СГ выделит 5 млн долларов на реконструкцию комплекса "Брестская крепость-герой"
Из бюджета Союзного государства выделят $5 млн на реконструкцию мемориального комплекса "Брестская крепость - герой". Такая информация была озвучена в эфире телеканала СТВ в программе "Неделя", сообщает БЕЛТА.
Реконструкция затронет 16 объектов. В их числе руины инженерного управления возле Вечного огня, руины между казармами Юго-Восточной части и Холмскими воротами, Юго-Западные казармы, ремонт подвалов 333-го Стрелкового полка.
Запланирована реставрация Пятого форта, возведенного в конце 19-го века, работы планируется начать в ближайшие годы.
Помимо консервации и ремонта, будет создано три новых музея. Экспозиции первого из них будут созданы уже в декабре нынешнего года. В семи залах посетители смогут ознакомиться с историей строительства крепости, начиная с закладки первого камня, а также со всеми ее героическими вехами. При это будет использован прием трехмерных панорам
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Из тех, кто помнил, как строился мемориальный комплекс «Брестская крепость–герой», в Беларуси уже практически никого не осталось.
Архитектор, скульптор, лауреат Ленинской премии и премии Ленинского комсомола Валентин Занкович — последний из могикан. В те годы он входил в большой творческий коллектив художников, ваявших монументы для цитадели. В его воспоминаниях оживает история. Оказывается, комплекс мог выглядеть совсем по–иному.
— Петр Машеров, когда ставил задачу перед нами в самом начале, говорил: главное — ввести крепость в состояние 22 июня 1941 года. Вплоть до того, чтобы вырыть там траншеи, окопы, положить манекены солдат, пулеметы, автоматы...
Совмин БССР утвердил творческую группу в 1966 году, поручив ей выполнить проект памятника защитникам крепости. Возглавил ее Александр Кибальников, народный художник, академик, лауреат госпремий, автор памятника Маяковскому в Москве. Этому предшествовала пятилетка конкурсов, в которых участвовал и Валентин Занкович со своим институтским другом Олегом Стаховичем. На последний тур, вспоминает скульптор, в Брест приехали два грузовика из Минска и Москвы, забитые проектными работами. Окончательного решения, продолжает автор, не приняли:
— Тогда мы со Стаховичем стали штурмовать председателя Госстроя БССР Владимира Короля, который был председателем жюри. Обивали пороги его кабинета, пока секретарь не процитировала своего руководителя дословно: «Передай этим рыжим (я — рыжий, а Олег — блондин), что сам их вызову, если понадобится». И тогда мы написали письмо Машерову. А он решил, что наша задумка как раз ближе всего к разрешению темы обороны крепости.
В той разработке еще не было композиции «Жажда» и главного монумента. В центре цитадели предусматривались штык–обелиск и группа сражающихся красноармейцев. Уже потом решили выделить фрагмент одного воина и сделать его центральной скульптурой. Валентин Занкович вспоминает, что не обошлось без казуса, который определил судьбу основной композиции:
— Мы с Олегом лепили фрагмент у него в мастерской. Памятник изначально был более развитый. В правой руке солдат держал автомат, а левую руку набросил на знамя. Такой вариант и отправили в Москву. Только по молодости не предусмотрели, что гипс нужно было или укрепить, или аккуратно засыпать какими–нибудь опилками. В итоге до столицы доехала только голова. Остальное просто раскрошилось. Кибальников ругался, но нашел решение. Вырубили эту голову в граните. Так проект получил законченные очертания.
[ image disabled ]
Окончательное решение всего мемориального комплекса разрабатывали с 1967 по 1969 год. Основными строительными материалами стали бетон и железобетон. Стройка началась в мае 1968–го. За время земляных работ были найдены более 1.000 музейных предметов и останки погибших. Открыли комплекс 25 сентября 1971 года. И это, продолжает Валентин Занкович, была не вся задумка:
— Машеров принял решение: мы открываем сейчас первую часть, а остальное доделаем потом. Планировали установить монументы конкретным героям и событиям, которые происходили в разных местах крепости.
Но идею так и не реализовали. Из всех творческих начинаний Валентину Занковичу пока что удалось изваять только композицию «Героям границы, женщинам и детям мужеством своим в бессмертие шагнувшим», что стоит ныне у Тереспольских ворот, где под командованием начальника 9–й погранзаставы лейтенанта Кижеватова стояли насмерть пограничники. Остальные замыслы он готов реализовать хоть сейчас.
Но нужны ли мемориальному комплексу дополнительные памятники, вопрос пока риторический. Общественное мнение на сей счет неоднозначно. Не случайно руководитель БССР, по сути, изначально предлагал другую концепцию. Без лишней помпезности. Вспоминая слова Петра Машерова, Валентин Занкович высказывает и свое мнение о том, что комплекс не должен превращаться в парк отдыха:
— Когда Машеров говорил про окопы и манекены солдат, мы вышли, немного посмеиваясь: вот, мол, что значит непрофессионал. А по прошествии времени думаю, что неплохая была концепция.
ЦИФРЫ НА ПАМЯТЬ
Главный вход. Это врезанный в вал железобетонный параллелепипед с высеченной в нем пятиконечной звездой. Блок поддерживается откосом крепостного вала. Ширина прохода главного входа — 18,5 м, длина железобетонного блока — 44 м, высота — 10 м, ширина — 35 м. На строительство израсходовано 700 кубометров железобетона.
Главный монумент. Это скульптурное изображение воина и знамени. Огромная по своим размерам скульптура, состоящая из 200 частей. О конкретных эпизодах и событиях героической обороны рассказывают горельефы, расположенные на тыльной стороне монумента.
[ image disabled ]
Штык — обелиск в форме четырехгранного штыка русской винтовки системы Мосина (трехлинейки). Высота свыше 100 метров, вес 620 тонн. Символизирует победу над врагом, вечную славу героическим защитникам крепости. Размер у основания — 5x5 метров, к вершине уменьшается до 2,6x0,45 метра. Выполнен из листовой стали толщиной 30x40 мм, по которой крепится декоративная обшивка из титановой стали толщиной 1,5 мм. На облицовку штыка ушло 14 тонн титановой стали.
[ image disabled ]
Жажда. Фигура солдата, ползущего к воде с каской в руке. Рассказывает об одной из драматических страниц обороны Брестской крепости — острой нехватке воды. Водопровод был выведен из строя в первый день войны, а лето в тот год стояло необыкновенно жаркое. Клубы дыма, пороховой гари заполняли горизонт, подступы к воде обстреливались, ночью берега освещали прожекторы. Много бойцов и командиров погибло, пытаясь добыть драгоценные капли. Длина скульптурной композиции — 13 метров, материал — декоративный железобетон, вес — 720 тонн.
[ image disabled ]
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Из воспоминаний о Брестской крепости верю Участнику ВОВ Сергею Сергеевичу Смирнову. Правды не стеснялся. В 60-х было еще очень много живых участников войны, которых он разыскивал и расспрашивал о конкретных военных эпизодах. в том числе и о том что произошло в Брестской крепости.
«Они герои. Ими враг восхищался. Они первыми приняли удар превосходящих сил противника, дали ему первый бой. Это - в каждом школьном учебнике. Первый параграф о войне. Но только защитники Брестской крепости не знали, что совершили подвиг. Представьте, никто из них не знал! Скажу больше: после войны прошло уже 10 лет, а вместо почестей их цинично вынуждали испытывать стыд и ломали жизни. На каждом было клеймо - этот сдался в плен, а значит... ...Потому-то все первые воспоминания защитников крепости, с которыми разговаривали уже как с героями, все равно заканчивались робкими словами: «Рядом раздался оглушительный взрыв, я потерял сознание. Очнулся уже в плену». Это было оправданием, попыткой избежать лагерей. Не у всех получилось...» Правда о войне, как и сама война, начинается с правды о Брестской крепости. Это странная правда. О том, как журналист и писатель Сергей Смирнов после войны искал защитников Брестской крепости и находил их далеко в Сибирских просторах. Кто-то отбывал наказание за фашистский плен, другие были счастливы, что их пока не тронули... Спустя время книгу Смирнова о героях крепости было приказано изымать из библиотек, а от писателя требовали переписать кое-какие моменты по идеологическим соображениям. Это тоже правда о Брестской крепости. А была еще «не наша» правда. О том, как за два года до Великой Отечественной Красная Армия осаждала Брестскую крепость, которую не смогли взять немецкие войска. В сентябре 1939 года генерал Гудериан не выбил из крепости польские войска. За него это сделали наши. А поляки сражались так же мужественно, как советские пограничники, отражающие атаки все того же Гудериана в июне 41-го. «Комсомолка» собрала самые знаковые моменты обороны крепости. Здесь нет правды. Здесь та история, за которую нам должно быть стыдно и которой мы гордимся. ДВА ПОСЛЕДНИХ ЗАЩИТНИКА БРЕСТСКОЙ КРЕПОСТИ Гитлеровцы Брестскую крепость брали дважды. Но в сентябре 1939 года укрепления крепости штурмовали еще и советские войска. Там тогда защищались поляки. Защитники Брестской крепости в 1939 и 1941 годах во многом удивительно похожи: своей стойкостью, героизмом, трагической судьбой героев. Пусть даже эти герои воевали друг против друга. Такова ирония войн... ПРАВДА МАЙОРА ПЕТРА ГАВРИЛОВА На 27 июня 1941 года в Брестском гарнизоне было назначено рассмотрение персонального дела коммуниста Гаврилова за «распространение панических слухов о войне с Германией». По иронии, в этот день он отбивал атаки немецких войск на Восточном форте Брестской крепости. - Восточный форт сражался несколько дней, пока немцы не сбросили полутонную бомбу на склад боеприпасов, - рассказывает историк Владимир Бешанов. - После взрыва треть подковы форта было снесено, гарнизон остался без оружия и сдался. Все, кроме командира. Там совсем было трудно. В форте размещались конюшни, воды не было вообще. Они рыли колодцы, пытались найти воду, но там все на много метров в глубину было отравлено конским навозом, невозможно было пить ту воду. Майор Гаврилов до 23 июля (!) скрывался в крепостных щелях, прятался в куче конского навоза, питался комбикормом. Когда его полуживого брали в плен, сумел убить одного и ранить несколько гитлеровцев. ЧТО БЫЛО ПОТОМ До 1945 года - плен в фашистских концлагерях. После освобождения был исключен из рядов КПСС и получил назначение в ссылку комендантом лагеря японских военнопленных в Сибири. Там его разыскал писатель Сергей Смирнов. В 1957 году Гаврилов получил звание Героя Советского Союза и сразу два ордена Ленина. После войны Петр Михайлович потерял семью, которая осталась в Бресте. Наводил справки, но никаких следов жены и приемного сына не нашел. В Сибири Гаврилов снова женился. И вдруг пятнадцать лет спустя в гостиницу, где остановились герои крепости, пришла женщина и рассказала, что его родные живы! Гаврилов забрал парализованную жену Екатерину Григорьевну из дома инвалидов с собой в Краснодар. Правда, жена прожила недолго... ПРАВДА КАПИТАНА ВАЦЛАВА РАДЗИШЕВСКОГО С 14 по 16 сентября 1939 года поляки отбили семь немецких атак. Капитан Радзишевски командовал обороной форта Сикорского в Брестской крепости. Когда командование приняло решение уходить, к нему послали бойцов с приказом отступать. Комбат заявил подчиненным, что разрешает им отступить, сам будет сражаться. Солдаты решили остаться с ним еще неделю держали оборону. Когда в Брест вошла Красная Армия, генерал Гудериан решил передать эту «занозу» русским. 22 сентября в атаку на форт Сикорского трижды поднимались наши, но каждый раз были отбиты. 26 сентября была применена тяжелая артиллерия и предпринят массированный штурм.... ЧТО БЫЛО ПОТОМ Ночью 26 сентября капитан собрал последних защитников и ушел с ними в сторону деревни Мухавец. Здесь они переоделись в гражданскую одежду и разошлись. Скоро по доносу был арестован и передан НКВД. Следы его теряются в Катыни... ПРАВДА ПИСАТЕЛЯ СЕРГЕЯ СМИРНОВА А все начиналось с короткой статьи об обороне Брестской крепости в журнале «Огонек». Заметка попалась на глаза журналисту Сергею Смирнову. Рассказ о том, как он искал забытых героев, вытаскивая их из дерьма, получился не менее впечатляющим, чем воспоминания самих героев о подвигах. «В обоих сюжетах картина складывается, на первый взгляд, безнадежная, - вспоминает сын писателя Андрей СМИРНОВ. - В 1941-м фронт уходил, но люди в крепости продолжали воевать, проявляя поразительную личную заинтересованность в исходе войны. С другой стороны - рассказ о нынешнем положении героев. Оно, как правило, тяжелое, трудное, безвыходное...». Смирнов нашел около четырехсот защитников крепости, вернул стране героев, а героям - нормальную жизнь. Его книга о крепости, а потом передача на телевидении «Рассказы о неизвестных героях» имели фантастический успех. Спросите у ваших мам и бабушек, она вам обязательно расскажут, как семьями собирались у радио или телевизора и смотрели этот сериал. Смирнову писали как, наверное, сегодня пишут президентам. «Почти за каждым письмом была какая-то просьба помочь. Отца уже не было в живых, а они еще работали...». А главный защитник крепости неожиданно оказался в ситуации своих забытых героев. Книгу не переиздавали 16 лет, от Смирнова потребовали исключить из книги главы о героях с некрасивыми послевоенными биографиями, тогда проблем не будет. Он не предал. Их предавали, они - нет... ОСОБОЕ МНЕНИЕ «Мне сказали: ну как это наши советские воины и в подштанниках?» Владимир Бешанов, историк, автор книг «Брестская крепость», «Десять сталинских ударов», «Танковый погром 1941-го» Уникальность Брестской крепости в том, что герои, совершившие подвиг, названы, пусть и произошло через десятилетие после войны. Посмотрите: город-герой Севастополь, 240 дней обороны и ни одного героя. Потому что все они, оказывается, предатели, сдались в плен. Город-герой Киев - та же история. Кто же признает, что руководил обороной генерал Власов? И есть Брестская крепость. Историк Сергей Смирнов совершил подвиг, разыскав защитников. Конечно, повезло, что дали такое написать, времена были послесталинские. Когда потом Смирнов занялся историей Второй ударной армии, ему сразу же все перекрыли. Время уже было не то, да и проще всех солдат объявить власовцами, чем признать чудовищный просчет командования. Хотя сами немцы признавали, что в плен сдавались немногие. Гитлеровцы даже развешивали буханки хлеба на деревьях, чтобы наши сдавались... И в Брестской крепости сдавались. Смирнов не все мог написать, не принято было такое. Знаете, даже в наше время, когда я сдавал рукопись «Брестской крепости» у редакторов возник странный вопрос. В рукописи приводятся слова командира 45-ой немецкой дивизии, которая атаковала крепость: мол, русские в подштанниках выскочили и стреляли из винтовок. Мне сказали: ну как это наши советские воины и в подштанниках? Надо подредактировать! Хотя ведь в том самая суть. Человек штаны натянуть не успел, схватился за винтовку и в бой! Враг восхищался! Это впитанный годами штамп - у нас все красиво должно быть на войне. А на войне страшно, безобразно. ПРАВДА БРЕCТСКОЙ КРЕПОСТИ СЕГОДНЯ «Я сам из Бреста. В Бресте родился и живу. Поспешу разочаровать вас и посоветовать не ездить в крепость, чтобы не разочароваться ещё сильнее. От былой крепости практически ничего не осталось... Укрепления и форты законсервировали - засыпали песком и заложили кирпичом входы. Некоторые помещения цитадели достроили и отдали в аренду под пилораму и автомастерские. Теперь через крепость пыхтят дряхлые иномарки в поисках ремонта. Церковь-клуб, которую штыковыми атаками брали и которая обагрена кровью по самое не могу, восстановили и отреставрировали. Знаменитый плавленый кирпич в казематах на потолках и стенах обвалился от сырости. Трехарочные ворота, как и всё здание, в котором оборонялся Фомин и в котором шли жесточайшие бои, разобрали на кирпич и сровняли с землёй. В восточном укреплении (восточная подкова), где оборонялся Гаврилов и шли жесточайшие бои, идёт стройка и кажется мне, что там будет очередная автомастерская, потому что здание и подъезд очень удобен... Про дома комсостава я знаю только по книге Смирнова, но так и не знаю, где они стояли. В крепости даже близко от них ничего не осталось. От здания погранзаставы Кижеватова осталась только окантовка фундамента, засыпанная землёй. Обводные каналы чистили буквально пару лет назад, но так никто и не понял, как они работали. Вода в них застаивается и зарастает густой вонючей тиной. Во всех казематах, в которых умирали люди и лилась кровь... все стены исписаны надписями: «Здесь была Маша», «ПТУ №xxx - сила!», «ДМБ – 200х», «Вася - дурак» и многие подобные». (Из высказывания на форуме сайта Сайт). ИЗВЕСТНЫЕ И НЕИЗВЕСТНЫЕ ФАКТЫ ОБ ОБОРОНЕ БРЕСТСКОЙ КРЕПОСТИ Война началась не в 4 утра. Как вспоминает в своей книге немецкий генерал Гудериан, в 3 часа 15 минут началась артподготовка, спустя 25 минут - первый налет бомбардировщиков. В 4 часа 15 минут -переправа через Буг передовых частей гитлеровцев. Причем, как вспоминает Гудериан, «перспективы сохранения момента внезапности были настолько велики, что возник вопрос, стоит ли проводить артподготовку в течение часа, как это предусматривалось приказом». Немецкие диверсанты были переброшены в Брест в товарном поезде с грузами, в счет поставок Германии по торговому договору с Советским Союзом. Ночью диверсанты вывели из строя линии освещения, обрезали телефонные провода. Танки и пушки в крепости с вечера 21 июня были разобраны и оставлены так до утра, потому что на воскресенье был назначен смотр боевой техники. Самая поздняя надпись, оставленная на стенах крепости ее защитниками, гласит: «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина. 20.11.41.» Это неправда, что в 1944 году немцы оборонялись в Брестской крепости 44 дня, отбивая атаки наступающей Красной Армии. По свидетельству местных жителей, гитлеровцы оставили крепость за несколько дней до прихода советских войск. В июле 1944 года в Бресте держала оборону 2-я немецкая десантно-егерская дивизия. Только тот Брест находился во Франции. ОСОБОЕ МНЕНИЕ «Стратегического значения Брестская крепость не имела никакого» Владимир Бешанов, историк Стратегического значения Брестская крепость не имела никакого, она вообще к обороне не предназначалась. Крепость была нужна командованию, как огромный казарменный форт. Вопрос: почему в апреле 1941 года все внутренние военные округа собрались и поехали на Брест? Здесь разместились Сибирский и Кавказский военные округа. Размещать их было негде. Поэтому даже солдатские нары в крепости стояли в три, а то и в четыре яруса. И все это в тот момент, когда мы якобы боялись провокаций и не ожидали нападения. Я могу сказать, что мы готовились к наступательной войне, но в итоге мы не были готовы вообще ни к какой войне. По планам войска должны были подняться по тревоге и выходить в заданные районы сосредоточения. В Брестской крепости сражались те, кто не смог из нее выйти из-за массированного обстрела. И майор Гаврилов побежал в крепость свой 44-й стрелковый полк выводить, но не смог. Поэтому был вынужден занять Восточный форт и отбивать атаки, пытаясь прорваться из крепости. И все защитники пытались не удержать крепость, а вырваться из нее.
ЗабВО 76-78
Если так рассуждать, что Брестская крепость не имела никакого стратегического значения, и Одесса не имела, Ленинград не имел, Москва не имела, Сталинград не имел- Кавказ не имел. Тогда надо было бы сразу отступить за Урал, только сомневаюсь, что Гитлер на этом остановился бы.
ст. Безречная 1972-1974 Дивизионные объединенные склады. В/Ч 58900Т
Вот эта вся масса людей считают, что имела, а ты один считаешь, что не имела, так как ты считаешь, кто прав?
ст. Безречная 1972-1974 Дивизионные объединенные склады. В/Ч 58900Т
Вот эта вся масса людей считают, что имела, а ты один считаешь, что не имела, так как ты считаешь, кто прав?
А на фото все выпускники Академии генштаба?
Больше доверяю непосредственным участникам событий, или тем кто имел доступ к сводкам.
«Стратегического значения Брестская крепость не имела никакого» Владимир Бешанов, историк Стратегического значения Брестская крепость не имела никакого, она вообще к обороне не предназначалась. Крепость была нужна командованию, как огромный казарменный форт. Вопрос: почему в апреле 1941 года все внутренние военные округа собрались и поехали на Брест? Здесь разместились Сибирский и Кавказский военные округа. Размещать их было негде. Поэтому даже солдатские нары в крепости стояли в три, а то и в четыре яруса. И все это в тот момент, когда мы якобы боялись провокаций и не ожидали нападения. Я могу сказать, что мы готовились к наступательной войне, но в итоге мы не были готовы вообще ни к какой войне. По планам войска должны были подняться по тревоге и выходить в заданные районы сосредоточения. В Брестской крепости сражались те, кто не смог из нее выйти из-за массированного обстрела. И майор Гаврилов побежал в крепость свой 44-й стрелковый полк выводить, но не смог. Поэтому был вынужден занять Восточный форт и отбивать атаки, пытаясь прорваться из крепости. И все защитники пытались не удержать крепость, а вырваться из нее.
Владимир Васильевич Беша́нов ( Брест, СССР) — белорусский писатель и публицист, автор книг по истории Великой Отечественной войны. Проживает в Бресте. Капитан 3-го ранга в отставке.
Родился в семье морского офицера[1], окончил с золотой медалью среднюю школу № 17[2]. Окончил Калининградское высшее военно-морское училище им. Макарова, зенитно-артиллерийское отделение. Был распределен на Северный флот в город Полярный. Позднее переведен на Черноморский флот. Служил на плавбазе подводных лодок «Магомет Гаджиев». В 1992 году ушёл в отставку, не желая подчиняться требованию принять украинскую присягу[2]. Работал начальником деревообрабатывающего цеха, экспедитором, редактором издательства, директором клуба юных моряков.
BA-MA, RH 20-4/192 (архивный фонд 4-й Армии вермахта)
Секретно Копия
45-я пехотная дивизия Штаб-квартира дивизии 08.07.1941
Боевой отчёт о взятии Брест-Литовска
Задача дивизии, приложение сил и план артиллерийского огня исходят из приказа дивизии и приказа артиллерии (см. приложение)
22.06 Артиллерийский план наступления был разработан не столько с расчётом на его действительное воздействие, как на его внезапность. Таким он должен был быть, так как, несмотря на многочисленные запросы дивизии, оснащение было недостаточным и артобстрел не мог быть долговременным с учетом необходимости использования морального воздействия огня тяжёлых реактивных миномётов (150-мм шестиствольный реактивный миномет «Небельверфер», прим. ред.). Так как тяжёлые реактивные миномёты должны были стоять заряженными на почти открытых огневых позициях (на расстоянии выстрела!), то было необходимо, чтобы они открыли огонь одновременно с началом наступления, и пехота под прикрытием их огня несколько минут спустя пошла в атаку. Было бы желательно вначале провести длительную аптподготовку и только потом открыть огонь тяжёлыми реактивными миномётами, но из-за опасности, что эти орудия с боеприпасами могли быть поражены огнём противника, эту мысль пришлось отставить.
То, что тяжёлые реактивные миномёты не способны разрушить подвалы и другие укрытия крепости, было известно и неоднократно подчёркивалось командиром дивизии как особая слабость артиллерийского воздействия.
Распределение огня тяжёлых реактивных миномётов приблизительно соответствовало предложению командира 4-го полка тяжёлых реактивных миномётов для особого применения, только комдив приказал сосредоточить больше огня на главном острове, чем было ранее предложено.
Артиллерийское вооружение дивизии должно было вначале состоять — кроме дивизионной артиллерии (9 лёгких, 3 тяжёлых батареи) — только из тяжёлых реактивных миномётов (9 батарей пусковых установок, 2880 выстрелов) и двух 60-см орудий; последние из-за того, что они могли производить только один выстрел каждые 5 минут и из-за ограниченности поля обстрела могли лишь короткое время участвовать в наступлении.
Обоснованные этими аргументами просьбы об усилении артиллерии и личное вмешательство генерал-лейтенанта Хайнеманна (Heinemann), высокопоставленного артиллерийского командира 302-й (?), привели к тому, что дивизии были приданы 9 мортир (210-мм тяжелая гаубица, вес снаряда -113 кг прим. ред.) с небольшим числом обслуживающего персонала, так что дивизия за несколько дней до наступления создала из собственных сил слаженно работающий мортирный дивизион, а также действия командира артиллерии 27-й (?), который с честью выдержал испытания в тяжёлые дни наступления, командуя ведением огня. Кроме того, командир 12-го армейского корпуса перенёс на крепость огонь двух мортирных дивизионов, принадлежавших 31-й и 34-й дивизиям; достаточным это усиление всё же не было.
22.6 Внезапность, которую оказали на русских огонь артиллерии и реактивных миномётов, а также очень энергично проведённое наступление пехоты, привели в начале к следующим результатам:
1) Железнодорожный мост через р. Буг был взят в результате смелой вылазки, взывчатка удалена и мост вместе другим мостом меньшего размера обезопасены. Переход войск по железнодорожному мосту стал возможен.
2) Наступление 130-го пехотного полка южнее крепости и города Брест-Литовска привело к тому, что до обеда были заняты неповреждёнными важные для прохода первой танковой колонны мосты через р. Мухавец юго-западнее и юго-восточнее города; штурмовые лодки 81-го сапёрного батальона, которые поднялись вверх по течению р. Мухавец, сыграли значительную роль при взятии мостов. Мосты удерживались против русских контрударов, в которых использовались танки, при этом 12 русских танков было уничтожено усиленным 130-м пехотным полком.
3) Мост через р. Буг на южной окраине крепости был быстро наведен; кроме того 81-й сапёрный батальон под огнём противника построил 8-тонный временный мост на северной окраине крепости.
Однако очень скоро (около 5.30 — 7.30) стало ясно, что позади наших прорвавшихся вперёд рот русские сформировались и начали очень упорно и стойко защищаться как стрелковым оружием, так и с использованием находящихся в крепости 35-40 танков и бронированных разведывательных машин; при этом выявилось, что они хорошо обучены снайперскому мастерству в стрельбе с деревьев, с крыш и подвалов и, достигая при этом большой скорострельности, вскоре причинили нам большие потери в офицерах и унтер-офицерах. Страх быть расстрелянным при взятии в плен — как комиссары учили солдат — вероятно очень способствовал решению защищаться до последнего.
В ранние предобеденные часы стало ясно, что артиллерийская поддержка ближних боёв в крепости невозможна, так как наша пехота тесно переплелась с русской, и наши боевые порядки в сплетении построек, кустов, деревьев, развалин частью невозможно определить, а частью они даже отрезаны или окружены русскими очагами сопротивления. Многократные попытки действовать отдельными орудиями, танками и легкими гаубицами стрельбой прямой наводкой не удавались из-за недостаточного обзора и из-за угрозы поразить своих солдат и, кроме того, из-за большой толщины стен крепости.
Также ничего не смогла сделать и проходившая после обеда мимо крепости батарея «штурмовых орудий» (самоходка на базе среднего танка с короткоствольной 75-мм пушкой, прим. ред), которую командир 133-го пехотного полка по собственной инициативе подчинил себе. Также и введение в бой новых сил 133-го пехотного полка (до этого резерв корпуса) на южном и на западном островах начиная с 13-15 не принесло изменения ситуации: там, где русские изгонялись, выкуривались из подвалов, домов, канализации и других закоулков, появлялись новые и стреляли превосходно, так что наши потери увеличивались.
Для уничтожения русских танков, которые могли прорваться из крепости в сторону города и для зачистки города севернее северного острова в сторону ж/д станции (северо-западнее города Брест-Литовска) был выведён 45-й истребительно-противотанковый дивизион (без одной роты — она была придана 130-му пехотному полку), где дивизион многократно имел возможность поражать русские танки.
Около 13-50 командир дивизии, находившийся в 135-м пехотном полку (северный остров), лично убедился в том, что ближним (рукопашным) боем крепость не взять и решил около 14-30 так отвести свои войска с тем, чтобы крепость была окружена со всех сторон и затем (ориентировочно после ночного отступления, начиная с раннего утра 23.6.) провести тщательно пристрелянный и наблюдаемый разрушительный огонь, который должен изнурить и уничтожить русских. Это решение было в 18-30 вполне определенно одобрено главнокомандующим 4-й Армии. Он не хотел ненужных потерь, т.к. движение немецких войск по шоссейной и железной дороге уже сейчас стало возможным; воздействие на них противника допускать было нельзя, а в остальном русских следовало выморить голодом.
Вечером 22.6. были отданы приказы на выход из крепости и её окружение 133-м пехотным полком с I-м дивизионом 98-го артиллерийского полка (город Брест) и II-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с запада, юга и востока, и 135-м пехотным полком с III-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с севера, в основном на внешнем валу.
Для ведения поражающего огня упомянутый выше 854-й частично моторизованный дивизион 21-см мортир (12 орудий), находящийся на позициях в районе Koroscyn 31-й дивизии был подчинён 45-й дивизии. Три стационарных мортиры 34-й дивизии были также подчинены 45-й дивизии, но из-за недостатка персонала и средств связи они не могли быть использованы; однако их боеприпасы были подвезены и использовались для усиления огня.
23.6 Ночью проникшие на территорию крепости части 133-го и 135-го полков были согласно приказа отведены на позиции окружения крепости. К большому сожалению русские очень быстро заняли оставленные нами помещения, при этом группа немецких солдат (пехотинцы и сапёры, их число на тот момент ещё не было известным) осталась окружённой в крепостной церкви на главном острове; временами с ними ещё была радиосвязь, и у них находилось какое-то количество пленных русских.
С 5-00 начался наблюдаемый (прицельный) обстрел главного острова и южной части северного острова, при котором тщательное пристреливание большими орудиями чередовалось со шквальным огнём; во время огня активность русских снайперов на деревьях обычно снижалась, но в затишьях между обстрелами тотчас упорно и с успехом вновь возобновлялась; обнаружить этих отлично спрятанных в маскировочной одежде стрелков было очень сложно.
Примерно в 9-00 верховное командование 4-ой Армии предложило поставить автомобиль с громкоговорителем, по которому русским должна была быть разъяснена бесполезность их сопротивления и потребована их сдача. Несмотря на это средство, дивизия пыталась подчинить себе проходящие мимо танки, т.к. было очевидно, что только таким образом можно действительно очистить острова и обойтись без неизбежных при окружении потерь. Тем временем планомерный разрушительный огонь продолжался. В 14-00 прибыл вначале маленький а затем и более крупный пропагандистский автомобиль с громкоговорителем; после записи подходящего текста они были отправлены с учётом направления ветра в 135-й полк (северный остров) и должны были, после проведённого с 17-00 до 17-15 усиленного обстрела, потребовать от русских в течение полутора часов сдаться в плен.
Действительно, по этому требованию, в то время как артиллерия резко смолкла, после 18.30 сдалось примерно 1900 русских; возникло впечатление, что воля к сопротивлению у русских значительно ослабла, и что при возобновлении артиллерийского огня и пропагандистской акции крепость падёт без новых потерь с нашей стороны. Поэтому автомобиль с громкоговорителем ещё вечером был отправлен в 133-й пехотный полк (южный остров), чтобы и там потребовать прекратить сопротивление. Однако пропаганда здесь не смогла быть услышана, так как с наступлением темноты русские предпринимали сильные попытки вырваться в сторону города на северо-восток и на восток, и сильный заградительный огонь артиллерии и пехоты заглушил звук громкоговорителя.
24.6 После попыток прорыва и оживлённого ночного огня русских стало ясно, что сдалась лишь небольшая, не желающая воевать часть русских, другие же были полны решимости к дальнейшей борьбе и отвергали всякую капитуляцию; по высказываниям пленных, это были офицеры и комиссары, которые частью письменно обязались сопротивляться до последнего, а также частью и их солдаты, которых они заставляли держаться до последнего, угрожая расстрелом и запугивая, что немцы их всё равно расстреляют.
Комдив принял решение, продолжая обеспечивать безопасность движения на автомобильном и железнодорожном мостах, вначале снова ввести в действие артиллерию, при этом медленный разрушительный огонь должен был чередоваться с сильнейшим объединённым огнём. В перерывах между обстрелами должны были снова и снова повторяться требования о сдаче, чтобы поколебать решимость русских сопротивляться. В беседе комдива с начальником штаба 4-ой Армии это решение было однозначно поддержано, начальник штаба указал на мнение командующего Армией — напрасно крови не проливать, главное — это обеспечить движение на дороге для танков.
Продолжать артиллерийский обстрел было тяжёлым решением, т.к. окружённые в крепостной церкви продолжали держаться, и в моменты, когда удавалось связаться с ними по радиосвязи, просили помощи; чтобы не вызвать у них потерь, церковь и её ближайшее окружение не подвергались обстрелу, а тяжёлый реактивный миномёт вообще не использовался (т.к. эта система обладала очень высоким рассеиванием снарядов при стрельбе, прим. ред.), хотя к нему ещё имелось 150 снарядов. До обеда сдались отдельные русские.
С 11-30 до 11-45 было запланировано новое сильнейшее массирование огня с последующей затем перерывом и требованием о сдаче по громкоговорителю. Незадолго до этого удалось вновь установить радиосвязь с окружёнными в церкви крепости и узнать, что там на пределе сил держатся как минимум 50 человек, часть из них ранена. Вследствие этого было срочно принято решение о том, что в 11-45, когда артиллерия резко прекратит огонь, вместо пропагандистской акции послать к церкви сильный штурмовой отряд из состава 133-го пехотного полка с задачей вызволить осаждённых.
Используя действие особенно сильного артиллерийского обстрела с 11-30 до 11-45 133-му полку удалось освободить приблизительно 50 осаждённых и одновременно занять главный остров за исключением нескольких домов; также западная часть северного острова была занята 135-м полком, позже и южный остров вторым батальоном 133-го полка; при этом было взято 1250 пленных. Очагами сопротивления русских оставались части некоторых домов и так называемый «Дом Офицеров» на главном острове, восточная часть северного острова (восточнее дороги, ведущей с севера на юг), главным образом вал у северного сооружения (? в оригинале Werk) и восточный форт.
После обеда, во время зачистки главного острова, русские, примерно в составе роты, попытались прорваться через 1-е шоссе в сторону моста через р. Мухавец; они были уничтожены. Оживлённый огонь, который русские вели из своих очагов сопротивления, давал повод ожидать ночью новых попыток прорыва. Поэтому для прикрытия слабого места в кольце окружения между 135-м пехотным полком и 3-м батальоном 133-го полка был ещё поставлен 45-й разведывательный батальон. Русские пехотинцы с танками, действительно, пытались ночью пробиться из окружения, но были отбиты.
Полевой командный пункт дивизии был перенесен из Тересполь в Брест-Литовск.
25.6 С раннего утра продолжалась зачистка очагов сопротивления, при этом командиру 135-го пехотного полка были подчинены ещё 2-й батальон 130-го пехотного полка и 45-й разведывательный батальон с 3-м батальоном 133-го пехотного полка для зачистки северного острова. Применение артиллерии из-за тесноты не было возможным. Огневые средства пехоты оказались бессильны из-за большой толщины стен; тяжёлые танки и «штурмовые орудия» могли бы действовать с успехом, но их не было. Один исправный огнемёт 81-го сапёрного батальона без прикрытия танками не мог приблизиться к зданиям, поэтому дивизия пыталась восстановить и использовать несколько трофейных русских танков, на что можно было рассчитывать к 26.6. Кроме того, ночью командование 4-й Армии по нашему запросу подчинило 45-й дивизии 28-й танковый взвод (три французских танка Somua); введение их в действие ожидалось не ранее 26.6.
Чтобы положить конец фланкирующему огню по северному острову из «Дома Офицеров» на главном острове, что оказывало очень неприятное действие, 81-му сапёрному батальону было поручено группами взрывников очистить этот дом и другие части. С крыши дома заряды взрывчатки были подведены к оконным проёмам и приведены в действие; были слышны крики и стоны раненых взрывами русских, но они продолжали стрелять. Так день прошёл в постоянных ближних боях и приготовлении танков.
26.6 На главном острове 81-й сапёрный батальон провёл заранее подготовленный большой взрыв; из дома, у которого боковая кирпичная стена метровой толщины была вдребезги разбита, было выведено приблизительно 450 пленных, часть из них принадлежала школе коммунистических руководителей. Таким образом был устранен фланкирующий обстрел северного острова. Поэтому сразу после этого могла быть так проведена зачистка северного острова, так как из очагов сопротивления остался только восточный форт. Взять его средствами пехоты было невозможно, так как из глубокого рва с многочисленными капонирами в контрэскарпе и из подковообразного двора вёлся мощный винтовочный и пулемётный огонь, поражавший каждого приближающегося.
Оставалось только одно решение — принудить русских к сдаче голодом и особенно жаждой, а кроме того использовать все средства, ускоряющие изнурение противника: постоянный огонь из тяжёлых минометов, чтобы мешать его передвижению во рве или во дворе, прямой обстрел танками, требование о сдаче голосом (через мегафон) или бросанием записок в ров с его верхнего края и прочее. Французские и русские трофейные танки ещё не были готовы к применению.
27.6 От перебежчика из восточного форта стало известно, что там держат оборону приблизительно 20 офицеров и 370 человек с одним счетверённым пулемётом, 10-ю лёгкими пулемётами, 10-ю пистолет-пулеметами, 1000-ю гранатами, большим количеством боеприпасов и продовольствия. Воды мало, но её добывают из выкопанных ям. В форту есть женщины и дети. Душой сопротивления являются один майор и один комиссар, большинство окружённых из 393-го зенитного дивизиона 42-й стрелковой дивизии.
Наконец, к обеду стало возможным ввести в сражение один французкий танк Somua (два других танка 28-го танкового взвода были неисправны) и один русский трофейный танк (второй из-за частых отказов мотора был только условно пригодным); с их огнём по окнам и амбразурам русские стали намного тише, но успех не намечался.
В дальнейшем были отремонтированы ходовая часть и орудие (восстановлен частично удалённый затвор) «штурмового орудия», которое 22.6 была оставлено повреждённым на северном острове и попало в руки русским, а затем было снова введено в строй, и к ней подвезены боеприпасы. Отельные очаги сопротивления (одиночные русские всё еще стреляли из немыслимейших укрытий, как-то: мусорные вёдра, кучи тряпья и т.д.) были зачищены. Из восточного форта всё ещё велась стрельба.
28.6 Обстрел восточного форта танками и восстановленным «штурмовым орудием» продолжался без видимого успеха. Обстрел 88-мм зенитной пушкой тоже был безуспешным. Поэтому командир дивизии потребовал связаться с лётчиками на аэродроме Malaszewicze, чтобы проверить возможность бомбометания. Результат: бомбы сбросить можно, для этого необходимо оттянуть свои войска за внешний вал и до западного форта. Передислокация была проведена после обеда под прикрытием плотного огня, чтобы русские не смогли вырваться из восточного форта. К сожалению, небо затянулось низкой облачностью, и бомбовый удар 28.6. оказался невозможен. Тесный охват восточного форта был восстановлен; ночью для освещения форта использовались русские прожекторы (частично импровизированы из автомобильных фар).
Русские всё ещё отвечали на каждое неосторожное приближение.
Численность сил, занятых осадой, уменьшается, чтобы частично предоставить войскам необходимый им отдых.
29.6 После 8-00 самолёты сбросили несколько 500 кг бомб без заметных последствий, столь же мало эффективными оказались новые интенсивные обстрелы восточного форта танками и «штурмовым орудием», хотя в стенах были заметны некоторые разрушения.
На 30.6. готовилась атака с бензином, маслом и жиром, которые в бочках и бутылках должны были быть сброшены в ров и зажжены ручными гранатами или сигнальными ракетами.
После обеда самолёты продолжили налёты с 500 кг бомбами. Когда при этом была сброшена одна 1800 кг бомба, которая попала в угол стены рва и своим взрывом сотрясла весь город Брест, сопротивление русских ослабло. Пропустив вперёд некоторое количество женщин с детьми, вечером сдались 389 человек; от своего командира, майора, они теперь получили разрешение сдаться. Они совсем не были потрясёнными, выглядели крепкими и хорошо питавшимися, создавали впечатление дисциплинированности. Майор и комиссар найдены не были, по сведениям, они застрелились.
30.6 Ранним утром восточный форт был полностью обыскан, собраны несколько русских раненых и лежавшие перед ними убитые немцы. Найдено большое количество боеприпасов. Некоторые плохо просматриваемые помещения были выжжены.
Во всё время боевых действий командование могло кроме радиосвязи пользоваться также и проводной связью, которую батальон связи, несмотря на большое количество водных преград и постоянный огонь противника, сохранял образцовым образом.
В результате тяжёлых боёв дивизии с 22 по 29. 6.41 можно констатировать: 1) Крепость и город Брест-Литовск заняты и таким образом движение по важнейшим путям снабжения (1-я танковая дорога и железная дорога Варшава, Брест-Литовск) на восток стало возможным и надежно прикрытым.
2) Крупные силы двух русских дивизий (6-й и 42-й) уничтожены, среди прочих захвачены следующие трофеи:
c) подвижные средства: 36 танков и гусеничных машин, около 1500 автомобилей, в большинстве непригодных, 18 прочих пушек.
Пленными взято: 101 офицер, 7.122 унтер-офицера и солдата
Кроме того у русских тяжёлые потери убитыми.
На основании полученного опыта можно доложить:
1) Против старых укреплений с толстыми кирпичными стенами, укреплёнными бетоном, с глубокими подвалами и многочисленными непросматриваемыми и неясными закоулками и тайниками сильный короткий артиллерийский удар бесполезен; необходим продолжительный разрушительный огонь с наблюдением, чтобы его действие дошло до глубины укреплённых помещений.
Использование отдельных «штурмовых орудий», пушек, танков и т.д. из-за непросматриваемости многих закоулков крепости и большого числа возможных целей очень сложно и из-за толщины стен и сооружений не ведёт к успеху.
Особенно непригодна для таких целей тяжёлая реактивная установка залпового огня.
Воздушные удары самыми тяжёлыми бомбами есть отличное средство для морального потрясения гарнизона.
2) Внезапное нападение на крепость, в которой находится решительный защитник, стòит много крови. Эта азбучная истина в Брест-Литовске вновь подтвердилась. И для короткой внезапной схватки нужны мощные артиллерийские силы.
3) Русские сражались в Брест Литовске неимоверно выносливо и стойко, показали отличную солдатскую выучку и в большинстве своем проявили заслуживающую уважения готовность сражаться.
45-я дивизия поставленную ей задачу выполнила.
Потери были тяжёлые; они составляют: — 32 офицера, 421 унтер-офицер и солдат убиты или пропали без вести — 31 офицер, 637 унтер-офицеров и солдат ранены
Несмотря на эти потери и на выносливость и смелость русских, твёрдый воинский дух дивизии, которая получает своё пополнение главным образом из верхнедунайской области (т.е. Австрии, прим. ред.) малой родины фюрера и верховного главнокомандующего, образцово выдержал до последнего дня кровавые ближние бои.
Подписал Шлипер (Schlieper)
Копия верна, капитан
(подпись неразборчива)
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Вечером 22.6. были отданы приказы на выход из крепости и её окружение 133-м пехотным полком с I-м дивизионом 98-го артиллерийского полка (город Брест) и II-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с запада, юга и востока, и 135-м пехотным полком с III-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с севера, в основном на внешнем валу.
Железнодорожный мост через р. Буг был взят в результате смелой вылазки, взывчатка удалена и мост вместе другим мостом меньшего размера обезопасены. Переход войск по железнодорожному мосту стал возможен.
) Наступление 130-го пехотного полка южнее крепости и города Брест-Литовска привело к тому, что до обеда были заняты неповреждёнными важные для прохода первой танковой колонны мосты через р. Мухавец юго-западнее и юго-восточнее города; штурмовые лодки 81-го сапёрного батальона, которые поднялись вверх по течению р. Мухавец, сыграли значительную роль при взятии мостов. Мосты удерживались против русских контрударов, в которых использовались танки, при этом 12 русских танков было уничтожено усиленным 130-м пехотным полком. 3) Мост через р. Буг на южной окраине крепости был быстро наведен; кроме того 81-й сапёрный батальон под огнём противника построил 8-тонный временный мост на северной окраине крепости.
И учитывая то что Минск был взят немцами 28 ИЮНЯ!!! то очень трудно не согласиться с Владимир Бешанов, историк:" Стратегического значения Брестская крепость не имела никакого"
"Русские сражались в Брест Литовске неимоверно выносливо и стойко, показали отличную солдатскую выучку и в большинстве своем проявили заслуживающую уважения готовность сражаться."
Этот объект тоже после двух лет обороты, тоже не имел никакого стратегического значения, но тем не менее его обороняли. Или ты другого мнения?
ст. Безречная 1972-1974 Дивизионные объединенные склады. В/Ч 58900Т
Умираю, но не сдаюсь! Судьба человека, который написал известные всему миру строки...
[ image disabled ]
Самую "известную" надпись многие оставшиеся в живых защитники крепости относили именно к этому человеку - Тимеряну Хабуловичу Зинатову.
По национальности Тимерян Хабулович был татарин. Перед войной – курсант полковой школы (42-й стрелковый полк 44-й стрелковой дивизии).
Из воспоминаний Тимеряна Зинатова: "Когда наш штаб горел, мы - Амосов, Гущин и я - из огня вытащили полковое знамя и спрятали под кухней-столовой 44-го полка в подвале". Тогда же, во время неудавшегося прорыва к Северным воротам, Тимерян был ранен. Его вместе с другими раненными отправили в подвалы казармы 333-го стрелкового полка. Он был очень слаб, но обузой для товарищей оставаться не хотел. Снаряжал пулеметные и автоматные диски, брел за патронами в склад боепитания. А через день и сам взялся за оружие.
Из воспоминаний Тимеряна Зинатова: "26 июня решили прорваться через Мухавец. С легкоранеными собралось человек сто. К воде под сплошным вражеским огнем ринулись внезапно. На другую сторону переправилось чуть больше десятка. Заняли один из казематов против Трехарочных ворот.Патронов мало. Еды и воды не было совсем. Днем отстреливались от наседавших гитлеровцев, а ночью пытались найти щель в боевых порядках врага. Но каждый раз нас обнаруживали.К 30 июня из всей группы осталось четверо. Трое вели огонь через окна, а вторично раненый Зинатов охранял подступы к дверям. Ему отдали единственную гранату. Метнул ее в наступающую группу фашистов. Тут и самого оглушило сильным взрывом."
30 июня 1941 года Зинатов попал в плен. Дважды бежал из немецкого концлагеря – второй раз удачно. Закончил войну в действующей армии, как и начинал – рядовым солдатом. За оборону Брестской крепости был награжден орденом Отечественной войны II степени. После войны исколесил всю страну, работал на стройках дальнего Севера, строил БАМ, а когда вышел на пенсию, остался жить в Сибири. В Усть-Куте.
Несмотря на то, что от Усть-Кута до Бреста много тысяч километров, Тимерян Зинатов каждый год приезжал в Брестскую крепость, дарил сотрудникам музея торты. Его все знали. В последний раз Зинатов приехал в Брест в сентябре 1992 года, все было как обычно: встретился с фронтовыми друзьями, побродил по крепости. Конечно, заметил, что поток посетителей заметно уменьшился. Наступили времена, когда стало модно чернить наше советское прошлое и его героев…
В 1992-ом году городские власти впервые за много лет не провели в крепости траурную церемонию посвящённую началу Великой Отечественной войны. Возмущенный Тимофей Петрович Домбровский, защитник Брестской крепости, ветеран, позвонил председателю горсовета И. Венцелю.
- А мы этот праздник не отмечаем, - ответил тот. - Да не праздник это, а начало всенародной трагедии! - Не вмешивайтесь не в свое дело.
Брошенные на произвол судьбы городскими властями, варварски громятся и растаскиваются по дачным участкам бывшие казармы полковой школы 84-го стрелкового полка на Госпитальном острове. Все городские предприятия и организации прекратили многолетнее шефство над мемориалом. А в Вечный огонь подвыпившие в соседней столовой гуляки могут бросить бутылку и, на тот момент, уже дважды сбивали с плиты бронзовые буквы: "Стояли насмерть. Слава героям!"
И все это узнал при своем последнем приезде в священный для него город Тимерян Хабулович.
...Тимерян Зинатов бросился под поезд. Строки его последнего письма, повторенные газетами, в том числе "Правдой", заставили содрогнуться: "Если бы тогда умер от ран, я бы знал: погиб за Родину. А вот теперь - от собачьей жизни... Не считайте меня сумасшедшим...
Извините, что таким образом объявляю протест нашему ельцинско-гайдаровскому правительству. Конечно, это не метод борьбы, но другого выхода у меня нет бороться с теми, кто нас, ветеранов, поставил на колени. Но я хочу умереть стоя, чем на коленях просить нищенское пособие для продолжения своей старости и дотянуть до гроба с протянутой рукой! Так что, уважаемые, не судите крепко меня и войдите в мое положение. Средства оставляю, если не обворуют, надеюсь, на закопание хватит… гроба не надо… Я в чем есть, той одежды хватит, только не забудьте в карман положить удостоверение защитника Брестской крепости – для потомков наших. Мы были героями, а умираем в нищете! Будьте здоровы, не горюйте за одного татарина, который протестует один за всех: “Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина!"
Расходы на похороны Брестские городские власти взяли на себя. Похоронили героя за счет статьи “текущее содержание объектов благоустройства”…
[ image disabled ]
В предсмертном письме Тимерян Хабулович просил похоронить его в "зоне Брестской крепости": тут, рядом, гарнизонное кладбище, где, кстати, покоится майор Петр Михайлович Гаврилов - командир полка, в котором Зинатов служил. Но за четыре года до этих событий кладбище закрыли для захоронений, хотя "в порядке исключения" там хоронят до сих пор. Собственно, об этом и просило руководство Мемориального комплекса, обращаясь к руководству горисполкома. Но просьбе не вняли.
На похороны, кроме прилетевших родственников, собрались только сотрудники музея и несколько ветеранов. Всего человек двадцать. Один-единственный венок - от работников Мемориала.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
«…Отчего бросился под поезд старый солдат Тимерян Зинатов? Начну издалека… С письма в “Правду” от Виктора Яковлевича Яковлева из станицы Ленинградская Краснодарского края. Участника Великой Отечественной войны, защитника Москвы в 41-м и участника московского парада в честь 55-летия Победы. Написать в редакцию его заставила большая обида…
Недавно они с другом (бывший полковник и тоже ветеран войны) ездили в Москву. Надели по этому случаю праздничные пиджаки с орденскими колодками. За день устали от шумной столицы и, когда пришли на Ленинградский вокзал, захотелось где-нибудь присесть до прихода поезда. Свободных мест не оказалось, тогда они зашли в пустующий зал, где были буфет и мягкие кресла. К ним тут же подскочила девушка, разносившая по залу напитки, и грубо показала на выход: “Сюда вам нельзя. Здесь бизнес-зал!”. Дальше цитата из письма: “Я ей сгоряча ответил: “Значит, это для воров и спекулянтов, а нам нельзя? Как когда-то в Америке: вход неграм и собакам воспрещается”. О чем было еще говорить, когда все ясно. Мы повернулись и ушли. Но я успел заметить, как несколько этих так называемых бизнесменов, а попросту – жуликов, там гоготали, жрали, пили… Забыто уже, что мы тут кровь проливали… Все отобрали у нас эти сволочи чубайсы, вексельберги, грефы… Деньги, честь. И прошлое, и настоящее. Все! А теперь бреют в солдаты наших внуков, чтобы защищать их миллиарды. Вот я хочу спросить: за что мы воевали? Сидели в траншеях – осенью по колено в воде, зимой в лютые морозы – по колено в снегу, месяцами не снимали одежду и не спали по-людски. Так было под Калинином, Яхромой, под Москвой… Там мы не делились на богатых и бедных…”
Можно, конечно, сказать, что не прав ветеран – не все бизнесмены “воры и спекулянты”. Но посмотрим его глазами на нашу посткоммунистическую страну… На высокомерие новых хозяев жизни, на их брезгливость к “людям вчерашнего дня”, от которых, как пишут в гламурных журналах, исходит “запах бедности”. Так, по мнению авторов этих изданий, пахнут торжественные собрания в больших залах в день Победы, куда раз в год приглашают ветеранов и говорят в их честь лицемерные хвалебные речи. А на самом деле они сегодня никому не нужны. Наивны их мысли о справедливости. И их преданность советскому образу жизни…
В начале своего президентства Ельцин клялся, что ляжет на рельсы, если допустит снижение уровня жизни народа. Уровень этот не просто снизился, а упал, можно сказать, в пропасть. Однако Ельцин на рельсы не лег. А лег под поезд в знак протеста осенью 1992-го старый солдат Тимерян Зинатов…»
Сайт газеты «Правда». 1997 г.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
На руинах Брестской крепости через 20 лет. Брест, 1961 год.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Так всё и было, как говорится, "из песни слова не выкинешь"..
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Легенды и мифы 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР
Поводом для создания этих заметок стали ошибки и неточности, разбросанные по многочисленным форумам и электронным изданиям Сети. Однако ошибки ошибкам рознь. На одни из них, вызванные отсутствием необходимых знаний, можно не обращать внимания, однако на других выстроены целые теории, имеющие определенную, тенденциозную направленность.
Именно о таких легендах и мифах пойдет речь. Батальон пока отдыхает…
В седьмой главе известной книги В. Суворова «Ледокол», где автор пытается (и порой небезуспешно) доказать свою теорию о готовности СССР к нападению на Германию, о 132-м батальоне говорится буквально следующее:
«Части НКВД были придвинуты к границам невероятно близко. Некоторые находились буквально в нескольких метрах от границ. Пример: 132-й отдельный батальон НКВД находился в Тираспольском укреплении Брестской крепости. Для обороны? Нет. Крепость для обороны не готовилась, в ней предполагалось в случае войны оставить один стрелковый батальон обычных войск.
А может, батальон НКВД предназначен охранять границу? Да нет же, для этого рядом, в тех же казармах находится 17-й пограничный отряд (полк), а 132-й батальон НКВД не пограничный, а КОНВОЙНЫЙ. Он использовался для конвоирования "врагов" из Западной Белоруссии, но вот его поместили на ЗАПАДНОМ берегу Западного Буга. Батальон пока ничего не делает — очень трудная дорога в Советский Союз: нужно на лодках чекистов переправлять в старую цитадель через Буг, там надо пройти через множество ворот и мостиков, через рвы, перейти Мухавец и снова — рвы, валы и бастионы.
Врагов в крепости нет, а до города не близко. Так что батальон пока отдыхает. Тираспольское укрепление (Пограничный остров) — это вообще-то уже на польской, точнее, в то время — на германской территории, и в Германию попасть — только мостик перейти.
Любого исследователя ждут великие открытия, если он только займется серьезным изучением состава и дислокации войск НКВД накануне германского вторжения. А мы поспешим вперед, нет времени на этом останавливаться, тут материалов на многие тома. Скажу только, что 132-й конвойный батальон был не один».
Эту же тему он продолжает и 16-й главе книги «Беру свои слова обратно»:
«Кто и как готовил оборону Бреста? Ведут туристов по Брестской крепости: посмотрите направо, посмотрите налево, это — цитадель, это — остров Пограничный, а это — Госпитальный... Все ясно, все понятно. Только вот... На острове Пограничном в Тереспольском укреплении Брестской крепости на западном берегу Западного Буга находился 132-й отдельный батальон войск НКВД. В музее обороны крепости вам расскажут о специфике этого батальона. Он был конвойным. Любой справочник (например, «Великая Отечественная война. Энциклопедия». М., 1985. С. 110) эти сведения подтверждает. Расстояние от казарм 132-го отдельного конвойного батальона НКВД до государственной границы измерялось десятком шагов.
Я ничего не понимаю. Пусть хоть кто-нибудь мне объяснит, зачем тюремных вертухаев посадили к границе ближе, чем пограничников? Если готовились к внезапному сокрушительному удару по Германии, тогда все ясно. В случае нападения Красной Армии на Германию тут был бы развернут приемный и пересыльный пункт военнопленных и классово чуждого элемента. Крепостные рвы, казематы и бастионы — это сооружения, по конструкции и по духу родственные тюремным и каторжным централам. Издревле крепости служили тюрьмами. Так, построенная Петром Петропавловская крепость уже при нем служила тюрьмой. Но никакие боевые свершения и подвиги в ее послужном списке не числятся.
Брестская крепость в качестве пересыльного лагеря вполне сгодилась бы. И транспортировка пленных из Бреста проблемы не представляла. Брест — ворота Советского Союза. Отсюда могучая магистраль ведет прямо в Москву, а это самый крупный железнодорожный транспортный перекресток мира. Другого столь мощного железнодорожного узла на этой планете не сыскать. Из Бреста — на Москву, а дальше — куда угодно, гони скотскими эшелонами хоть сто тысяч врагов, хоть миллион. Рядом с пересыльным лагерем Брест можно было бы устроить фильтрационные лагпункты. Два кольца фортов вокруг крепости вполне для этого сгодились бы. Стены там глухие, непробиваемые.
Пусть орут в пыточных камерах, никто не услышит. Тут и расстрельные пункты можно было бы организовать. Урочище Борки или Ведьмы Лисьи на юг от Бреста просто природой созданы для такого дела. Можно, конечно, врагов расстреливать и подальше от границы. Кстати, если отъехать на восток по этой магистрали, то именно рядом с ней мы найдем самые знаменитые (из известных) расстрельные места Советского Союза: Куропаты под Минском, Катынь под Смоленском.
Но если нападение на Германию не готовилось, тогда назначение 132-го отдельного конвойного батальона НКВД, а главное, его расположение — чистый идиотизм, если не вредительство».
Приведенные отрывки являются классическим примером того, как на одной, небольшой, в общем-то, неточности выстраивается ложная концепция. Дело в том, что 132-й батальон никогда не располагался на «западном берегу Западного Буга», т.е. на острове Пограничном. 1-я рота была рассредоточена в городах Кобрин, Пружаны и Пинске, 3-я рота обычно конвоировала эшелоны с арестованными и спецпереселенцами в различные регионы СССР, а 2-я рота, охранявшая тюрьмы в г. Бресте и самой Брестской крепости, располагалась в кольцевых казармах Центрального острова. Там же находился штаб батальона и различные службы, обеспечивавшие жизнедеятельность данной части. И, естественно, бойцы батальона никак не могли «отдыхать» в преддверии гипотетического наступления на «Тираспольском» (правильно – Тереспольском!) укреплении. У них было достаточно много работы по своему основному предназначению — конвоированию эшелонов и охране тюрем. Шашки наголо!..
Еще одно упоминание о 132-м батальон встречаются в публикациях, посвященных «последнему Верховному Походному атаману всех казачьих войск, почетному кубанскому, терскому, донскому и сибирскому казаку, храброму офицеру и стойкому антикоммунисту» Гельмуту фон Панвицу (Паннвитц), командовавшему 22 июня 1941 г. конным разведывательным батальоном 45-й пехотной дивизии Вермахта:
«По одной из версий, разведбатальон фон Паннвица участвовал в разгроме 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД, личный состав которого нес охрану городской тюрьмы Брест-Литовска и следственного изолятора Брестской крепости. Соответствующая информация содержалась в статье "Неизвестные страницы биографии Г. фон Паннвица", опубликованной в общеказачьем журнале "Станица" №1 (47)».
Эти строки принадлежат некоему Вольфгангу Акунову, которому за статью «REX LUPUS DEUS», опубликованную в первоначальном варианте в московском журнале "Наследие Предков" №20 (2004), а затем перепечатанную сайтом Международной военно-исторической ассоциации, была вынесена благодарность «от имени всех Казаков националистов Канады, от Атамана Ширина Александра Васильевича, от правления Станицы имени легендарного Атамана-Батьки Молодидова, от Председателя правления Старейшин Станицы и идеолога казачьего национализма США и Канады Сергея Ивановича Бороздина». Донские, кубанские и прочих войск казаки, живущие на территории современной России, В. Акунова почему-то никак не отблагодарили. Однако что же это за автор, которого я никак не примечал в списках российских историков? Покопавшись в Сети, я нашел следующие данные:
«Вольфганг Акунов.
В возрасте 25 лет в силу глубокого внутреннего убеждения принял Православную Веру. Имя в Святом Крещении - Владимир. Поэт, писатель, журналист, историк, переводчик. Заместитель главного редактора военно-исторического журнала "Рейтаръ" (Москва). Бальи Большого креста русского Ордена Святого Иоанна Иерусалимского. Офицер Ордена Храма. Состою в Российском Имперском Союзе-Ордене (соратник РИС-О), Русском Имперском Движении, Союзе журналистов России, Международной Федерации Журналистов, Международном Союзе славянских журналистов и Общероссийской общественной организации "Журналисты России" (Московское региональное отделение).
Член Арльбергского братства Святого Христофора (Bruderschaft St. Christoph am Arlberg, Австрия), международного Объединения дроздовцев (Drozdovsky Inc.), Центрального Совета Военно-исторической комиссии Всероссийского Общества охраны памятников истории и культуры, Добровольческого корпуса и Московского им. генерала П.Ф. Космолинского корпуса (Кадр 2-го Корниловского Ударного полка), военно-исторического клуба "Офицерское собрание", военно-исторического клуба "Доброволецъ-ХХ век", Союза казаков и Белого Союза казачьих войск.
Товарищ атамана Межрегионального казачьего объединения "Станица". Представитель Товарищества XV Казачьего Кавалерийского Корпуса имени генерала Гельмута фон Паннвица в Российской Федерации. Действительный член Международной Академии энергоинформационных наук. Заслуженный член Российского Геральдического Общества. Автор 12 книг на военно-исторические темы и многочисленных статей в журналах и альманахах "Родина", "Рейтаръ", "Белая гвардия", "Белая Армия/Белое дело", "Доброволецъ", "Наследие предков", "Европеец", "Ultima Thule", "Реванш", "Имперский курьер", "Донском Атаманском Вестнике", сборниках Духовно-рыцарской Академии и Рыцарского клуба. Почетный гражданин г. Костромы. Остальное, при желании, можно узнать в Википедии».
Перечень регалий впечатляет. Подобные чувства в последний раз я испытал, читая список наград «нашего дорогого Леонида Ильича Брежнева». Впрочем, любовь к украшательству — сугубо личное дело. Лучше прочитаем заметку в «Станице», отталкиваясь от которой В. Акунов приводит в качестве «версии» участие Панвица в разгроме 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД:
«НЕИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ БИОГРАФИИ Г. ФОН ПАННВИЦА Каких только обвинений не предъявляют наследники сталинско-брежневских фальсификаторов истории генералу Гельмуту фон Паннвицу! Среди них — «преступления» при участии в штурме Брестской крепости.
Начнем с того, что Г. фон Паннвиц никогда не был нацистом и не состоял в национал-социалистической рабочей партии. Совсем наоборот — он был противником идей расового превосходства и был известен либеральными русофильскими, казакофильскими взглядами. Он всегда был сторонником восстановления монархии в Германии.
Как германский офицер, он исполнял долг перед своим государством. На 22 июня 1941 года фон Паннвиц командовал конным разведбатальоном 45-й пехотной дивизии Вермахта, штурмовавшей Брестскую крепость.
Как следует из документов, в 4–00 утра солдаты фон Паннвица переправились вплавь на лошадях через реку Буг на остров Пограничный Тереспольского укрепления Брестской крепости. В ходе внезапной атаки кавалеристами еще кайзеровской школы был частично вырублен, а частично пленен личный состав… 132-го отдельного конвойного особого батальона войск НКВД!
Такие батальоны предназначались для конвоя осужденных в лагеря и тюрьмы, для участия в карательных операциях. То есть это были самые что ни на есть настоящие тюремные вертухаи! Уничтоженный батальон НКВД, в частности, «прославился» зверствами при проведении коллективизации и искусственного голодомора на Дону и Кубани, подавлял восстания казаков, участвовал в конвоировании и массовых расстрелах польских офицеров в Катыни и Старобельске.
Но что же делал 132-й отдельный конвойный особый батальон войск НКВД всего в нескольких десятках метрах от границы? Его бойцы следили за выполнением приказа Сталина «на провокации не поддаваться и огня не открывать». Они расстреливали командиров и бойцов РККА, которые перед нападением гитлеровской Германия пытались привести своё оружие в боевую готовность и занять оборону в фортах Брестской крепости! В результате не были приведены в боевую готовность танки 2-й танковой советской дивизии, оказались без снарядов тяжёлые артиллерийские батареи крепости, а солдаты и офицеры — без автоматов и винтовок. Все боеприпасы так и остались лежать на складах.
Из-за этого в первые 30 минут боя была уничтожена артиллерия и все танки Брестской крепости — не сделав по врагу ни одного выстрела! Многие из них были захвачены немецкими солдатами неповрежденными.
В случае начала войны 132-й особый батальон НКВД должен был выполнять ещё и роль заградотряда, «подбадривая» красноармейцев пулеметными очередями в спину.
Теперь понятно, что за особо тяжелое преступление совершил генерал фон Паннвиц перед товарищами Сталиным и Берией, порубав сотрудников НКВД из числа тюремных конвойщиков, вертухаев и заградотрядчиков! Отсюда — их яростная ненависть к будущему казачьему атаману.
Особо отметим, что по окончании того боя фон Паннвиц запретил своим подчиненным расстреливать военнопленных солдат и офицеров, нарушив приказ Гитлера о расстреле на месте всех комиссаров, евреев и сотрудников НКВД. В результате многие из военнопленных красноармейцев РККА и бойцов НКВД (при участии фон Паннвица) были зачислены в качестве добровольных помощников (т.н. «хиви») в состав 45-й пехотной дивизии Вермахта.
Командование 34-й дивизии Вермахта, тоже штурмовавшей Брест, поступило также. И уже осенью 1941 года эта пехотная дивизия состояла на 40 % из бывших советских военнослужащих. А 45-я пехотная дивизия Вермахта — на 17 %…
Героическая оборона Брестской крепости почти безоружными красноармейцами стала достоянием. Российской истории. Но до сих пор наследники тюремных вертухаев из числа нынешних историков замалчивают причины этой и других подобных трагедий. Почему участники обороны Брестской крепости оказались 22 июня 1941 года практически безоружными, по чьей вине? Разве виноват в этом аристократ и германский офицер Г. фон Паннвиц? …
ветеран ВОВ, инвалид 2-й группы Гицевич Л.А. ветеран ВОВ, инвалид 2-й группы, подполковник Ульянин Ю.А., член Союза журналистов России»
(опубликовано на сайте «Историко-культурное наследие Кубани»)
Что можно сказать по поводу этой заметки? Единственное слово правды, которое я в ней обнаружил, это участие батальона в конвоировании (но не расстреле!) польских офицеров, причем, не в Катынь, а Минск. Если, конечно, это были не другие родственные части из 252-го конвойного полка.
Нет смысла опровергать каждую строчку приведенных измышлений. Достаточно сказать, что 132-й батальон никак не мог прославиться «зверствами при проведении коллективизации и искусственного голодомора на Дону и Кубани» и подавлять «восстания казаков», ибо создан был лишь осенью 1939 года и сразу же был расквартирован в Брестской крепости.
Обращают на себя внимание и разночтения в материалах В. Акунова и Л. Гицевича с Ю. Ульяниным. Первый указывает, что Г. Панвиц «вел боевые действия в городе Брест-Литовске, а не в Брестской крепости». Вторые — «в 4–00 утра солдаты фон Паннвица переправились вплавь на лошадях через реку Буг на остров Пограничный Тереспольского укрепления Брестской крепости», где « в ходе внезапной атаки кавалеристами еще кайзеровской школы был частично вырублен, а частично пленен личный состав… 132-го отдельного конвойного особого батальона войск НКВД!»
Возникает естественный вопрос: где и кого порубали шашками лихие «кавалеристы еще кайзеровской школы» атамана Панвица? На о. Пограничном, как уже указывалось выше, бойцов 132-батальона не было, а в г. Бресте находился лишь караул корпуса №1 тюрьмы №23 в количестве 21 человека. Если речь идет именно о них, то два десятка бойцов — это менее 4% от батальона. Возможно, Панвиц был достойным человеком и не менее достойным офицером, но приписывать ему заслуги в «разгроме» столь невеликого числа молоденьких солдат — честь не из самых выдающихся. Вертухаем быть легче…
В своей публикации В. Акунов цитирует и заметку жителя Бреста Ю. Кузнецова о пропущенном слове в названии памятника воинам 132-го батальона и о «захваченном немцами» знамени этого подразделения. Вот данные на этого человека, датированные мартом 2008 года:
«Кузнецов Юрий Иванович. Родился в 1952 в Бресте. 1974: военный инженер - баллистик - военная академия Можайского, Ленинград. 1984: системный инженер - военная академия Дзержинского, Москва. Служил в Ракетных войсках стратегического назначения на должностях связанных с эксплуатацией и разработкой специального программного обеспечения. С 1994 на гражданке. Подполковник запаса. После этого работал инж. - программистом в разных банках и немного в других организациях. В 2002 - с должности гл. инж. программиста филиала Белорусбанка в Бресте ушел в бизнес. С тех пор представляет в брестском регионе одно из информационно - правовых агентств. Женат. Двое взрослых сыновей».
А вот и выдержка из его статьи о памятнике, опубликованной на сайте brest-sv.com. Современники о Бресте:
«…некий 132-й отдельный батальон конвойных войск НКВД, мемориальная доска которому установлена в Брестской крепости; в нескольких десятках шагов восточнее Тереспольских ворот со стороны реки. На этой доске в названии батальона пропущено слово «конвойных»: («Здесь в июне 1941 года героически сражались с фашистскими захватчиками воины 132-го отдельного батальона войск НКВД. Вечная слава героям»).
Почему искажено название подразделения? По невнимательности? Или не хотели писать, что прямая задача подразделения была – конвоировать? Т.е., чтобы не возникали у людей вопросы: Кого? Куда? Когда? Почему? Зачем? Очевидно, что это УМЫШЛЕННОЕ замалчивание. Как раз в духе многодесятилетней советской идеологии с целью отсечения той самой вышеупомянутой многогранности истины. Одновременно, как и всегда, хочу ясно сказать, что не собираюсь умалять величие подвига подлинных Героев. И дрались отчаянно и фашизм победили. Здесь речь, как и в очерке о Голдмане, пойдет скорее о политике советской власти в те годы в отношении простых брестчан. Наших с вами земляков. А люди, в том числе и конвойные войска, делали то, что им приказывали. Итак, этот рассказ о том лишь одном слове, которое умышленно не написали на этой доске и о том, что с ним было связано в те годы».
Далее автор цитирует пространную статью о довоенных депортациях населения Западной Белоруссии и Западной Украины, а заканчивает свой материал следующим образом:
«А теперь несколько слов о знаменах двух воинских подразделений Брестской крепости. Широко известно, что знамена других частей (не НКВДэшных), например, знамя 393 отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона, было спрятано военнослужащими тщательнейшим образом. Через 15 лет защитник Брестской крепости Р.К. Семенюк публично извлек его из тайника. Этот факт был снят на кинопленку и запротоколирован. Он зарегистрирован и в книгах С.С. Смирнова «Брестская крепость» и А. Суворова «Брестская крепость на ветрах истории». Бережно упакованное знамя даже не испортилось. Т.е. в данном случае полностью были выполнены требования Устава внутренней службы. Выписка из главы "Боевое Знамя воинской части": «Весь личный состав воинской части обязан самоотверженно и мужественно защищать Боевое Знамя в бою и не допустить его захвата противником. При утрате Боевого Знамени командир воинской части и военнослужащие, непосредственно виновные в ТАКОМ ПОЗОРЕ, подлежат суду, а воинская часть — расформированию».
Я не собираюсь винить тех, кто воевал. Не имею НИКАКОГО права. Перед войной в голову нашим военнослужащим постоянно вдалбливали тогдашнюю установку партии и правительства: «Не поддавайтесь на провокации. У нас с немцами Договор о ненападении. Войны не будет». И вот, вопреки всему этому - мощным, одновременным, прекрасно скоординированным по фронту в 1200 км, и неожиданным по масштабу и характеру ударом, тебя начинают убивать. Причем организовано, грамотно, методично. Выведя из строя почти полностью все наше боевое управление в прифронтовой зоне и значительно далее на восток. Все это понятно. Никто НИКОГО из простых людей не винит! Не они виноваты!!! Здесь просто сопоставляются эти два факта. Военнослужащие 393 зенитного артиллерийского дивизиона блестяще выполнили вышеупомянутое требование устава, а военнослужащие 132–го батальона конвойных войск НКВД - главной тогдашней силовой опоры политики партии и государства, находившиеся точно в таких же условиях(!), данное требование не выполнили. Их захваченным знаменем хвастаются фашисты. Вывод напрашивается только один: вертухаем быть легче, чем солдатом…»
Легенды и мифы 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР
Я не служил ни в конвойных войсках, ни в обычных, поэтому не знаю, где «легче». Смущает только неправомочное, на мой взгляд, применение эпитета «захваченное» по отношению к знамени 132-го батальона. Во-первых, оно не было захвачено (т.е. отобрано) немцами во время какой-либо атаки, а было случайно найдено 2 июля 1941 года в давно опустевших казармах батальона. Во-вторых, это знамя было не потеряно, а спрятано в одном из вентиляционных отверстий. Вот как об это вспоминал боец 132-го батальона Д. Кожанов в письме писателю С. Смирнову: «У нас (Новиков и я и еще мл. командир) находилось знамя 132-го б-на Н.К.В.Д., подвязанное под гимнастеркой, которое хранили как свое сердце. Притом находимся в безнадежном положении, мы посоветовались втроем и решили, чтобы знамя не попало в руки врагу, убрать в воздушной трубе второго этажа напротив штаба б-на 132-го. Вынули три кирпича, положили туда и опять заложили кирпичом».
Знамя, по мнению бойцов, было спрятано достаточно надежно (а что лучше можно было придумать, находясь на втором этаже?), и не их вина, что во время многочисленных артобстрелов заложенные кирпичи вывались из стены, и флаг впоследствии был обнаружен противником. Поэтому сопоставление с историей знамени 393 ОЗАД я считаю абсолютно неправомочным, ибо в обоих случаях бойцы выполнили свой долг. При этом Ю. Кузнецов почему-то не упоминает о судьбе знамен других войсковых подразделений, находившихся в Брестской крепости, о тех, которые просто сгорели или сгнили в земле.
Ведь, следуя его логике, они тоже были утрачены, а значит, нужно было расформировать и те части, которые их «утеряли». Нет, автору заметки нужно было унизить именно батальон конвойных войск НКВД. Этот батальон, кстати, 10 июля 1941 года был действительно исключен из официального перечня частей, входящих в состав действующей армии. Но не за утерю знамени, а как целиком погибший в боях. Пусть так и напишут…
И, напоследок, еще один очень распространенный миф о 132-м. Правда, на этот раз совершенно противоположный по своей направленности.
В очень многих публикациях, особенно на сайтах нынешних МВД России и Беларуси, говорится, что «еще со школьной скамьи нам знакома надпись, сделанная одним из защитников Брестской крепости: «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина! 20/VII — 1941 г.» Эти слова начертаны на стенах казармы, в которой держал оборону 132-й отдельный батальон войск НКВД, бойцы и командиры которого героически сражались в гарнизоне крепости».
Легенды и мифы 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР
На примере этой надписи командование подразделений и училищ внутренних войск учит вверенный ему состав надлежащему исполнению воинского долга. Учить, конечно, нужно. И надпись, действительно, является подтверждением стойкости защитников Брестской крепости. Но только находилась она не в казармах нашего батальона. На это в свое время указал исследователь истории обороны крепости, подполковник запаса Ю. В. Фомин (г. Брянск).
По его словам, надпись была обнаружена в казематах у Белостокских ворот и к месту расположения батальона отношения не имеет. (http://forum.patriotcenter.ru/
index.php?topic=1307.135)
Автором этой надписи, которую по негласному решению ЦК стали считаться чуть ли не основным лейтмотивом Великой Отечественной войны, символом мужества советского народа и преданности делу КПСС, является, вероятнее всего, курсант пулеметной школы 44 стрелкового полка (того самого, которым командовал знаменитый Петр Гаврилов) Тимерен Зинатов, после войны проживавший в г. Усть-Куте Иркутской области. Устав доказывать свое авторство, он в сентябре 1992 года приехал в Брест и свел счеты с жизнью, бросившись под поезд. В его предсмертной записке есть такие строки: «Если б тогда умер от ран, я бы знал — погиб за Родину. А вот теперь от собачьей жизни. Пусть так и напишут на могиле».
Такова она — суровая правда, не нуждающаяся ни во вмешательстве «резунеров», ни, напротив, в указке «сверху».
А мифы и легенды были и будут. Главное в этом деле — обладать здравым смыслом и критически относиться к современным сказкам.
Александр ПОЛАНУЕР, член Союза писателей России, г. Волгоград.Февраль 2014 год
Источник Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Захваченное немцами знамя 132-го батальона конвойных войск НКВД. Фото из личного альбома одного из солдат вермахта.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Известная брестская тюрьма «На Бригитках» в последнее время часто упоминается в различной исторической и мемуарной литературе. При этом большинство читателей даже не догадываются о том, что здание этой тюрьмы находилось непосредственно на территории знаменитой Брестской крепости и тесно связано с ней множеством интересных исторических событий.
Пересылка в монастыре
Тюрьма на территории Брестской крепости появилась, в общем-то, случайно благодаря целому ряду совпадений. Дело в том, что строительство крепости велось фактически на территории уже существовавшего города.
В 1833 году русское командование решило возвести мощную систему фортификационных сооружений для защиты новых западных границ Российской империи.
По приказу императора Николая I древнее поселение Брест было перенесено на два километра восточнее, а жителям выдана ссуда на строительство нового жилья. Именно там сейчас и находится современный город Брест.
На стратегически важном месте старого города начали возводить мощную крепость. Она располагалась на четырех островах, образованных рукавами рек Мухавец и Западный Буг, а также системой искусственных каналов. Главным оборонительным узлом являлась Цитадель - остров с двухэтажной замкнутой казармой.
С севера Цитадель прикрывало мощное Кобринское укрепление, с юга - Волынское, а с запада - Тереспольское укрепление. Все они входили в единую систему крепости.
Многочисленные католические храмы, монастыри, приходские школы, корчмы и бани, а также жилые дома при строительстве крепости были частично или полностью уничтожены либо приспособлены для военных нужд.
Именно так случилось и с женским монастырем ордена бригиток, оказавшимся в зоне строительства Кобринского укрепления. Каменное здание монастыря, построенное в 1751 году, было конфисковано военными властями и превращено в казармы. Но в таком качестве оно функционировало недолго, и вскоре там разместился дисциплинарный батальон.
В 1863 году на территории царства Польского вспыхнуло вооруженное восстание, которое затем распространилось и на Западную Белоруссию. Царские войска довольно быстро разгромили основные силы повстанцев, но мелкие отряды продолжали партизанскую войну, укрываясь в лесах. Бороться с ней русское правительство решило путем массовых репрессий. Около 250 тысяч польских повстанцев были арестованы и сосланы в Сибирь.
С началом восстания бывший монастырь был превращен в военно-полевую, а затем и в пересыльную тюрьму.
«На Бригитках» сидел один из руководителей восстания Роман Рогинский и сотни других повстанцев.
До начала Первой мировой войны Брестский тюремный замок работал в формате пересыльной тюрьмы. В этот период в качестве заключенного там несколько раз побывал будущий шеф ВЧК Ф.Э. Дзержинский. Как известно, он неоднократно арестовывался полицией на территории царства Польского, получал срок и высылался в Сибирь, откуда бежал и снова начинал свою революционную деятельность.
Польский след
После Первой мировой войны территория Западной Белоруссии оказалась в составе вновь образованного польского государства. В августе 1920 года во время советско-польской войны части Красной армии взяли Брестскую крепость решительным штурмом, захватив многочисленные трофеи, в том числе один неприятельский бронепоезд.
Маршал Юзеф Пилсудский так писал об этих событиях: «Безусловно, падение Бреста, на который я так надеялся, произвело на меня сильное и глубокое впечатление, таким оно было неожиданным».
Однако, увлеченный стремительным движением к Варшаве, советский командующий Михаил Тухачевский просмотрел концентрацию польских войск на своем левом фланге. В результате последовавшего контрудара Западный фронт развалился и начал отступать. Понеся большие потери убитыми, ранеными и пленными, Красная армия оставила территорию Польши и Западной Белоруссии.
Польские войска вновь заняли Брест-Литовск, а Брестская крепость стала огромным концентрационным лагерем для тысяч пленных красноармейцев. Содержались они в нечеловеческих условиях, большинство погибли от голода, холода и издевательств. По советским данным, в польских лагерях, расположенных непосредственно в крепости и вокруг нее, погибли около 19 тысяч красноармейцев.
После окончания боевых действий Брест стал столицей Полесского воеводства Польши.
В крепости и городе разместился большой военный гарнизон, а пересыльный замок «На Бригитках» польские власти превратили в тюрьму строгого режима. Там содержались только самые опасные государственные преступники.
Так, летом 1930 года в крепость под усиленной охраной были доставлены 21 депутат польского сейма из рядов оппозиции, арестованные по приказу диктатора Пилсудского.
Они обвинялись в «злоупотреблении демократией» и подготовке государственного переворота.
В крепостных застенках с депутатами и сенаторами не церемонились. Полицейские и жандармы жестоко избивали их и морили голодом. 26 октября 1930 года в Бресте прошел громкий судебный процесс, на котором все обвиняемые были приговорены к длительным срокам тюремного заключения.
В тюремном замке Брестской крепости пришлось посидеть и лидеру ОУН Степану Бандере. 15 июня 1934 года украинские националисты при его непосредственном участии застрелили министра внутренних дел Польши Перацкого. Степан Бандера попытался скрыться, но был арестован при попытке нелегально пересечь польско-чешскую границу.
13 января 1936 года Степана Бандеру приговорили к смертной казни через повешение. От виселицы его спасло только постановление об амнистии. Смертную казнь заменили пожизненным заключением. А зря.
Во время пребывания за решеткой лидер ОУН сменил несколько польских тюрем. В начале 1938 года польские власти получили информацию о том, что украинские националистические организации готовят своему руководителю побег.
Поэтому Степана Бандеру срочно отконвоировали в тюрьму, расположенную в Брестской крепости, откуда сбежать было просто невозможно. Там, по имеющимся данным, он все время сидел в одиночке, находясь под жестким контролем охраны.
1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, и началась Вторая мировая война. Вскоре на территорию Западной Белоруссии вошли части Красной армии.
13 сентября польская администрация бежала, выпустив на свободу всех узников тюрьмы. По некоторым данным, польские жандармы специально отпустили Степана Бандеру на свободу, так как он мог возглавить сопротивление националистов против Советов на Западной Украине. Так оно впоследствии и произошло.
Политизолятор НКВД
После включения бывших польских территорий в состав СССР тюрьма «На Бригитках» продолжила свое существование. В официальных документах она именовалась как общая тюрьма №23, которая, в свою очередь, подразделялась на 1-й корпус (городская тюрьма Бреста) и 2-й корпус («Бригитки» - помещение бывшего монастыря на территории западной части Кобринского укрепления). В 1-м корпусе, то есть в городской тюрьме, сидели только уголовники. А во втором, на территории крепости, только политические.
Некоторые историки в связи с этим высказывают недоумение, почему НКВД решил разместить крупный политический следственный изолятор практически на линии Государственной границы. Ответ очень прост.
Во-первых, помещение замка было полностью оборудовано под тюрьму строгого режима еще поляками. В здании имелись надежные решетки, железные ворота, двери. От других строений Кобринского укрепления тюрьма была отгорожена высоким каменным забором, обтянутым колючей проволокой. Все по обеспечивало высокую надежность ее охраны.
Во вторых, в НКВД даже представить себе не могли, что Брестскую крепость захватят немцы. Предполагалось, что Красная армия в случае приграничного конфликта быстро разобьет вермахт и отбросит немцев в глубь Польши.
Поэтому тюрьма функционировала и была переполнена в два раза.
На 10 июня 1941 года в ней находились 680 заключенных. В основном это были бывшие польские офицеры и белорусские националисты.
Охрану «Бригиток» осуществляли солдаты 132-го отдельного батальона войск НКВД, который дислоцировался здесь же, в Брестской крепости. Состав караула по охране 2-го корпуса составлял 15 человек.
Рано утром 22 июня 1941 года после артиллерийского обстрела немецкие штурмовые подразделения с разных сторон проникли в Брестскую крепость и завязали бой. Корпус тюрьмы «На Бригитках» был с ходу захвачен разведбатальоном 45-й пехотной дивизии вермахта.
Часть заключенных погибли во время боя, а остальных немцы отпустили на свободу, чтобы они не путались под ногами во время штурма крепости.
Любопытно, что немецким разведбатальоном командовал некий майор фон Паннвиц. Да, да, тот самый Гельмут фон Паннвиц, который впоследствии получил генеральские погоны и возглавил Казачью дивизию СС, сформированную из русских военнопленных и эмигрантов. В мае 1945 года фон Паннвиц был выдан советским властям, осужден, а затем казнен вместе с другими деятелями «Казачьего стана» - генералами Шкуро и Красновым. Вот такой вот странный зигзаг истории.
...Что же касается тюрьмы «На Бригитках», то больше она по своему назначению не использовалась. Гитлеровцы ее не восстанавливали, городские власти после окончания войны - тоже.
Вообще само упоминание о том, что в знаменитой Брестской крепости накануне войны имелась политическая тюрьма, было признано некорректным. В 1955 году остатки тюремного замка взорвали армейские саперы. Теперь на этом месте - лишь небольшая возвышенность, поросшая кустами, крапивой и деревьями.
По материалам газеты "За решеткой" (№7 2014 г.)
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
Даже не представляю какой шок будет у любителей СССР, когда в 2050 году, откроют архивы войны...
Может, их (любителей СССР) не останется в живых к 2050 ...
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
С-НТ: Он это и не доказывает. И заметь, разница в количестве знамён и штандартов!
По воспоминаниям бывшего начальника Генштаба генерала Штеменко, идея с немецкими флагами принадлежит, естественно, Сталину. Якобы в конце мая 1945-го он дал указание генералам: «На парад надо вынести гитлеровские знамена и с позором повергнуть их к ногам победителей. Подумайте, как это сделать». Сценаристам парада пришлось срочно заняться историческими изысканиями. В итоге нашим солдатам, несшим фашистские стяги, пришлось выполнять сложные перестроения, которыми пользовались еще легионеры Древнего Рима. А идея «публичной казни» вражеских знамен была заимствована у великого полководца Александра Суворова, в войсках которого был ритуал «небрежения не к неприятелю, а к его поверженным военным отличиям».
Для парадной коробки батальона необходимо было иметь 200 военных знамен и штандартов. Однако такого количества трофейных флагов в распоряжении военных не было. Следует отметить, что в Третьем рейхе знамена вручались с 1936 по 1939 год по одному на батальон, эскадрон или батарею. Части, сформированные во время войны, знамен уже не получали. Исключением являлся батальон охраны фюрера, который получил знамя (штандарт) 30 сентября 1939 г. Более того, еще 28 августа 1944 года Гитлер распорядился вывезти все знамена и военные флаги из фронтовых зон в музеи вермахта. Таким образом, Красная Армия не имела возможности захватывать боевые знамена противника, даже в случае окружения и разгрома воинских частей противника.
Выход из ситуации нашли сотрудники СМЕРШа, которые вели учет и контроль, как армейских регалий, так и музейных ценностей, взятых по «репарациям». 900 знамен было «позаимствовано» в музеях Берлина и Дрездена, а также из трофеев собранных подразделениями СМЕРШа. Их привезли и сложили в спортзале Лефортовских казарм. Из них спецкомиссия и отобрала 200 знамен и штандартов для парада. Отбирались они по форме и «красоте». В результате, на Красную Площадь попали порядка 20 знамен воинских частей других исторических периодов, среди них два прусских кавалерийских штандарта 1860 и 1890 годов, а также знамя народного ополчения 1860-х годов. Очень многие штандарты, не имели отношения к вермахту, а принадлежали различным подразделениям нацистской партии, общественным организациям или просто были государственными флагами Третьего рейха. Однако имели красочный вид и подходящий размер. Так на парад попали флаги Национал-социалистической немецкой рабочей партии, Немецкого трудового фронта, Имперской службы труда, Гитлерюгенда. Поскольку на то время специалистов разбирающихся в тонкостях нацисткой символики просто не было, поэтому предъявлять им какие-либо претензии, сегодня бессмысленно. На отобранные знамена для парада, СМЕРШ составил списки, которые сохранились до нашего времени, и свидетельствуют, что ряд знамен приписали воинским частям, которых в природе никогда не существовало. Бытует мнение, что список составляли по надписям на знаменных скобах, а не на флагах. По крайней мере, достоверно можно определить лишь 20 знамен, участвовавших в параде, благодаря фотографиям первой шеренги парадного батальона.
Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
За время Великой Отечественной Войны 1941-го - 1945-го годов войсками гитлеровской Германии у советских войск в ходе боёв было захвачено 18 боевых знамён:
479-го зенитно-артеллирийского полка ПВО; 283-го кавалерийского полка 13-го стрелкового корпуса; 133-го стрелкового полка 72-ой стрелковой дивизии; 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД; 243-го стрелкового полка 181-ой стрелковой дивизии; 186-го отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 181-ой стрелковой дивизии; 243-го гаубично-артиллерийского полка 2-ой стрелковой дивизии; 97-го отдельного батальона связи; 181-ой стрелковой дивизии; 249-го стрелкового полка 16-ой стрелковой дивизии; 7-ой отдельной танковой бригады; 3-го танкового полка; три неопознанных знамени (в источнике не указано из-за качества фотографий, на которых они были изображены, предположительно артеллирийских); 41-ой гвардейской стрелковой дивизии; 4-го Шлиссельбургского пограничного округа ОГПУ; 33-ей танковой дивизии (не точно).
Это что касается сухопутной армии. О флоте и авиации ничего сказать не могу.
Источник Опыт - это когда на смену вопросам что? где? когда? как? и почему? приходит единственный вопрос: нафига?
AndreyK: Да никто из тогда смотрящих это всё равно ничего не знал и воспринимал именно как знамёна вермахта, что впрочем не умаляет символичности этого действия, имею ввиду бросание знамён к подножию мавзолея.
Слушайте, знатоки, а правда, что Брестскую крепость два раза штурмовали? В 1939-м немцы с одной стороны, а советские с другой и в 1941-м, уже только немцы?
Если я сказал, что не брал - значит не отдам! ст. Безречная 96-98 ВПОГ Вышеопубликованным постом, я, выражая явное уважение к обществу и в целях выказать уважение к религиозным чувствам верующих, не в местах, специально предназначенных для проведения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, без воспрепятствования деятельности религиозных организаций или проведению богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, неорганизованно и в одиночку, без использования своего служебного положения (за неимением оного), без применения насилия или с угрозой его применения призываю к любви и дружбе, а также возвышению достоинства каждого человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе публично или с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". Данное обращение относится к каждому моему вышеопубликованному посту и собеседнику. Кроме того, вышеопубликованным постом, я публично и с использованием средств массовой информации либо электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет") призываю к осуществлению действий, направленных на сохранение территориальной целостности Российской Федерации. Кроме того - это моё оценочное суждение. Я против публичного распространения заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил РФ, дискредитации использования Вооруженных Сил РФ в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, призывов к введению мер ограничительного характера в отношении Российской Федерации, граждан РФ или российских юрлиц. Я запрещаю читать этот пост тому, кто с ним не согласен. Этим постом я не дискредитирую использование Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные не призываю к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, либо на дискредитацию исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях, а равно на дискредитацию оказания добровольческими формированиями, организациями или лицами содействия в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации. Не распространяю под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств
признаюсь, я не читаю здесь такие дикие объемы текста. Предпочитаю сам источники искать. Или спросить кого-то, кто разбирается в вопросе.
[ Редактирование 15.05.19 : 18:48 ]
Если я сказал, что не брал - значит не отдам! ст. Безречная 96-98 ВПОГ Вышеопубликованным постом, я, выражая явное уважение к обществу и в целях выказать уважение к религиозным чувствам верующих, не в местах, специально предназначенных для проведения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, без воспрепятствования деятельности религиозных организаций или проведению богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, неорганизованно и в одиночку, без использования своего служебного положения (за неимением оного), без применения насилия или с угрозой его применения призываю к любви и дружбе, а также возвышению достоинства каждого человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе публично или с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". Данное обращение относится к каждому моему вышеопубликованному посту и собеседнику. Кроме того, вышеопубликованным постом, я публично и с использованием средств массовой информации либо электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет") призываю к осуществлению действий, направленных на сохранение территориальной целостности Российской Федерации. Кроме того - это моё оценочное суждение. Я против публичного распространения заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил РФ, дискредитации использования Вооруженных Сил РФ в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, призывов к введению мер ограничительного характера в отношении Российской Федерации, граждан РФ или российских юрлиц. Я запрещаю читать этот пост тому, кто с ним не согласен. Этим постом я не дискредитирую использование Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные не призываю к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, либо на дискредитацию исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях, а равно на дискредитацию оказания добровольческими формированиями, организациями или лицами содействия в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации. Не распространяю под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств
признаюсь, я не читаю здесь такие дикие объемы текста. Предпочитаю сам источники искать. Или спросить кого-то, кто разбирается в вопросе.
22 сентября, в соответствии с разграничением сфер интересов по дополнительному секретному протоколу к Договору о ненападении между Советским Союзом и Германией, после совместного парада вермахта и РККА, Брест-над-Бугом передан советской администрации. Немецкие подразделения покинули город и отведены за реку Западный Буг.
Защитники крепости решили её не сдавать, и уже вечером 22 сентября форт начали штурмовать войска СССР. В течение нескольких дней предприняты попытки овладеть фортом, но все они не увенчались успехом. Лишь 26 сентября в результате массированного штурма защитники понесли значительные потери.
Ночью с 26 на 27 сентября оставшиеся в живых защитники решали сложный вопрос, вести бой дальше и погибнуть или прекратить сопротивление. К этому времени им уже стало известно, что Польша как государство побеждена и разделена, правительство выехало за границу. Капитан Радзишевский отдал подчинённым последний приказ: разойтись и самостоятельно пробиваться к своим домам и семьям. Аналогичным образом поступил и сам капитан. Несмотря на блокирование форта, попытка вырваться из окружения удалась. Радзишевский пробрался к своей семье в Кобрин, позже был арестован НКВД. Дальнейшие следы капитана затерялись в ГУЛАГе. По другим данным, останки В. Радзишевского покоятся в Катынском лесу.
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1549314169_5301_FT245102_mrfy9vvjzoe.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1549358020_5301_FT245102_gns6.jpg){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1553800084_417_FT245102_image.png){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1553800162_417_FT245102_image.png){kind=link}
![[ image disabled ]](../../e107_files/public/1557854954_5301_FT245102_09085430.999354.1426.jpg){kind=link}