавно женился, видите какая она у меня молодая и красивая… - Покороче, ближе к делу. - Да короче некуда, я оператор на телевидении и у меня частые командировки, Вот, я и… как говорится – доверяй, но проверяй, незаметно поставил к ней в машину ма-а-а-ленький видеорегистраторчик. Мне конечно очень стыдно, но зато я точно знаю, где была моя жена и в котором часу…
С этими словами Андрей вытащил бумажник и достал из него кусочек пластмасски. - Вот это карта памяти всего то на два гига, но Вы представляете, на нее влезло и то,как Ваши бравые коллеги сначала прошарили мимо по встречке и как через минуту, уходя от Камаза, закрутились и подставили бочину под машинку моей бедной жены. А дальше совсем уж интересно – пошли такие противозаконные угрозы и действия, просто сериал про будни оборотней. Ну и так далее. Удивительно, правда? Такая маленькая штучка, а сколько всего в ней сидит. До чего техника дошла… Я, почему Вам все это говорю, просто, как и Вы не хочу доводить эту историю до суда. Дело – то я выиграю в течение минуты, но жена может не простить мою слежку за ней. Она у меня с гонором. Да и Вас на суде за халатность, а то и чего похуже... Про майоров я вообще молчу, там на лицо все признаки преступления. Оно нам надо?
Капитан беспомощно поморгал, не помогло. Он включил свой самый вкрадчивый голосок и сказал: - Да Вы что…? Ну-ка, давайте свою карточку, сейчас посмотрим на ноутбуке, как все там было. - Э нет, Вы извините, но я что-то не доверяю вашим милицейским ноутбукам, могут ведь проглотить и не вернуть… Но если дело дойдет до суда, конечно же предоставлю. Всего Вам хорошего. Жену позвать? - Да, позовите, пожалуйста. - Только ей не слова. Я на вас надеюсь...
Через двадцать минут счастливые супруги, держась за руки, вышли из милиции.
Жена, прижимаясь к Андрею, думала – Как мне все таки повезло с мужем. Приехал, сходу разобрался, поставил ментов на место, что аж капитан извинился, порвал все протоколы и выписал справку для страховой компании, где сказано, что виновниками аварии признаны майоры. Теперь не судов, и не долгов. А я целыми днями ходила, билась о стену, кричала, доказывала. Интересно, как это у Андрюши получилось…?
У большинства слово КГБ вызывает неприятные ассоциации. Но вот мой единственный контакт с конторой выглядел так. Если помните, в СССР страшно боялись семейственности на работе, а в ВУЗах особенно. Так вот, поступаю я на работу университет. Там все про всех знали раньше, т. к. часто работали вместе всю жизнь - прямо с окончания и до пенсии. Но кадровик черными чернилами на полях моей анкеты написал, что "теща имярек работает преподавателем (на другом факультете)". И все - надо было еще пару подписей собрать, но после прочтения этой надписи ни у кого из проректоров рука не поднималась. Все люди "интеллигентные", прямо никто не отказывает. А время идет, скоро непрерывный стаж прервется (такая была тогда страшилка, со многими неприятными последствиями, если больше месяца не работаешь - вот были времена!). Сам ректор был в отпуске после приемных экзаменов. Кадровик же, видя к чему все идет, потихоньку посоветовал идти к какому-то зам. заму, что у меня энтузиазма не вызвало - если проректоры боятся, то что какая-то пешка решит. Но в конце концов деваться було некуда, пошел. Тот выслушал, усмехнулся, и анкету оставил. На следующий день мне позвонили, чтобы я выходил на работу. Подписанную им анкету мне потом показали. Там поверх слов кадровика было написано - "Ну какая же теща родственница?". И подпись. Как потом я узнал, уполномоченного от КГБ по университету.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Было это где-то за год до того, как за сплошную лишать прав стали. Отвез жену в Ебург сессию сдавать, и, с глубоким чувством выполненного долга, двинулся в неблизкий (около 600 км)путь домой по шикарным просторам нашего Урала... Самую суматошную часть трассы - у Свердловска - я прошел довольно медленно - попутки, встречки, ГИБДД на каждом шагу, и, когда закончились все боле-менее населенные пункты, навалил газку. Вторая половина дня, чистый ровный асфальт, машин мало(!!!), трасса, пробирающаяся между развалинами Уральских гор, практически пуста - лепота! "Ягуар" мой урча глотает километры, как голодный кот сметану, "Раммштайн", воткнутый в сидюк, медленно, но верно придавливает правую ногу в пол, заставляя стрелку спидометра нервно биться о правый край шкалы... Идиллия! И тут, сбросив газ на довольно крутом вираже, замечаю в зеркале заднего вида цветомузыку - ГИБлин, ДД!!! И ведь явно по мою душу! Дальше все по уму - останавливаюсь, открываю окно, достаю документы, жду, когда ко мне соизволят подойти. ИБДД подходит с чувством достоинства всей ГИ, и как водится: - Здрасьте, капитан ХХХХХХ, нарушаем,(глядя в протянутые документы) Олег Валерианович! - Здрасьте, не было такого. - тут я замечаю, что в машине он один. Интересно, как он меня колпачить собирается, без свидетелей то, отбрехаюсь - опыт имеется. - А вот пройдемте в патрульную машину, там все и посмотрим - усмехается капитан. Интересный расклад. Идем. Садимся. И тут он мне демонстрирует не виданный мною ранее чудо агрегат - комбинацию радара и видеорегистратора. Это сейчас сей девайс у каждой соба... у каждого экипажа этой уважаемой службы, а тогда я испытал культурный шок... Нажимает капитан на ПЛЭЙ и демонстрирует мне фильм про мой обгон фуры через сплошную на подъеме... Дела-ааа... Далее - следующее: Я: Договоримся? К: Две! Я: Дак этож мне проще по протоколу потом заплатить(на тот момент две - официальная сумма штрафа). Давай ни тебе - ни мне - одну! (достаю из кармана штуку и ложу ее на торпеду) К: Лады. (достает бланк протокола и начинает заполнять) Я: Уважаемый, ты чего? К: Ну ни тебе, ни мне - штука, и протокольчик за превышение на соточку!!! Я: (про себя - ну гнида....) В этот момент капитан отвлекается от писанины - на горизонте появляется низко летящая "Ауди", щелкает ее своим чудо достижением китайской электроники и со словами "убери пока деньги с торпеды" бросается на амбразу... на "Ауди". Я остаюсь в машине один... Тут меня посещает мысль. Мысль мне нравится. Вы ведь тоже смотрели "Бумер"? С целью найти чего нибудь и наказать жадного, начинаю спешный досмотр служебного транспорта. Результат - НИЧЕГО!!! Капитан видимо тоже смотрел сей замечательный фильм и подготовился, но ни купюр за козырьком, ни других товарно – материальных ценностей в бело-синем пепелаце нет. Даже панелька от магнитолы снята и где-либо отсутствует. Сижу, грущу. Капитан тем временем облегчил кошелек аудиста и, вернувшись на свое место, продолжил писанину. Закончив протокол, протянул мне для подписи. Я подтвердил свое согласие на добровольное жертвоприношение в размере ста рублей и с интересом стал наблюдать за капитаном, производившим манипуляции, целью которых было удаление записи моего состязания с фурой. Предъявив мне надпись на дисплее – «в памяти нет файлов», капитан протянул мне мой экземпляр протокола. Тут что-то щелкнуло у меня в голове и все стало предельно просто и великолепно одновременно! Я: Ну, до свидания… К: (вздымая брови(эдакий сонный гоми… э-э-э.. гномик)) Деньги? Я: (с улыбкой человека, которому терять нечего) За что? Ты же мне выписал за превышение, я дома оплачу… Капитан с непониманием глянул на мое сияющее лицо, перевел взгляд на дисплей агрегата с надписью «в памяти…» и выдал, глядя перед собой и покачивая головой: ДА, КАПИТАН, НИКОГДА ТЫ НЕ БУДЕШЬ МАЙОРОМ… Вали давай! – это было уже мне…
P.S. Эту отбитую капитана штуку(и не только) мы вечером с мужиками употребили в виде сорокоградусной – оказалось – был день водителя. Данная история была принята на ура и мы даже выпили за здоровье этого знатока Высоцкого…
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Есть у нас в городе фирма «Муж на час». Ну там, починить что-нибудь, шкаф подвинуть или даже лампочку вкрутить, если потолок высокий. Вызовов от семейных немного, все на нервах. Муж красный от позора прячется, жена полыхает укором. Случаются вызовы и от мужиков, но на них сами мастера идти отказываются - побаиваются. Больше всего вызовов, конечно, от одиноких женщин, но они таят в себе опасность – фирма уже потеряла двух ценных, самых рукастых специалистов. Третьего увела после этого ревнивая жена. Поэтому моя знакомая, оператор этой фирмы, научилась скучающих дам отсекать на корню, по трём нотам. Но бизнес есть бизнес – чтобы не ошибиться и не остаться вообще без клиенток, сначала коварно задаёт уточняющие вопросы. На днях звонок, голос совсем девичий, жалобный – «Я мастера вызывала, а вы прислали толстого! Пришлите мне пожалуйста худого! ». Знакомая за словом в карман не лезет: «Блондина или брюнета? Цвет глаз какой? И что значит худого – поджарого, мускулистого и высокого? » - «Да нет, просто худенького, маленького! » Знакомая озадачилась: «А вы сколько весите? » - «41 кг, а что? » - пролепетала девушка. Случай был ясный, ещё одна охотница. Знакомая собиралась было повесить трубку с отработанной формулировкой: «Наша фирма интим-услугами не занимается! » Но девушка продолжала: «Понимаете, у нас до розетки проём узкий, ваш толстый не смог добраться…»
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Анекдот. Что такое "Бизнес по-русски"? Украсть ящик водки, водку вылить, бутылки сдать, деньги пропить.
В городе Линн, штат Массачусетс, Тина Кафарелли была задержана за кражу менее $250, порчу имущества на сумму более $250, препятствование правосудию и владение краденым.
25 января 2012 года мисс Кафарелли купила газировки на сумму $64, заплатив украденной кредиткой (точнее, по системе "электронного распределения бенефитов", грубо говоря -- карточкой, на которую начисляется пособие по безработице). После этого мисс Кафарелли подошла к автомату приёма пустой тары и начала совать в него только что купленные ПОЛНЫЕ банки. Автомат не понял юмора (отсюда статья за "порчу имущества" на приличную сумму). Дальше -- проза: менты, одно ложное имя, второе ("препятствование правосудию"), арест, выяснение личности. Если бы всё получилось, то PROFIT был бы в районе десятки.
Похоже, мисс Кафарелли слышала вышеупомянутый анекдот, но не оценила важности второго пункта.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Чтобы завоевать любую женщину, нужны всего лишь три вещи – ум, чувство юмора и абсолютная уверенность, что ты сможешь это сделать. Заметьте деньги в этот перечень не входят. Завоевать деньгами – звучит как-то абсурдно, да и женщина, которую можно ими завоевать, уже не женщина, а немного профессионал. О них как-нибудь в другой раз и без меня…
Мы - три веселых студента: Я, Рон и Бодя (ужас, звучит, как – Хрен Понос и Редиска) постоянно искали и находили большую чистую любовь. Уверенности хоть отбавляй, чувства юмора столько, что и щекоток не надо, но вот с умом, бывало по-разному, иногда приходилось его и поднапрячь, но в основном, ум удавалось сэкономить…
Познакомились мы однажды в кино с тремя потрясающими девчонками из института физкультуры. Сели в троллейбус, провожаем до общаги. Бодя, глядя на огромную луну за окном, начинает мягко зондировать, на предмет общеобразовательного уровня наших прелестниц. Бодя: - Какая потрясающая Луна сегодня и яркая какая. А я даже как-то не задумывался, а почему она вообще светится? Народ, кто знает?
Мы с Роном задумчиво чешем затылки и тут одна художественная гимнастка берет инициативу в свои руки и говорит: - Ну ясно, же почему. Луна за день так нагревается от солнца, что аж светится в темноте. Вы что не в курсе, что по ней без скафандра не погуляешь? Но к утру все же остывает, поэтому целый день ее не видно… и так каждый раз. Смотрите, аж полопалась вся.
Нас этот ответ вполне удовлетворил и мы сразу поняли, что в этот раз ума нам вполне хватит и уже примерно предполагали – как их грузить и чем… Красоткам и самим так понравилось быть астрономами, что они заспорили – А почему вначале луна находилась чуть впереди, а теперь почти позади троллейбуса…? Я прервал их спор сказав, что за полчаса нашего пути, троллейбус покрыл приличное расстояние и Луну мы уже почти проехали… Девчонки удивились, как это они сами не догадались, а мы переключились с астрономии, на лавологию – науку о любви. Красотки о ней тоже что-то слышали…
Однако, иногда на нашем пути попадались очень серьезные фортификационные укрепления, но тем приятнее было с криками – «Ура!» брать их штурмом в лобовую атаку.
Занесла нас нелегкая в БДТ. Гуляем в антракте, смотрим -стоят три небесных создания и изучают программку. Наваливаемся, знакомимся. Я распушил хвост, принимаюсь мягко зондировать почву и пытаясь поразить умом, начинаю петь что-то про Эйнштейна с его теорией относительности. Рон и Бодя подпевают. Но получилось, что мы влезли на чужое минное поле. Девчонки оказались аспирантками из универа, одним словом - высшая физика и ядерная математика… Пока еще не наши красавицы нас так, шутя, загрузили, что единственно, что мы запомнили - это кварки, да и то, потому, что на шкварки похоже. По дороге, пока провожали новых знакомых до метро, в мечтах даже распределили - кому какая, но вставить результаты распределений между потоков их кварков, так и не решились… Короче чувствовали себя художественными гимнастками… Атака захлебывалась, хорошо, хоть телефончик взяли.
Вернувшись в общагу, впали в уныние. Что делать? Какую избрать тактику? Мы понимали, что девчонки дурачатся с нами и воспринимают не особо всерьез. Нужно было побеждать на их же поле. Кварки, мать их, так кварки. Значит, будем хреначить кварками… Вскоре, кое-как пережив совместный поход на скрипичную музыку, мы напросились на день рождения к одной из них, где быть должны все трое. Неделю мы придумывали, как же нам троим, быстренько стать нобелевскими лауреатами по физике. И все-таки придумали. Мотивация великая сила.
Васильевский остров, трехкомнатная квартира, родители зафутболены на дачу. Чего еще желать? Новорожденной мы подарили бессмысленные, но очень красивые наручные часы, которые идут в обратную сторону. Из присутствующих только три пока не наши барышни и мы втроем. Не считая парочки юных физиков и физичек, так для общей толпы… Я начинаю издалека: - Девчонки, скажите как специалисты – Скоро ли изобретут машину времени, чтобы можно было отправиться в прошлое и почесать за ушком динозавра, ну хотя бы травоядного?
Красавицы одарили меня снисходительной улыбкой и сели на своего любимого «шкварочного» конька: - Путешествие в прошлое принципиально невозможно. - А че так? - Да потому, что прошлое - не просто воспоминание в твоей голове - это все атомы во вселенной собранные в том самом порядке, который был в нужный момент времени, да еще с нужными векторами движения. Успеваете за мыслью? - Да уж успеваем… - Так вот, чтобы все атомы вернуть в нужное место, придется затратить больше энергии, чем ее существует во вселенной. Мы можем посчитать. - Не надо считать! Все-таки день рождения… - Кроме того – сам реципиент или другими словами, путешественник во времени должен быть из чего-то сделан, а где вы возьмете во вселенной лишней материи на 80 кило? - Ну, допустим, материи во вселенной хватит на всех… - Нет, ребята, это у вас, в режиссуре все приблизительно, а физика – наука точная. Я все не сдавался: - Ну, а если нам не нужна в прошлом целая вселенная, а только маленький кусочек? А давайте просто устроим смелый эксперимент.
Слегка поразмыслив, мы взяли со стола свою бутылку вина, засунули ее в черный целлофановый пакет и попросили у именинницы только что подаренные часы. Та нехотя отдала. Запихнули часы к вину и попросили, что-то тяжеленькое и железное. Хозяйка была немало удивлена, но вручила Рону маленькую гантельку. Рон начал объяснять суть эксперимента: - В закрытом пакете бутылка с вином и часы, которые тикают назад. С этими словами, под общий вскрик, он сквозь пакет разбил бутылку. Пакет потерял форму и захлюпал осколками, но на скатерть не протек. Хозяйке это резко не понравилось и мы втроем были на волосок от того, чтобы с позором покинуть помещение. Но гостеприимство плюс хорошее воспитание победили, и сей странный инцидент был сведен в шутку. А пакет аккуратно убран под стол, с глаз долой. Раздраженные физички объясняли: - Ребята, ну вы совсем дремучие, а еще студенты. Время не может повернуть вспять в отдельно взятом пакете, даже если там есть часы, идущие назад. Простите, но это не эксперимент, а дебилизм…
Инцидент был исчерпан, публика над нами похихикала и плавно перешла к уминанию тортика со свечами. вскоре начались танцы и курение на балконе. Вдруг хозяйка дома, залезла под стол и заорала. Музыка смолкла, у всех немая сцена. Именинница дрожащими руками подняла с пола черный пакет, но он уже не звенел, а по форме был похож на бутылку. Осторожно развернули, так и есть – наша бутылка красного вина, запечатанная и абсолютно целая, а рядом часы, отмеряющие время назад. Итак, содержимое пакета отправилось в недалекое прошлое… Мы все были в шоке. Девчонки принялись кому-то звонить, прикладывать часы к ушам и пытаться просчитать вероятность произошедшего события. Вино пили жадно, но маленькими глотками, боясь отравиться. Сомнений не было – мир поделился на «до» и «после»… Одним словом, мы трое в ту ночь были почтенными нобелевскими лауреатами, а наши умные девчонки всего лишь художественными гимнастками с широко раскрытыми глазами, ну и конечно же нобелевскими премиями...
С тех пор на нашей улице воцарился праздник.
Закончился он только после того, как через месяц, мама именинницы, ругаясь, выгребла из под дивана липкий пакет с бутылочными осколками…
(с) Грубас
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Однажды утром сын спросит: "Папа, а откуда у тебя этот шрам?" Ты ответишь: "Да это так, когда я служил, сынище", и весь день будешь ходить и думать о том, что даже жена уверена, что шрам - от арматурины, на которую ты упал, когда строил котельную. Такие войска - почти стройбат. А ночью тебе приснится война, на которой ты не был.
Соседский Вовка вернулся из горячей точки с орденом, теперь Вовка ветеран. Вовке двадцать лет. У Вовки удостоверение и счет на сберкнижке, на который каждый месяц падают Вовкины "гробовые". Вовка их пропивает. Вовку приглашают в школу и он рассказывает, как был на войне. А ты на войне не был. У тебя дочь, которой опять надо оплачивать институт. У дочери огромное пузо. Ты скоро станешь дедом. Мальчик? Девочка? В общем-то, неважно. А еще тебе хочется быть ветераном. Чтобы уважали еще больше, ведь есть же за что.
В конце концов, ты плюнешь - да ладно, столько лет прошло, все подписки давно протухли, и пойдешь в военкомат. Военком, который знает тебя уже лет десять, удивленно посмотрит на тебя, полистает личное дело, в котором почти ничего не написано и спросит: "Что ж ты раньше ничего не говорил?" Ты промолчишь и не станешь объяснять про двадцать пять лет и про то, что нельзя было..
Через пару месяцев военком пригласит тебя в свой кабинет - не повесткой, нет, какие повестки старому знакомому? Просто позвонит и попросит тебя заглянуть, а когда ты придешь, как в плохом кино достанет из шкафа бутылку водки, два стакана и, не глядя в глаза, тихо скажет: "Извини, брат... Вас там не было..."
"На ваш запрос исх. N ххх/хх Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации сообщает, что военнослужащие в/ч ХХХХ участия в боевых действиях на территории ...ской Республики не принимали"
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Если позволяет возраст и отсутствие мозгов, то почему бы и нет? В этот раз отсутствие мозгов натолкнуло нас на одну прекрасную и весьма талантливую пакость.
… Во дворе дома рабочие варили гудрон. Бочки дымились, рабочие матерились, черное месиво булькало и все это вместе создавала такую романтическую атмосферу, что мы, мелкие пацаны ну никак не могли пройти мимо.
- Дядя, а дай нам немного гудрона? – два уличных хлопца с ведром стояли перед прорабом который, только что, пообедав и приняв на грудь был в весьма прекрасном расположении души. Одним из этих хлопцев с ведром был я.
Дядя доброжелательно оглядел нас, сказал, что то типа да йтытьблнахбись оно в рот, берите, жалко что ли, нах? И отлил пол ведра черного, горячего месива. Мы поначалу собирались его залить в разные формы и понаделать всяческого интересного, но сосед, существо никогда не трезвое и поэтому регулярно битое женой, встретившись нам на пути буркнул, что то типа «опять что то сперли, бандиты малолетние», и тем самым предрешил свое ближайшее будущее.
Нам стало резко обидно, тем более, что в этот раз мы ничего не сперли, а очень даже честно выпросили. Фактурные изделия из гудрона отошли на второй план, а на передний вылез вопрос – как напакостить соседу за его слова несправедливые, ранящие трепетные детские души?
То, что нас опасались почти все взрослые соседи никоем образом не говорит о пробелах в воспитании и огрубевшей духовности. А вот сосед этот нас не опасался. Он был смелым и глупым, этот сосед.
На повестке дня резко обозначился вопрос, как наказать соседа, чтобы впредь он не говорил про нас всякости несправедливые и порочащие.
Предложение залить гудроном замочную скважину было отметено ввиду его неэстетичности. Также не было принято во внимание предложение нассать на коврик перед дверью. Во первых, писать мы не хотели, а во вторых хорошо помнили, как за этим делом заловили пацана с нашего двора. Сначала его воспитывала предполагаемая жертва в виде шарообразной тетки, потом его воспитывал папа лично, потом его папу воспитывала тетка, потом папа, вдохновленный теткиными непедагогическими словами опять воспитывал его, потом все вместе, дружно пошли к тетке и пацан собственноручно стирал коврик в теткиной ванне. Потом пацан пошел домой, а папа остался. Потом пришла с работы мама и с виртуозностью средневекового иезуита выпытала все события дня минувшего. Потом он вместе с мамой пошел показывать квартиру, где писал на коврик. Но мама почему то на коврик даже не посмотрела. А посмотрела она взглядом тяжелым, как кузнечный молот на дверь и сказала – «Иди сынок домой» Что там было не знает никто, только испуганные соседи тихим шепотом рассказывали друг другу, как мама катала шарообразную тетку по лестничной площадке, и как папа, после теткиного самогона кривой как ветка саксаула, скакал по подъезду в семейных трусах и кричал, что он де тимуровец и помогает людям стирать обосанные хулиганами коврики.
В общем, вспомнив сию трагедию, мы отказались от такого мщения. Мы зашли в подъезд, посмотрели на соседскую квартиру… Кто помнит, раньше, когда все было плохо и застойно, обувь выставляли в коридор. Да, все тогда было плохо, но обувь стояла. И никто ее не воровал. Хотя было все плохо. Да. В этот раз перед соседскими дверями стояли его валенки. Нам, тогда еще мелким мальчишкам эти валенки казались туннелями в вонючую преисподню. Про вонючую я не капельки не преувеличиваю. То, что сосед выставил свои валенки за дверь, можно было определить по запаху еще с первого этажа. Собаки, инстинктивно опасаясь сжечь свои обонятельные органы, боялись заходить в подъезд. А летом к нам даже мухи не залетали по той же, наверное, причине. Потому, что у всех нормальных людей над дверью висела подкова, а у соседа – валенки. То, что один раз он спрятал в них бутылку водки, а валенки не выдержав упали на крашенную макушку его супруги, не отвратило его от привычки развешивать вонючие войлочные произведения искусства над дверью.
Но сейчас была зима, и два валенка, прижавшись друг к другу дружно пованивали стоя на посту около двери.
Не скажу, что идея пришла внезапно. До этого мы много всяких перебрали, но остановились именно на этой.
На какое то время валенки исчезли, а через час опять появились. С виду все как было, так и осталось. Даже запах. Запах мазута, котором они были испачканы снаружи и запах мертвых носков пополам с запахом мокрого войлока изнутри.
Сосед, как обычно пришел вечером, выписывая ногами такие кренделя, будто тащил на себе не тело худосочное, а минимум вагон с арбузами.
- Ведро выкини! – раздалось от его двери и мы прильнули к глазку, стараясь одновременно рассмотреть эффект. А эффект был! Не зря же мы, проявляя чудеса художественной лепки, целый час лепили из податливого гудрона к валенкам дополнительные десять сантиметров к носку, а потом, выкинув из холодильника все полки, остужали это вонючее произведение искусства. То, что валенки стали на десять сантиметров длиннее, сосед вроде бы и не заметил, списав это на лишний самогон в теле. Это мы поняли, когда он не сумев совладать с новым размером, навернулся еще на подходе к лестнице. Кряхтение соседа собирающего содержимое рассыпавшегося ведра про «забористый самогон» и «нифига себе поужинал» намекало на то, что к валенкам у него претензий не было. В щелку приоткрытой двери мы смотрели как сосед, напоминая уже три раза подорвавшегося сапера, ползает по лестничной площадке таща за собой потяжелевшие валенки и ничего не подозревая. Выглядело все так: - увидя очередную картошкину очистку сосед, стоя на коленях, вытягивал вперед руки, опирался на них, потом со стоном, рожающей двойню, подтягивал одну ногу, секунду отдыхал, потом подтягивал вторую. Противостояние с валенками, обретшими новую силу, давалось нелегко. Соседа становилось жалко. Еще тревожило одно обстоятельство. В процессе перемещения тела и подтягивания ног с валенками, последние шаркались вылепленными гудронными носами об пол и немного деформировались. А мы их так тщательно замазывали мазутом, которые соскребли с этих же валенок! За соседом оставались два черных и возникало впечатление, что он резко ударил по тормозам и пошел юзом оставляя следы шин. Когда сосед встал и опустил глаза вниз… В общем ведро, упавшее из ослабевших пальцев опять упало и немного разгрузилось на пол неопрятной кучкой. Но соседу было пофиг, он с ужасом смотрел на кончики валенок, которые после ползанья по полу теперь напоминали ласты моржа, правда не такие пропорциональны, как у этого прекрасного животного. Мужик шлепал губами, шевелил в воздухе грязными пальцами, будто плел невидимую паутину и пытался найти логичное объяснение увиденному.
Логичного объяснения найдено не было. Это мы поняли когда сосед осторожно, будто его за яйца держит бешенная горилла покинул валенки, двумя пальцами поднял их и на вытянутых руках понес на помойку. Босиком. На его лице блуждала… Не, не улыбка… Скорее выражение человека, постигшего вселенскую мудрость, или открывшего источник вечной молодости. С тех пор валенок перед его дверью не наблюдалось.
Подъезд задышал полной грудью.
С.Кобах
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
